NGS
Погода

Сейчас+8°C

Сейчас в Новосибирске

Погода+8°

небольшая облачность, без осадков

ощущается как +6

2 м/c,

южн.

751мм 72%
Подробнее
0 Пробки
USD 93,44
EUR 99,58
Реклама
Здоровье истории «Как в ужастике»: история красотки, которая стала моделью, несмотря на редкую болезнь — сначала у нее просто болела спина

«Как в ужастике»: история красотки, которая стала моделью, несмотря на редкую болезнь — сначала у нее просто болела спина

Сейчас в позвоночнике Анастасии стоит металлическая конструкция — чтобы скрыть шрамы, девушка набила тату на всю спину

Сложно представить, что когда-то Анастасия страдала сильным искривлением позвоночника — прочтите ее историю

Анастасия Никитина — красивая, улыбчивая и жизнерадостная девушка. В этом году она получит диплом социолога, и университетские годы останутся позади. Настя говорит, что не будет скучать по ним — ее больше занимает работа. В прошлом Анастасия — модель международного уровня, а в более далеком прошлом девушка пережила сложную операцию по выпрямлению позвоночника, который был искривлен настолько, что Настя не могла нормально дышать. Корреспондент НГС Алёна Золотухина встретилась с сибирячкой и попросила рассказать подробностях ее истории.

В возрасте примерно 7 лет Анастасия Никитина начала жаловаться на боли в спине — еще не сильные, но вполне ощутимые. Проблему пробовали решить плаванием, но безрезультатно. Следом был корсет, в котором Настя даже спала — снова эффекта ноль, а боли усиливались. Мама Насти показала дочь врачу — диагноз оказался неутешительным: болезнь Шейермана-Мау.

Болезнь Шейермана-Мау — наследственное заболевание костно-мышечной системы и соединительной ткани, основным клиническим проявлением которого является искривление верхнего отдела позвоночника.

— Моя мама очень вовремя заметила, что со мной что-то не то, и отвела меня к врачу. Сначала у меня болела спина, потом начала болеть нога, а потом буквально в момент меня скрючило. Я не была сутулой, я была прям горбатой. Спина круглая, шея и руки торчали вперед, как у обезьяны, — вспоминает Анастасия Никитина.

Пик заболевания обычно приходится на пубертатный период, и так не простой в жизни подростка. Настя вспоминает, что переживать происходящее ей было тяжело. Девочке было уже 10 лет, она видела то, что отличается от других детей, стеснялась себя.

— Я не любила свою внешность. Со стороны одноклассников были нападки — дразнили горбатой, сутулой. Я плакала. Меня мама защищала, если я сама не могла за себя постоять. Она боевая, — делится Настя.

На фото справа уже видно, как плечи и шея Насти подались вперед

Настя говорит, что не думала тогда о том, что с ней будет, чем опасно ее заболевание, какие последствия могут быть.

— Я была ребенком и многое не понимала. У меня болела спина, позвоночник затекал, постоянно простреливало из-под лопаток вверх, болела шея, руки. Я не могла долго сидеть, писать. Деформация позвоночника сильно сжимала грудную клетку, я мучилась от невралгии, не могла нормально дышать, — рассказывает Настя.

В 12 лет Анастасии Никитиной сделали операцию в клинике НИИ травматологии и ортопедии им. Я. Л. Цивьяна.

— Заболевание Шейермана-Мау обычно проявляется в возрасте 12–13 лет, чаще у мальчиков. Характеризуется гиперкифозом (искривлением. — Прим. ред.) больше 60–70 градусов, интенсивная терапия в этих случаях уже не помогает. Внешне заболевание выражается сильной сутулостью, пик приходится на 15 лет, сопровождается сильным болевым синдромом. В случае Анастасии Никитиной — деформация позвоночника была наиболее выражена в грудном отделе. Операцию пациентке проводили в три этапа. Сначала мобилизовали позвоночник — между телами позвонков убрали диски, чтобы раскрыть его и установили металлоконструкцию из титана, тем самым исправив кифоз, — объяснил врач-травматолог-ортопед Артем Сорокин.

На фото Анастасия со своим лечащим врачом Артемом Сорокиным

— Я повзрослела очень рано, отличалась от сверстников в развитии. Мама сказала, что будет операция. Я не боялась, но понимала, что это серьезно, и будет больно. Я помню операцию, как приходила в себя — это было как в ужастике. Врач показал мне знак, что всё окей, или что всё супер, а потом я снова провалилась и очнулась уже в реанимации. Там я не могла спать — мне нельзя было лежать, я сидела на огромных подушках, вся спина была изрезана, торчали трубки, врачи постоянно что-то колют, меня тошнило, невозможно ни повернуться, ни развернуться. Каждые полчаса мне ставили обезболивающее, но оно не особо помогало, — вспоминает Настя.

На второй день после операции пациентку уже поставили на ноги. Начался период восстановления — долгий, сложный, неприятный.

— Помню, как после операции меня подвели к зеркалу со словами, какая я красивая, а я заплакала. Я не ожидала увидеть себя настолько худой, — вспоминает девушка.

Чувствительность в спине у Анастасии отсутствует

— Я ходила на ЛФК, хотя не любила это. Мне нельзя было сидеть, я стояла на коленях, около полугода или года нельзя было лежать, я спала на животе. Я так сильно хотела выбраться из этого состояния, помню, помогала маме мыть полы, аккуратно, на коленях. То, что у меня в спине металлическая титановая конструкция, я совсем не ощущаю. Первое время было непривычно, головой ты понимаешь, что что-то не так, но физически ничего не чувствуешь. Бывает, мелькает страх, что она может сломаться — однажды так было, я упала, из пластины выпал болтик, на спине образовалась шишка, мне сделали еще одну операцию. Сейчас всё обросло костной тканью, поэтому маловероятно повторение ситуации, — делится Анастасия Никитина.

У Насти и так было не много друзей, а после операции их стало еще меньше. Она говорит, что всё понимает — детям надо бегать, прыгать, гулять, а она всё время дома. Безусловно, накатывала депрессия, справляться с которой Насте помогала мама. Девочка много читала — это помогало ей отвлекаться.

Анастасия иногда участвует в съемках, но профессионально моделингом уже не занимается

Миловидная внешность и худоба позволили Насте попробовать себя в качестве модели — на девушку охотно обращали внимание агентства. Постепенно Настя выбралась за пределы Новосибирска и стала летать по контракту за границу, участвуя в съемках и показах брендов одежды.

— Мне было тогда 16 лет. Сначала было интересно, но с возрастом взгляд на эту сферу поменялся: рутинно, однотипно, ничего нового. В путешествиях ты ничего не успеваешь посмотреть, потому что быть моделью — это значит много работать. Целыми днями кастинги, в выходные съемки, а если нет съемок, для тебя что-нибудь обязательно придумают, — говорит Настя.

Настя ездила по контракту в Шанхай и Индию

Работодатели видели шрамы на спине Анастасии, знали о ее особенностях и относились с пониманием. Тогда еще у девушки не было татуировок — в модельной сфере это запрещено. Завершив карьеру, Настя тут же набила себе тату во всю спину и на боку, скрыв картинками на теле шрамы, оставшиеся после операции.

На месте шрамов Анастасия сделала татуировки

Сейчас Насте 23 года, она учится в университете, работает — развивает свой бизнес-проект. У девушки есть молодой человек — уже год, как они состоят в отношениях. О том, что у нее в спине металлическая конструкция, Анастасия забывает. Девушка живет яркой и насыщенной жизнью, детские воспоминания об операции на позвоночник остались в прошлом.

Что еще интересно почитать

«Столько красивых женщин, а я инвалидка»: у сибирячки перестали разгибаться ноги — из-за этого от нее ушел муж.

Врачи не верили, что она будет жить: Лену скинули с 8-го этажа, и она не просто выжила, а стала спасать других. А еще влюбилась!

«Вся обувь стала мала»: как живет молодая мама с болезнью Валуева — сначала у нее просто болела голова.

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Форумы
ТОП 5
Рекомендуем
Знакомства
Объявления