«Как будто не было». Силовики пять лет молчат по делу о взрыве дома в Магнитогорске — почему это убивает

Дом на Карла Маркса, 164 в Магнитогорске взорвался 5 лет назад — 31 декабря 2018 года в 6:02 по уральскому времени. Или взорвали. А может быть, вообще все это дурной сон, и ничего не было, 39 человек не лежат в могилах, а готовятся сегодня к Новому году — упаковывают подарки, ждут, когда проснутся дети… Мы не знаем, честно. Нам просто не сказали: ни что это было, ни кто к этому причастен. Почитайте колонку журналиста из Челябинска, а ныне главреда новосибирского портала NGS.RU Марины Малковой о том, почему секретное расследование стирает все.

Обычно, если человек умирает не своей смертью, ищут виноватых. Для этого работает с десяток разных ведомств. Серьезных и не очень. Поэтому, когда взрывается дом, рушится подъезд и под завалами гибнет 39 человек, когда президент в тот же день прилетает на место ЧП, кажется, что причастных должны найти в короткие сроки. Живых или мертвых. Обязаны озвучить официальную причину. Даже не критично — будет это реальный виновник и квартира со «взорвавшейся газовой плитой», или же просто кто-то или что-то, стоявшее с краю.

Так было всегда, при всех трагедиях с массовой гибелью людей. Последняя, максимально похожая, взрыв дома в Новосибирске 9 февраля 2023 года. Утро, мороз, дом с газовым оборудованием, рухнуло два подъезда, 14 погибших. Подозреваемых назвали в тот же день. Через три дня — вопросов ни у кого не осталось.

По Магнитке сценарий, казалось, должен быть идентичный. Но нет. Взрыв на Карла Маркса будто стерли, вырезали, как ненужный кусок при монтаже видео. Причем вырезали вместе с событиями следующих двух суток, где тоже были и взрыв, и трупы, и странные спецоперации силовиков в центре города.

Я думаю об этом каждый год, прокручиваю цепочку событий 31 декабря — 2 января, зачем-то продумывая, кто и на каком этапе решил внести правки и все забыть. Возможно, это случилось вечером 1 января, когда взорвалась «Газель», вокруг которой на глазах у зевак до этого бегали люди с автоматами, а потом в ней оказались три трупа мусульман. В этом случае получается, что накануне, 31 декабря, на место ЧП допустили президента в то время, пока опасность не была устранена. Это могли посчитать провалом службы безопасности, о котором не следует говорить публично. Ну а когда журналисты нескольких изданий обозначили версию теракта, а потом буквально прошли по городу и сложили в одну цепочку все события, раскрыв личности возможно причастных к ним людей, озвучивать детали посчитали просто невозможным.

Это лишь версия молчания — о ширме стабильности, показать которую важнее, чем ответить на вопросы, и важнее памяти о 39 погибших. В течение года после взрыва, кстати, в короткий срок ушли в отставку начальник УФСБ области, губернатор, отменили финансирование и проведение саммитов ШОС и БРИКС в регионе. Возможно, в этом можно искать смыслы и связи.

Но тогда возникает вопрос: как это мешает поставить точку сейчас, спустя пять лет, когда все события тех лет уже перекрыли сначала ковид, потом СВО? Этого я не знаю. И ответа на вопрос нет.

Я, как и мои коллеги, отправила десятки запросов в СК России, ФСБ, МВД, администрацию президента лишь с одной целью: узнать, что это было, теракт или случайный взрыв бытового газа. Скажите мне официально: это бытовой газ, расследование уголовного дела о причинении смерти по неосторожности двум и более лицам завершено, виновные — среди погибших, а версия о теракте опровергается результатами детального расследования и десятками экспертиз. Я не поверю. Но приму, а потом свыкнусь. Пока же в страшной трагедии стоит многоточие, уходящее в никуда. Это как похоронить близкого, но так и не узнать, от чего он умер.

От этого и грустно, и стыдно — за город и его жителей, которые так и не захотели добиться правды. За силовиков, которые не нашли смелости ее сказать. Даже за несчастных родных 39-ти погибших: получив компенсации и новые квартиры, они замолчали. Как будто и не было дома, взрыва... и людей.

Реальным остается лишь чудо тех страшных суток: найденный живым после 35-ти часов, проведенных под завалами, 10 месячный малыш Ваня Фокин. Может быть он, когда вырастет, на правах выжившего получит ответ — кто или что едва не убило его и кто за это должен был ответить.

Посмотрите фильм редакции 74.RU «Взрывная тишина» о событиях тех дней, исламистах и молчании силовиков. А вот колонка главного редактора 74.RU Марии Шраменко, которая призналась, что ей стыдно за Магнитогорск.