Мониторинг воздуха, очистка водоемов и ликвидация свалок: что собираются изменить в Новосибирске

Тема экологии всегда была интересна жителям Новосибирска. Горожане внимательно следят за новостями о качестве воздуха и воды в Оби и малых реках, состоянии полигонов. Именно этим болевым точкам посвятили одну из площадок на Технопроме, где экологи, руководители компаний, общественники и чиновники обсудили, как снизить выбросы в окружающую среду и изменить экологию Новосибирска.

Чем дышат новосибирцы

Обсуждения на круглом столе начались с загрязнения воздуха. Оценку, каким воздухом сейчас дышат новосибирцы, дал министр природных ресурсов и экологии Новосибирской области Андрей Даниленко:

— Уровень загрязнения воздуха в городе повышен. Но еще в 90-е он был в 3,5 раза хуже, чем сейчас. И тогда тоже попадал в категорию повышенного. Что изменилось: за это время уровень газоочистки на объектах СИБЭКО [входит в структуру Сибирской генерирующей компании], а тогда это было «Новосибирскэнерго», улучшился с 90% до 98%. Один процент газоочистки — это примерно 10 тысяч тонн. Частный сектор Новосибирска раньше не был газифицирован и загрязнял атмосферу как сто котельных –— порядка 14 тысяч тонн выбросов. Постепенно меняется ситуация к лучшему. Этому способствует и перевод автотранспорта на газ. Город прошел большой путь.

Новосибирцы должны знать о том, что происходит с городом. Начальник Западно-Сибирского управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Александр Люцигер рассказал, как организован мониторинг окружающей среды воздуха и воды.

— Мы занимаемся мониторингом загрязнения окружающей среды в пяти субъектах: это Республика Алтай, Алтайский край, Кемеровская, Томская и Новосибирская области. Стационарные пункты наблюдения за мониторингом воздуха расположены не во всех городах, в Республике Алтай их нет вообще — это один из тех редких субъектов в стране, где нужды в этом практически нет. В Новосибирске, для сравнения: 10 постов, когда-то было 11.

Наиболее загрязненной, по его словам, считается Кемеровская область из-за производств добывающей и перерабатывающей промышленности. Поэтому в Новокузнецке тоже есть своя лаборатория мониторинга загрязнения атмосферного воздуха и воды. Из всех городов Западно-Сибирского региона только Новокузнецк попал в программу «Чистый воздух».

Схемы очистки выбросов отрабатываются на красноярских ТЭЦ

Среди крупных компаний больший резонанс получает работа СГК.

— Есть ли проекты по сокращению количества черного дыма из труб ТЭЦ, который периодически волнует горожан, — поинтересовалась модератор дискуссии Мария Сидорова, председатель комитета охраны окружающей среды мэрии Новосибирска.

— Мы боремся с этим явлением, оно не новое, — отметил главный эколог, заместитель технического директора Сибирской генерирующей компании Константин Кушнир. — Во многих городах нас журят за это. Этот дым возникает при растопке котлов мазутом, при перепуске котлов, смене или наборе нагрузки. В настоящее время оттачиваем технологию безмазутного розжига, которая действительно способна устранить черный дым.

Эколог добавил, что компания постепенно снижает воздействие на окружающую среду за счет модернизации оборудования. Только в Новосибирске компания запланировала 11,7 миллиарда рублей инвестиций в ТЭЦ-3 — по федеральной программе ДПМ. Это значит, что на ТЭЦ обновят основное оборудование и установят новые современные электрофильтры. Все это сделает производство более экологичным.

Если обратиться к цифрам, за последние три года выбросы СГК заметно снизились, — подчеркнул Кушнир. — За первые три года ведения бизнеса СГК в Новосибирске снижение выбросов от новосибирских станций составило 15%.

— Как будут утилизировать золошлаки и что можно полезного извлекать из золы? — прозвучал вопрос от СМИ.

— Внедряем программу по снижению накопления золошлаков на золоотвалах ТЭЦ. Производим золошлаковые материалы, совершенствуем систему отгрузки, продвигаем в различных сферах экономики. Например, сейчас мы ведем переговоры с «Сибирским цементом», чтобы отгружать золошлаковый материал с ТЭЦ-5. Еще одно направление, которое мы развиваем — это производство золошлаковых материалов для рекультивации нарушенных земель. Нередко спрашивают, можно ли извлекать из золошлаков что-то ценное, например, добывать золото, которое в золах содержится. Нет, слишком затратно и невыгодно. К тому же это не решит главной проблемы: отходы все равно останутся.

Как мониторят загрязнения воздуха в Новосибирске

На сегодня основной источник информации о выбросах в регионах — сеть стационарных постов Росгидромета. Начальник регионального подразделения ведомства — Западно-Сибирского управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (УГМС, ведет мониторинг по Республике Алтай, Алтайскому краю, Кемеровской, Томской, и Новосибирской областям) Александр Люцигер рассказал, что в Новосибирске работает 10 постов. Но стационарные пункты наблюдения за состоянием воздуха расположены далеко не во всех городах субъектов Западной Сибири, а в республике Алтай, где воздух чистый, их нет вообще.

— Новосибирску нужна новая система мониторинга или ситуация не столь критична? — задала вопрос председатель комитета охраны окружающей среды мэрии Новосибирска Мария Сидорова, модератор дискуссии.

— Сколько постов надо Новосибирску — оценка субъективная, но по сегодняшнему нормативу достаточно. Наиболее загрязненным регионом у нас считается Кемеровская область, где много предприятий добывающей и перерабатывающей промышленности. Там работает восемь постов мониторинга по программе трех отборов в сутки шесть дней в неделю, — рассказал Александр Люцигер.

— Посты бывают для измерения вдоль магистралей и внутри жилой застройки. Большая часть постов расположена вдоль магистралей. С учетом этого можно сказать, что система мониторинга в Новосибирске точно не занижает показатели, скорее, завышает, — отметил министр природных ресурсов и экологии Новосибирской области Андрей Даниленко. — Но это не более чем экспертная оценка, которая нуждается в проверке. Поэтому появление еще пары-тройки круглосуточных постов позволило бы нам адекватно оценивать ситуацию. Надеюсь, что, объединив усилия, добьемся, чтобы дополнительные посты появились. Но это не означает, что уровень загрязнения воздуха в Новосибирске критичный.

— В Новосибирске лучше развивать маршрутную сеть с экомобилями или стационарную? — спросила модератор дискуссии у Александра Люцигера.

— Нужно сочетать оба этих фактора. Использовать только маршрутную лабораторию — слишком дорогое удовольствие.

Помимо государственного мониторинга, планируется и развитие непрерывного онлайн-контроля выбросов на трубах тепловых электростанций. СГК оснастит ТЭЦ соответствующими датчиками:

— Оперативный доступ к информации — это приоритет, за ним будущее. На четырех трубах красноярских ТЭЦ в качестве пилотного проекта уже установлены системы непрерывного контроля выбросов. Инвестиции составили 150 млн рублей. Что касается Новосибирска и других городов присутствия СГК, есть сроки, установленные законом: до 2029 года такие системы мониторинга появятся на всех трубах, где это необходимо. Общие затраты составят порядка полутора миллиардов рублей. Мы предоставим онлайн-доступ к информации всем горожанам, — сообщил Константин Кушнир.

Леса и вода: что изменится

— Какие зеленые проекты есть в регионе, национальные и не только? — Мария Сидорова подняла обширную тему общей экологии.

— Проект по сохранению лесов. Новосибирская область — это уникальный регион, в который входит семь различных зон: от тайги до практически полупустыни. В первую очередь мы содействуем естественному восстановлению лесов, потому что оно более эффективно по сравнению с искусственным в наших условиях. Другой нацпроект на территории области — это сохранение уникальных водных объектов, — сказал Андрей Даниленко.

— В концепцию сохранения внесены малые водоемы: это пруды и карьеры, заполненные водой, — дополнила Мария Сидорова. — Начата большая работа по созданию водно-зеленого каркаса Новосибирска. Мы обследуем и вносим в государственный водный реестр и планируем сделать их зелеными зонами — вместе с застройщиками или по инвестиционным проектам.

— А куда из этой концепции пропали малые реки? Тула, Ельцовка — почему о них не идет речь? — прозвучал вопрос Юрия Багаева, главного инженера МУП «Горводоканал».

— Малые реки — это боль города. Потому что это артерии большой реки Оби, откуда мы берем воду, и «Горводоканал» ее подготавливает. Качество зависит не только от состояния воды в реках, но и берегов. Много лет именно малые реки были приемниками стоков без системы канализации. Ведь когда Новосибирск развивался, частный сектор строился как раз по берегам, в том числе малых рек. И в период индустриального развития промливневые стоки с территории предприятий тоже туда попадали. Кроме того, на берега начали переносить гаражи. Со временем берега малых превратились в замусоренные территории, в том числе потому что культура населения оставляет желать лучшего. Сейчас малые реки города страдают не только загрязнением от постоянного поступления бытовых отходов, но есть и донные отложения от предыдущего индустриального загрязнения, по факту они вторично загрязняют воду. Поэтому перспектива создания парковых зон с очисткой акватории малых рек — это направление, куда надо идти. Но это комплексная история, и она должна быть связана с застройкой. Надеюсь, что у мэрии Новосибирска получится комплексно решить этот узел. К решению проблем мы планируем подойти совместно с учеными и экспертами, в том числе Запсибгидромета, — пояснила Мария Сидорова.

— Хочу напомнить о проекте реки Каменки, он уже мэрией начат: весь прошлый год администрация Дзержинского района вычищала пойму Каменки от металлических гаражей. Этот год посвящен подготовительной оценке проекта и окончательной очистке от гаражных кооперативов, — дополнил Денис Колмаков, замначальника департамента инвестиций, потребительского рынка, инноваций и предпринимательства мэрии Новосибирска.

— Этот проект реализуется в рамках нацпроекта «Комфортная городская среда» — так мы получили благоустроенную набережную, а теперь создаем парковые зоны, — уточнила Мария Сидорова.

Свалки: ликвидация и переработка отходов

Еще один важный проект — развитие системы обращения с отходами.

— Государственную экологическую экспертизу проходит проект ликвидации свалки в Барабинске. Я надеюсь на его успешное завершение. И Барабинск избавится от несанкционированной свалки, — оповестил собравшихся Андрей Даниленко. — В Новосибирске объявлены торги на проектирование проекта по ликвидации свалки в Пашино.

Участники дискуссии отметили, что если наладить утилизацию отходов, то отпадет необходимость в левобережном и гусинобродском полигоне, они будут рекультивированы.

— До 70% содержимого ведра, которое у каждого стоит на кухне, — это упаковка, пригодная для переработки, — продолжил тему отходов Павел Арбатский, руководитель проектов «Тайгер Сибирь», компании по сбору и переработке твердо-бытовых отходов. — Перечень принимаемых фракций за 25-30 лет увеличился. Если первые зеленые баки были для сбора стеклобутылки, то с годами появился импортный пластик, сложный материал, который никто пока не знает, как перерабатывать. Радует, что крупные производители стали разворачиваться в сторону экологичной, перерабатываемой упаковки.

— В Новосибирске доля экоориентированных людей становится больше. Может, будущее не за контейнерами, а за пунктами приема, передвижными или стационарными, — предложила Мария Сидорова.

— У компании «Тайгер Сибирь» было около 70 приемных пунктов, — отметил Павел Арбатский. — Оказалось, что это нерентабельно. Раздельный сбор не полностью автоматизирован, наши работники, водители, люди на переработке — все хотят получать зарплату.

То, что попадает в контейнеры для раздельного сбора отходов, зависит от уровня культуры людей, рассказал Павел Арбатский. Нам сейчас приходится досортировывать порядка 50%. Из-за неправильной сортировки потребителями, на полигон может уехать до половины отходов. Пример недавний: выбросили канистру масла, которая залила всё хорошее сортированное сырье. Работа с населением тоже очень важна. Если управляющие компании будут информировать жителей, как правильно сортировать и утилизировать мусор, ситуация улучшится в разы.

— Большой поток туристов идет в Караканский бор, мусора накапливается все больше, — Михаил Михайлов, президент фонда защиты природы и окружающей среды «Зеленый стандарт» поднял волнующую проблему. — Мы в этом году при помощи администрации Искитимского и Ордынского районов установили семь 8-кубовых бункеров для мусора. Нагрузка на экосистему бора значительно снизилась — туристы стали правильно выбрасывать мусор, да и местные жители перестали наполнять свалки. Но крупный бизнес, который обещал поддержку, не оказал ее. Три предприятия смогли помочь: СГК, «Сибирское стекло» и «Экран». Мы НКО, у нас денег нет. Павел, а можно наладить хотя бы с Каракана вывоз?

— Есть проблема. Яркий пример: в Бугринской роще у нас стоят контейнеры для раздельного сбора. Люди активно отдыхали, и обычные баки наполнились. После выходных приехали наши водители и обнаружили в «нашем» баке большую гору арбузов. На досортировку везти эти пищевые отходы мы не можем. Выгрузить-выкинуть не можем. Увезти на полигон — не можем, мы не мусоровывозящая компания, — посетовал Павел Арбатский. — По Каракану мы прорабатывали вопрос, но пока там нет экономики. Нам придется снять машину с города, на полдня исключить ее из городской логистики, а вывоз непонятно какой будет. Что-то делать надо, отладить систему надо. Как сделать, пока не знаю.