«Пока не увидела вывески ушедших брендов, не поняла, что скучаю»: россиянка — о шопинге в Дубае

В этом феврале стукнуло два года, как россияне учатся жить без европейских и западных брендов. Одними из первых страну покинули крупные производители одежды — H&M group, LVMH, Inditex и другие. Мы все, и я в том числе, уже привыкли, что вместо ZARA — MAAG, Sinsay — «Син», «Декатлона» — Desport. И пока я не увидела в «Дубай молле» вывески ушедших брендов, не поняла, что скучаю.

Пару лет назад прогулка по торговому центру была неким ритуалом: мы с друзьями могли часами рассматривать манекены, примерять одежду и обсуждать новинки. Было важно не столько купить вещи, сколько поглазеть на разный ассортимент. Но этот вид досуга ушел из нашей жизни, когда большинство всех масс- и мидл-маркетов покинули российский рынок — смотреть на закрытые двери и погасшие витрины не доставляло никакого удовольствия.

Прогулка по «Дубай моллу» возродила все давно забытые ощущения от оффлайн-шопинга — этот ТЦ словно создан исключительно для созидания. Каждый бренд оформляет не витрину, а настоящую музейную экспозицию. Вот, например, Tiffany & Co обрамил вход тысячами кристаллов, Gentle Monster установил роботизированную фигурку пришельцев, а Jordan выставил золотые кроссовки.

Вообще, в Дубае так принято — выставлять самое дорогое и роскошное напоказ. А одеваться нужно так, чтоб твое богатство блеском золота было заметно из космоса. Видели бы вы продавцов, когда я просила их показать ремешок на самые маленькие Apple Watch. Один из них, не скрывая удивления, спросил, зачем мне настолько крошечные часы (кстати, ремешок нужного размера я так и не нашла).

И эта страсть ко всему огромному у арабов общенациональная: у самого высокого в мире здания в самом большом в мире торговом центре стоит самый большой в мире океанариум. Согласитесь, звучит как начало неудачного анекдота. Но когда я увидела всё своими глазами, поняла, почему арабы так это обожают.

Огромный аквариум стоит в торговом павильоне, как у нас, в России, выставляют необычные авто — ничем не ограждая, в окружении вывесок. Если присмотреться, то можно увидеть, как в стекле отражается «Страдивариус».

Меня удивило, что рыб показывают совершенно бесплатно. Туда, конечно, можно купить билет — и увидеть всё вблизи. Но сам аквариум не закрыт ширмой, не спрятан в павильоне, а выставлен на всеобщее обозрение.

Есть еще кое-что, чего в России я никогда не встречала, — это бодипозитивные манекены. Во всех магазинах, помимо привычных худеньких кукол, стоят фигуры разного телосложения, а по телевизорам крутят рекламу с участием «пышных» мужчин и женщин, людей с инвалидностью. Считаю, что очень удобно: можно, ничего не примеряя, понять, как на тебе будет сидеть одежда — стоит только взглянуть на манекен похожей комплекции.

Из магазина Nike, где было сделано фото манекенов, открывается панорама на «Халифу» и поющие фонтаны. Возле окон стоят скамейки — полюбоваться видом может любой желающий, покупать при этом ничего не нужно. Да и вряд ли шоппинг в «Дубай молле» по карману таким бюджетным туристам, как я: ценники здесь пишут с помощью генератора рандомных трехзначных чисел. Иначе объяснить, почему оверпрайс настолько овер, я не могу.

Помню, что во времена, когда H&M и ZARA были открыты в России, в них можно было найти приемлемого качества вещи за 2–5 тысячи рублей. А на скидках — и рубашку за 500 рублей, и джинсы за тысячу. В Дубае таких цен не встретишь. А вот платье с пайетками за 750 дирхамов (18 500 рублей) или базовый топик за 150 (3500 рублей) — запросто.

Но именно эти магазины больше всего напоминают о прошлом. С холодным светом и без острых углов помещение «Зары» точь-в-точь такое же, как когда-то было в екатеринбургском Veer Mall. Отличался только ассортимент — в дубайском ТЦ представлено множество платьев для покрытых девушек (и много блесток).

Чувство полного погружения в прошлое дополняла звучащая из всех углов русская речь. Соотечественников в Дубае очень много. Причем совершенно разных. В одном ТЦ можно встретить и восточной внешности россиянку, принявшую ислам, и роскошную москвичку с большими губами, и мужчину, с ног до головы одетого в «Луи Витон».

Но больше всего мне запомнился средних лет солидный мужчина в магазине «Джордан». Он был в темно-синем костюме-двойке (такие в России обычно носят депутаты) и громко говорил о делах по телефону, стоя у кассы. В это время индонезийской внешности продавщица нервно упаковывала его покупки — 6 пар кроссовок. Судя по ценникам на стендах, кроссовки обошлись соотечественнику минимум в 6500 дирхамов, или 150 тысяч рублей.