«Они хотят прикрыть беззаконие»: в армии запретили мобильники — насилия и коррупции станет больше

Российским военным запретили пользоваться смартфонами и соцсетями — такие поправки к закону приняли в Госдуме на этой неделе. По мнению депутатов, публикации военнослужащих привлекают террористов и иностранные спецслужбы, тогда как сами солдаты и общественники уверены, что без связи с внешним миром никто не узнает о дедовщине, беспределе со стороны командования и жутких условиях, в которых приходится служить. Подробности нововведений — в материале НГС.

Поправки к федеральному закону «О статусе военнослужащих» в третьем чтении Госдума РФ приняла 19 февраля. За их принятие проголосовали 408 депутатов, против не выступил никто.

В первую очередь принятые поправки фактически запретили военным пользоваться смартфонами — «электронными изделиями бытового назначения», с помощью которых можно «распространять или предоставлять аудио-, фото-, видеоматериалы и данные геолокации».

Кроме того, в тексте поправки к последнему чтению указано, что военнослужащим и тем, кого призвали на военные сборы, запрещено писать в соцсетях и рассказывать журналистам о своём местонахождении, принадлежности к войскам и Вооружённым Силам в принципе, а также о своих сослуживцах, уволенных со службы военных, о действиях руководства и командования. То же касается членов их семей.

Такие поправки депутаты объяснили тем, что «военнослужащие представляют особый интерес для специальных служб отдельных государств, террористических и экстремистских организаций»,

пояснили в пресс-службе Госдумы РФ. В пояснительной записке составители подчёркивают, что такие данные могут использовать «для информационного и информационно-психологического воздействия на российских военных».

Эксперты, опрошенные корреспондентом НГС, не увидели в солдатских смартфонах угрозу, напротив, по их мнению, они позволят властям скрывать проблемы в российской армии.

«Понятно, что это просто усложняет жизнь, — считает руководитель «Компании по защите прав призывников и военнослужащих» Андрей Мамадуев. — Возможно, [чиновники] боятся каких-то публикаций об их каких-то незаконных действиях в отношении к призывникам, военнослужащим. То, что там военнослужащие сидят в телефонах, — я думаю, это ограничить можно было бы какими-то другими запретами. Они просто этим прикрылись, а на самом деле хотят скрыть беззаконие, которое творится на территории военных частей. В интернете, на YouTube например, много таких роликов компрометирующих».

По мнению Мамадуева, военнослужащим проще пожаловаться на какие-то вещи в социальных сетях, а не кому-то лично, а теперь военные структуры смогут это пресекать. При этом случаев, когда у новосибирских военнослужащих были проблемы из-за каких-то публикаций, в его практике не было. О подобных разбирательствах, связанных с новосибирцами, не знает и руководитель юридической компании «Гриаста» Григорий Асташов. По его словам, чаще всего к военным юристам обращаются в случаях, связанных с предоставлением жилья или взысканием денег после зарубежных командировок.

«На мой взгляд, подобная мера (запретить военнослужащим пользоваться смартфонами. — Прим. ред.) выглядит обоснованной: современные умные устройства позволяют передать очень много информации, которая может быть использована в ущерб безопасности государства.

Выявлять нарушения прав военнослужащих должны в первую очередь контролирующие органы, например военная прокуратура», — посчитал он.

В Комитете солдатских матерей России увидели и другую проблему — срочников лишили возможности попросить о помощи в экстренной ситуации неуставных отношений. «Эти поправки звучат в параллели запрета вообще говорить негативную информацию о всех чиновниках, поэтому ноги растут с другой стороны: нужно хвалить всю власть, нельзя ничего плохое про них говорить, они святые. Что касается военнослужащих,

в настоящее время солдатам тяжело в принципе связаться и сообщить о проблемах, которые там происходят.

Они (инициаторы поправок. — Прим. ред.) тем самым создают ещё один инструмент, который ограничивает права и возможности солдата связаться в какой-то бедственной или печальной, тяжёлой жизненной ситуации. Вот наш взгляд на этот вопрос», — рассказали в Комитете.

По словам представителя Комитета, телефоны и смартфоны и раньше запрещали, только тогда на уровне Министерства обороны, а теперь — на федеральном.

«К нам массово обращаются по какому-нибудь ЧП, например живут там полгода в палатках, сами ходят в лес за дровами, топят эти палатки, все в дыму, ни еды, ни воды — античеловеческие условия. Мы делаем, соответственно, обращение в профильное управление Минобороны, прокуратуру, и делаем огласку.

Как только происходит огласка — за день-два тут же моментально казармы находятся, тут же нормальное питание, тут же вода и так далее. И это работает. Теперь солдат не имеет права вообще куда-то сообщать об этом.

Теперь его будут бить, насиловать, калечить, лечить не будут», — мрачно констатировали в Комитете.

Родственники военнослужащих к новым поправкам также отнеслись негативно — с теми, кто сейчас проходит службу, корреспонденту НГС связаться не удалось. «Они уже просто не знают, как себя выгородить. Чтобы солдаты не могли рассказать про нарушения, про беспредел, который там творится», — негодует жительница Перми Наталья Т. Её брат служил в Новосибирске и демобилизовался на прошлой неделе.

В качестве примера, что военные структуры хотят запретить солдатам выкладывать в интернет, Наталья прислала фото с порванными сапогами: «Берцы развалились сразу же, новые не выдают».

«Приезжали генералы с проверкой. Их заставили казармы драить. Раз десять, говорит, наверно, помыли. А потом их закрыли на чердаке, чтобы они лишнего не болтали. В 12 дня закрыли и выпустили в 6 утра только. А на улице уже минус был. Как вот после такого пневмонии не будет?» — говорит Наталья. По её словам, во время службы её брата отправили в госпиталь, где отобрали телефон, — они созванивались по выходным через ординаторскую.

Жена недавно демобилизовавшегося новосибирца Екатерина А. тоже посчитала, что поправки к закону направлены на то, чтобы, скорее, скрыть армейские нарушения. Её муж служил в Пашино. «Это очень странный закон и непонятный. Запрет распространяется только на солдат. В части очень много телефонов, и этого не скрывают. Солдатам звонить не дают. Дают, только если начинают поднимать волну родители. По сути, правила никакие не соблюдаются — ни на отобрать, ни на предоставить. Это правило создано не для безопасности нашей страны, а для того, чтобы солдаты не могли рассказать и доказать все то, что реально происходит в частях», — уверена она.

«Когда солдата ловят с телефоном, телефон отбирают и продают — либо обратно владельцу, либо другим солдатам. Обычный "тапочек" за 500 рублей, смартфон за 1500 рублей», — рассказывает она со слов мужа-дембеля.

Как рассказал НГС демобилизовавшийся осенью новосибирец Руслан Ш., до новых поправок в армии смартфоны не запрещали, но ещё в военкомате ему и его сослуживцам рекомендовали брать с собой простые кнопочные телефоны. Те, кто решил взять с собой телефон подороже — с камерой и интернетом, — следуют простым правилам: не фотографироваться при командирах, не снимать территорию части. Некоторые позволяли себе выкладывать снимки «с полей» и с оружием, но без геолокации — максимум указывали город: «Проблем ни у кого не было, но я брать с собой [смартфон] не стал — мало ли, разобьют или отнимут. А по беспределу, который можно выложить, легко можно вычислить того, кто это выложил, и тогда по шапке надают».

Екатерина А. со слов мужа добавила ещё негласные правила пользования смартфоном в армии: «Конечно, в части, где нельзя иметь телефон, фотаться с чем-то и ставить геолокации в соцсетях, — это догадаться надо. Но такое случается. Нельзя фотографировать форму с шевронами, часть и прочее, и тем более выкладывать куда-то. Нельзя ничего опознавательного».

Эксперты уверены, что с новыми поправками проблем в современной армии только прибавится. Но, как это часто происходит, люди найдут выход из этой ситуации, только уже рискуя здоровьем и положением в части.

«Тайком, конечно, будут передавать, конечно, будут прятаться телефоны. Это всегда происходило. Почти у любого солдата в армии есть телефон, даже при всех запретах, просто они спрятаны. Потом когда они находятся, их к стене приколотят, или об голову разобьют, или их просто выкинут», — негодуют в Комитете солдатских матерей.

Поправки к закону в Госдуме обсуждали почти параллельно с другим законом, связанным с интернетом, — в середине февраля Госдума в первом чтении приняла закон об изоляции российского сегмента интернета.