![](https://n1s1.hsmedia.ru/32/14/e2/3214e2b584e93e786fd06935e4517c82/656x345_1_2606c37be750bd206c81290a114c0902@1200x630_0x2aT9qhCB_1038095525664599422.png.webp)
На экраны выходит «Петля времени». Как нетрудно догадаться, это фантастика о временных парадоксах: назад в будущее, берегись эффекта бабочки, Брюс Уиллис летит в прошлое, чтобы спасти будущее. Впрочем, самое многообещающее в «Петле» — не Уиллис, а фигура сценариста и режиссера Райана Джонсона. Его дебютный — и теперь немножко культовый — «Кирпич» переносил жанр нуар из черно-белых 40-х годов в старшие классы современной школы (где нравы не лучше, чем в мафии). И был так хорош, что ожидания от результата опытов Джонсона со старомодной фантастикой были изначально завышены до потолка.
Справка: «Петля времени» (Looper; США, 2012) — фантастика: в будущем мафия посылает своих в прошлое; главный герой — киллер, расстреливающий людей из будущего, однажды узнает в жертве самого себя 30 лет спустя. Реж. — Райан Джонсон («Кирпич», «Братья Блум»). В ролях: Джозеф Гордон-Левитт («500 дней лета»), Эмили Блант («Дьявол носит Prada»), Брюс Уиллис. Бюджет — 60 млн долларов. 118 мин.
Действие «Петли времени» происходит в недалеком будущем. В этом будущем изобретут путешествия во времени. «Это будет крайне незаконно и по зубам только крупным мафиозным боссам», — поясняет за кадром главный герой. Сам он стоит с крупнокалиберным оружием наперевес в чистом поле. Перед ним расстелена простынка. Его работа — стрелять в голову тем, кто стоит на простыне на коленях с мешком на голове. Их присылают из будущего те самые мафиозные боссы, которые догадались прятать трупы в прошлом, где их никто не сможет идентифицировать. Однажды каждый работающий в системе киллер («лупер» — от английского loop — «петля») получит оплату не серебром, а золотом. Это значит, что его жертвой стал он сам (из будущего).
![](https://n1s1.hsmedia.ru/32/14/e2/3214e2b584e93e786fd06935e4517c82/656x345_1_2606c37be750bd206c81290a114c0902@1200x630_0x2aT9qhCB_1038095525664599422.png.webp)
Главный герой Джо не испытывает по поводу своей расстрельной работы никакой рефлексии; он практически родился с оружием в руках (бывший беспризорник, он осознал себя человеком, только когда его взяли в банду и дали пушку). Как это принято у луперов, он бриолинит волосы и носит галстуки (за наивную любовь к гангстерскому стилю над луперами посмеивается их босс: «Жалкое подобие… Что за странный пиетет перед ХХ веком?»). Кроме тщательно культивируемой прически, наркотиков и дискотек у Джо есть еще и банальная, но мечта: он зубрит французский и копит деньги, чтобы, закрыв петлю, улететь из штата Канзас во французскую жизнь.
Но последнее задание пойдет наперекосяк. И Джо-из-будущего (с прищуром и лысиной Брюса Уиллиса — и это одна из его лучших актерских работ за последнее время) сбежит. Джо-младший пустится за ним в погоню, чтобы исправить ошибку, прежде чем его самого за такой просчет ликвидируют работодатели.
Это только завязка, поверх которой ляжет еще несколько временных петель, которые в итоге изменят узор так, что уже через полчаса «Петля» будет совсем другой историей. Пересказывать ее дальше недопустимо. Хотя бы потому, что «Петля времени» — лучший фантастический фильм года, да и вообще кино убирает напрочь большую часть подобной фантастики за последнее время. Причем речь идет не только о выхолощенных блокбастерах вроде фильма «Время», но и о сделавшем себе имя на складывание реальности в оригами Кристофере Нолане.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/32/14/e2/3214e2b584e93e786fd06935e4517c82/656x345_1_2606c37be750bd206c81290a114c0902@1200x630_0x2aT9qhCB_1038095525664599422.png.webp)
Вообще за тему путешествий во времени взялись совсем недавно: в конце XIX века Марк Твен написал «Янки при дворе короля Артура», а Герберт Уэллс — «Машину времени». Весь ХХ век тему разрабатывали все кому не лень, лавируя между парадоксами, в которые рано или поздно упирается любой сюжет. Главные проблемы временного туризма — позаимствованный из теории хаоса в математике «эффект бабочки» (ничтожное изменение в прошлом ведет к грандиозным переменам в будущем), «эффект дедушки» (что будет, если временной путешественник убьет собственного предка или иным способом помешает собственному появлению на свет) и, наконец, «убийство Гитлера» (можно ли вернуться в прошлое, чтобы что-то предотвратить, и не окажется ли в итоге, что настоящее стало еще хуже?).
Из этого кино- и литературная индустрия исправно штампует пилюли для терапии самого мучительного из человеческих чувств — чувства необратимости.
Из фильмов на эту тему для счастья — да и для базового образования по временному туризму — довольно «Назад в будущее», «12 обезьян» и симбиоза первого и второго «Терминаторов». Поставить в этот ряд «Петлю времени», вероятно, значит погорячиться, но смотрится она примерно с тем же самозабвением, как эти самые «Обезьяны» и «Терминаторы» в юности. В последнее время чуть ли не каждую неделю выходили фантастические блокбастеры, у которых была одна удачная мироустроенческая задумка в основе («Суррогаты», «Время» и прочие «Параллельные миры») плюс ящик спецэффектов, — на этом багаже пытались выплыть неинтересные герои с плохими диалогами.
В «Петле времени» есть эпизод леденящего великолепия, в котором пробирающийся сквозь темный город беглец из будущего (современную версию которого как раз пытают и расчленяют) за считанные минуты обретает все новые жуткие шрамы и увечья: зарубцевавшиеся дырки на безносом лице, культяпки вместо пальцев, потом рук, потом ног… Подобных придумок тут много, но соль не в них.
«Петля» не изобретает ничего принципиально нового в жанре временных путешествий — она использует жанр как антураж. Так же как гангстерские саги используют сухой закон и шляпы. Сама же она — вечная, но оживленная точностью взглядов, деталей, реплик, характеров, история о пути героя. Дух в ней захватывает не от фантастического антуража, а от самурайской печали, свойственной историям про гопника и убийцу, который вступил на самоотверженный и самоубийственный путь. Точнее, это фильм о двух версиях одного героя, у каждого из которых оказывается своя цель в жизни и свой путь. Получившуюся конструкцию хочется некоторое время носить в голове, трогая и расплетая сюжетные узелки (при этом в невнятности кино не упрекнешь). И то и дело вспоминать, как Брюс Уиллис отмахнулся от расспросов о прошлом ответом: «Мои воспоминания — ненастоящие, это лишь одна из множества возможностей».
Елена Полякова
Кадры из фильма — kinopoisk.ru