«Мы все ее видели в "Ночном дозоре", пускали слюни»: новосибирец купил «Мазду» с необычным двигателем — зачем она ему

Все мы прекрасно осведомлены, что в двигателе автомобиля работают поршни, а что такое роторный мотор — знают немногие. Сегодня в нашем обзоре новосибирец Алексей со своей Mazda RX-8 с подобным агрегатом — спортивным японским купе на заднем приводе. В чем преимущества ротора и с какими серьезными проблемами пришлось столкнуться автовладельцу — читайте далее.

Это Mazda RX-8, выпущенная в 2004 году, Алексей купил машину в 2018-м. Специально он ротор не искал, просто так вышло — нужно было шустрое купе для поездок на треке.

— 35 лет мне исполнилось, решил, хочу себе купе — машина эгоиста, в основном один или с женой ездишь. Начал смотреть «Левинов», «Труено» — машин нету живых либо по документам все кривые. Потом начал смотреть «Целики», «Прелюды».

Знакомый предложил приехать в автосалон подержанных машин и посмотреть на RX-8 — достаточно именитый автомобиль, собравший множество мировых наград и входящий в топ-10 автомобилей мира в середине 2000-х.

— Красивая машина, но роторный двигатель. Ну ладно, заезжаю в автосалон, и впервые за 9 месяцев была реакция «вау», сел в машину, и всё, это вот прям твое, любовь. Ценник был 380 тысяч рублей, но я забрал за 300.

В роторном двигателе нет поршней, главный элемент (ротор) в камере сгорания здесь совершает вращательное движение, в отличие от поршней с их возвратно-поступательным движением. Соответственно, нет нужды использовать механизмы для преобразования движения. Такие моторы легче, эффективнее, мощнее обычных. Но в реальности с ними много проблем, с чем и столкнулся Алексей.

— Приезжаю к специалисту, и тут: надо менять катушки, свечки, масляные форсунки и высоковольтные провода. Всё бы ничего, но стоимость свечей 10 тысяч, 4 катушки тысяч по 5 вышли, 4 масляные форсунки по 5,5 были. Грубо говоря, расходники, то, что постоянно меняется, это дорого стоит.

Объем двигателя здесь 1,3 литра, мощность 210 л. с. Привод задний, обычный гидроавтомат.

— Плюс перед поршневым двигателем — быстрее раскручивается, маленького размера, легкий, вес 100 с лишним килограммов. Ну и, наверное, на этом плюсы его заканчиваются. Остаются минусы — большой расход масла, масло непосредственно в камеру сгорания поступает. И большой расход бензина — 17–18 литров в городе. А масло от замены до замены 1–2 литра доливаю, меняю через 4–5 тысяч километров. Это хороший геморрой, по большому счету.

Мне было неинтересно, что она роторная, если бы она была «свапнутая» с другим двигателем, может, это было бы и лучше. Но получилось так, что она была роторная, мы все ее видели в «Ночном дозоре», пускали слюни — да, она очень красивая. Ну роторный да роторный, ну и хрен с ним.

По запчастям недорогая — кузовщина, ходовка, всё это стоит копейки. По ходовке менял только колодки, стойку одну сейчас надо менять. А так особо проблем не было.

Внутри автомобиль достаточно прост, но есть одна интересная особенность — задние небольшие двери открываются против хода движения, как на «Роллс-Ройсе».

Сначала необходимо открыть переднюю дверь, затем распахнуть заднюю створку. Это облегчает посадку на задние места, не отличающиеся простором.

Алексею важно даже не разгоняться по прямой, а получать удовольствие от вождения на треке. Он часто ездит на обустроенные автодромы в соседние регионы, поскольку в Новосибирске таких до сих пор нет.

— Я, когда выбирал машину, хотел только автомат, потому что я уже ленивый, с нашими пробками вот это дергать мне в свое время хватило. Но именно на роторном двигателе на механике RX-8 бодрее, прям гораздо интереснее. Здесь она по прямой разгоняется долго, пока двигатель раскрутится. То есть на 402 метра она плохо едет, на более длинную дистанцию двигатель выходит на 8–9 тысяч оборотов, она едет.

Прямая — не ее стихия, у нее развесовка 50 на 50, двигатель находится за передней базой — ей нужно в кольцо, на трек. Был в Красноярске на «Красном кольце», был в Кузбассе, на кольце она едет шикарно. Это надо почувствовать, едет как по рельсам, в любой поворот. Не приходится сильно сбрасывать, она всё равно держит траекторию, четко идет.

В среднем 6,8–7 секунд разгон до сотни выходило, когда замерял. Когда с двух педалей стартуешь, там уже побыстрее, двигатель уже раскручен. Где-то до 3–4 тысяч оборотов. Система стабилизации у нее есть, и она не отключается, езжу с ней. Зимой подрифтить можно, но я не настолько ударенный, если бы хотел дрифта, сделал бы «заварку» — в редукторе заваривают. Когда надо адреналина, я летаю на параплане, а здесь всё равно помогает, спасает — пусть стабилизация лучше будет, чем когда нужна, она не сработает.

Очень часто многие прям фотаются, выхожу из подъезда, девочки-соседки лет 15 стоят и фотаются у машины. Внешний вид у нее — самое, что в ней ценится. Фотаются на стоянке, подходят: «Можно с ребенком фотосессию сделать?»

Просто автомобиль для удовольствия, в основном машина выходного дня. Ездить каждый день вполне можно, но есть вторая машина. Хотелось бы, чтобы жизнь с роторным двигателем была подольше у нее.

Почитайте еще о редком «Москвиче» из дерева по прозвищу «Буратино» — в СССР экономили на металле.

А это черная «Волга» ГАЗ-24, в 70-е годы на такое авто можно было выменять квартиру в Москве.

Представительская «Чайка» ГАЗ-13 выпускалась только для заслуженных людей, ее даже не продавали в магазинах — смотрите на экземпляр 1970 года.

Отлично отреставрированная «Волга» ГАЗ-21 первой серии полностью соответствует заводскому исполнению. Реставратор Борис Беспальчий трудился над ней два года.

Новосибирский пенсионер Евгений Кириллов на досуге собирает и ремонтирует советские авто — вот его «Москвич» 1959 года.