Сдали залив. Власти Бердска потеряли гектары курортной земли, но не стали их возвращать — кто и как завладел участками

Новосибирский предприниматель больше десяти лет назад получил участок земли в Бердском заливе. Виктор Фельчук не планировал его покупать, но был вынужден это сделать — гектары были залогом по долгу от его умершей знакомой. С тех пор бизнесмен разгребает последствия злополучной сделки: его осудили за мошенничество, которого, по словам Виктора Фельчука, он не совершал. Недавно дело сдвинулось с мёртвой точки: прокуратура вернула участки в собственность государства. Корреспондент НГС поговорил с предпринимателем и внимательно изучил судебные материалы, чтобы понять, почему власти Бердска больше не претендуют на любопытный актив.

Новосибирский предприниматель Виктор Фельчук, рассказывая историю о спорной земле, возвращается на 16 лет назад. В 2010 году он занимался торговлей мехом. Среди его клиентов была Гульнара Сумишевская — по его словам, сотрудница Территориального управления Росимущества по Новосибирской области, которая покупала у него каракульчу и шкурки. В 2011 году она сообщила, что у неё обнаружили онкологию. Виктор Фельчук помог ей попасть на лечение во Франкфурт через своего партнёра и одолжил десять миллионов рублей. В качестве залога женщина предложила переписать на него объекты недвижимости, оформленные под старым пионерским лагерем в Бердском заливе.

Бизнесмен в тот момент находился за границей и поручил изучить документы обслуживавшей его юридической компании. Юристы проверили свидетельства о праве собственности, кадастровые и технические паспорта, судебные решения о признании объектов. Всё выглядело законно: государственные документы с синими печатями и подписями. Объекты оформили на его юридические лица.

Когда Гульнара Сумишевская умерла от рака и вернуть долг стало некому, Виктор Фельчук решил выкупить у Теруправления земельные участки под уже оформленными объектами. Кадастровая стоимость трёх участков общей площадью около 37 гектаров составила порядка двух миллионов рублей.

Впервые выехать на место предприниматель смог лишь в 2016 году, когда появилась публичная кадастровая карта. Вместо построек он обнаружил только мусор и следы стихийных палаточных лагерей. По совету юристов обратился в регистрирующий орган с заявлением о снятии несуществующих объектов с учёта. Когда же попытался получить в администрации Бердска разрешение на строительство оздоровительного центра, услышал в ответ, что на этих участках всегда располагались городские леса, которые Теруправление якобы изъяло незаконно, и строить там ничего нельзя.

«Свидетельство о регистрации права собственности на объекты недвижимости есть, а объектов нет. Ну, разве это возможно? Мне в голову не взбрело», — прокомментировал он.

В 2022 году в отношении Виктора Фельчука возбудили уголовное дело. В январе 2024-го Бердский городской суд признал его виновным по части 3 статьи 159 УК РФ: мошенничество в крупном размере. Новосибирский областной суд в августе того же года переквалифицировал обвинение на четвёртую часть статьи, более тяжкую. Предприниматель получил три года условно.

Суд установил, что Виктор Фельчук, будучи директором ООО «ПластТрейд» и ООО «Садовод» и заведомо зная об отсутствии объектов недвижимости на участках, предоставил в Теруправление и арбитражный суд документы с заведомо недостоверными сведениями об их наличии и тем самым ввёл государственный орган и суд в заблуждение.

Впоследствии прокуратура обратилась в суд с гражданским иском об истребовании участков. Весной Бердский суд иск удовлетворил: договор купли-продажи 2015 года между Теруправлением и «ПластТрейдом» признан ничтожным как заключённый в результате мошеннических действий. Участок площадью около 10 гектаров, оставшийся за предпринимателем, подлежал передаче Российской Федерации в лице Теруправления.

Виктор Фельчук настаивает на своей невиновности и связывает происходящее с фальсификацией распоряжения № 742 Р, датированного июлем 2006 года, — документа, на основании которого участки изначально были поставлены на кадастровый учёт. По его словам, в архиве Теруправления под тем же номером и датой хранится подлинный документ о выделении участков в Новосибирске, тогда как поддельная версия касалась земель в Бердском заливе.

Этот вопрос предметом уголовного разбирательства не стал. Виктор Фельчук говорит, что добивается одного: чтобы администрация Бердска заявила свои имущественные права на землю. Тогда Теруправление окажется ненадлежащим истцом в гражданском деле, что откроет возможность пересмотра приговора.

«Для меня слово чести — это очень важно, это не просто звук», — подчеркнул он.

НГС направил запрос в ТУ Росимущества в Новосибирской области, чтобы узнать, существует ли в архивах ещё одно распоряжение № 742 Р.

Известный новосибирский девелопер Евгений Грибов приобрёл свой участок в апреле 2016 года — почти 6 гектаров в Бердском заливе. Продавцом выступало ООО «ПластТрейд». История земли к тому моменту насчитывала уже шесть лет судебных процессов, однако Грибов имел дело с юридическим лицом, у которого на руках были все необходимые документы.

Участок, который он купил, был частью более крупного — того самого, который «ПластТрейд» в 2015 году приобрёл у Теруправления. В октябре 2013 года Виктор Фельчук обратился в Теруправление с заявлением о приватизации федеральной земли, сославшись на восемь объектов недвижимости, якобы принадлежащих «ПластТрейду». В июне 2014 года ведомство выехало на осмотр, не обнаружило никаких строений и отказало. Тогда «ПластТрейд» обратился в арбитраж и выиграл, предъявив суду документы о якобы существующих объектах. В ноябре 2014 года арбитраж признал отказ Теруправления незаконным. В феврале 2015 года сделка состоялась: участок площадью около 16 гектаров ушёл «ПластТрейду» за 1,55 миллиона рублей.

Примечательно, что на общем собрании участников «ПластТрейда» в сентябре 2015 года, где было принято решение о разделе участка, присутствовал и сам Евгений Грибов — он уже имел долю в уставном капитале общества.

После вынесения апелляционного приговора Виктору Фельчуку прокуратура подала иск об истребовании одного из двух образованных участков. Суд иск удовлетворил. Евгений Грибов, по оценке суда, не может считаться добросовестным приобретателем в той мере, которая защитила бы его от изъятия земли, потому что участки изначально выбыли из федеральной собственности в результате преступных действий.

Защита предпринимателя с решением не согласилась. Адвокат настаивал на том, что земля выбыла из владения государства не помимо его воли, а через возмездную сделку, которую само Теруправление подписало и на протяжении более десяти лет не оспаривало. Апелляционный приговор, по мнению защиты, обязателен лишь в части установления факта действий Виктора Фельчука, но не предрешает их гражданско-правовой квалификации.

Кроме того, адвокат указал на то, что всю цепочку прав — с 2010 по 2016 год — последовательно создавало и подтверждало само Теруправление, фактически введя покупателя в заблуждение относительно законности сделки.

ТУ Росимущества по Новосибирской области в обоих гражданских делах выступает на стороне истца — именно в его пользу прокуратура требует вернуть землю, и именно оно признано потерпевшим по уголовному делу.

Позиция ведомства строится на нескольких доводах. Первый и основной — приговор Виктору Фельчуку. Суд апелляционной инстанции установил, что он путём обмана понудил государственный орган заключить сделку, предоставив заведомо недостоверные сведения об объектах недвижимости сначала в Теруправление, затем в Арбитражный суд. Согласие государства на отчуждение земли, таким образом, было получено обманным путём. Суд с этим согласился и признал договор купли-продажи 2015 года ничтожным.

Второй довод — правовой статус земли. На предварительном заседании по делу Евгения Грибова представитель Теруправления указал, что спорные участки относятся к землям лесного фонда, которые по закону не могут находиться в частной собственности. Эту позицию поддержал и Рослесхоз, привлечённый третьим лицом по делу Виктора Фельчука. Ведомство сослалось на прямой запрет приватизации земель лесного фонда — как в законе о приватизации, так и в президентском указе о перечне объектов, отчуждение которых запрещено.

Третий довод — срок исковой давности. Защита обоих ответчиков настаивала на его пропуске, указывая, что о нарушении права государство знало уже в 2015 году. Суд этот довод отклонил: до вынесения апелляционного приговора в августе 2024 года ни факт мошенничества, ни личность надлежащего потерпевшего не были установлены достоверно. Именно с этой даты и следует отсчитывать трёхлетний срок — а значит, иски, поданные в 2025 году, поданы своевременно.

Вместе с тем в материалах дел зафиксирована и противоречивая роль самого ведомства. В 2010 году именно Теруправление зарегистрировало право федеральной собственности на участки, опираясь на те же сведения об объектах недвижимости, которые впоследствии были признаны поддельными. В 2014 году, проиграв арбитраж, не обжаловало решение в кассации. В 2015 году подписало договор купли-продажи. Эти обстоятельства защита использовала как основной аргумент, но суд счёл их недостаточными для отказа в иске.

В уголовном деле город выступал активным участником. Администрация была признана потерпевшей стороной приговором Бердского городского суда и требовала взыскать с Виктора Фельчука 17,7 миллиона рублей. Логика была последовательной: земля всегда числилась городскими лесами, Теруправление изъяло её незаконно, и город годами добивался её возврата через арбитраж. Воодушевившись уголовным приговором, администрация подала кассационную жалобу.

Апелляционный приговор областного суда от 1 августа 2024 года неожиданно изменил расстановку сторон. Потерпевшей стороной признали государство в лице Росимущества, а в иске администрации о взыскании ущерба суд отказал. Апелляционная инстанция прямо указала: несмотря на многолетние споры между городом и федеральным ведомством, категория земель и вид разрешённого использования участков изменены не были, правообладателем оставалась Российская Федерация.

После этого решения администрация из гражданских процессов фактически вышла. В деле Евгения Грибова она была третьим лицом, но имущественных претензий на участки не заявляла. В деле Виктора Фельчука её представитель поддержал требования прокурора — то есть выступил за передачу земли Теруправлению, а не городу.

Судья на одном из заседаний обозначила эту коллизию прямо: если бы администрация заявила о своих имущественных правах, суд передал бы землю городу — доказательная база для этого есть. Но администрация от неё отказалась.

Что стало причиной смены позиции — апелляционный приговор, лишивший город формального статуса потерпевшего, или иные обстоятельства, — публично не объяснялось. Защита Евгения Грибова использовала это как аргумент в свою пользу: раз сам город не претендует на землю, правовая картина не столь однозначна. Но суд этот довод не принял.

В итоге земля, которую администрация Бердска десятилетиями считала городскими лесами и за которую судилась в арбитраже, по судебным решениям уходит к федеральному ведомству. В администрации в ответ на запрос НГС подтвердили, что на спорном земельном участке находятся городские леса Бердска, но не уточнили причины отказа от притязаний на утраченную землю. Заметили лишь, что городская прокуратура подала иски в интересах ТУ Росимущества в Новосибирской области.

Интересно, что ситуация с бердской землёй напоминает уголовное дело бывшего начальника департамента земельных отношений мэрии Новосибирска Георгия Жигульского. Его обвиняли в том, что он подписал отказ от притязаний муниципалитета на украденную землю.