Деревни-призраки: как трава поглощает руины сибирских селений, которые упразднили только год назад — экстремальный репортаж

В 2025 году депутаты областного парламента Новосибирской области упразднили сразу восемь населенных пунктов. По уточненной информации профильного комитета, там минимум три года уже никто не жил. Как оказалось, от перечисленных поселений местами остались только фундаменты зданий — процесс явно длился не три года, а десятилетиями. НГС продолжает серию репортажей из деревень-призраков. На этот раз корреспондент Рихарда Лем отправилась на северо-восток региона, в Болотнинский район.

Как исчезают деревни? В какой-то момент последний житель навсегда запирает дверь и садится в машину, либо уже его родственники загружают в машину гроб, шум мотора стихает и долгое время вокруг слышатся только голоса птиц. Избы растаскивают на дрова жители окрестных поселений, что-то разваливается само и уходит в землю, гниет и рассыпается в труху.

Еще в прошлом декабре у нас с друзьями родился план: увидеть напоследок то, что осталось от населенных пунктов, которые за минувший год были исключены из реестров. В мае 2026 года мы посетили три таких поселения в Каргатском районе. На удивление, одно из них оказалось даже обитаемо, в остальные же мы опоздали на десятилетия.

Поездку на северо-восток, в Болотнинский район мы отложили на лето, потому что грунтовых дорог там куда больше. В пути мы не раз убедились, что решение было правильным, но лишило нас шанса что-либо вообще увидеть.

Из города мы решили ехать через Тогучин, так что первым пунктом назначения оказалась деревня Верхотуровка Баратаевского сельсовета Болотнинского района. Судя по снимкам из космоса, зданий там не осталось, но мы надеялись найти хотя бы фундаменты.

Деревня была основана в 1907 году. К 1926 году посёлок Верхотуровский состоял из 65 хозяйств и являлся центром Верхотуровского сельсовета Болотнинского района Томского округа Сибирского края. В 2002 году, по данным Всероссийской переписи населения, в населенном пункте проживало семь человек, но к 2007 году людей в деревне не осталось.

Путь в Верхотуровку лежал через деревню Александровку, в жаркий день словно вымершую. Именно близость этого населенного пункта впоследствии нас спасла. В какой-то момент мы решили выбрать более короткую, на взгляд навигатора, дорогу и на самодельной плотине через болотце провалились передними колесами. Сели прочно — не вытолкать. Было решено искать трактор.

Мы пешком вернулись в Александровку, и местный житель Александр, по счастью вышедший из дома, когда наша слегка упавшая духом группа приблизилась к первому жилью, указал нам на владельца трактора Николая.

Тот, как только услышал, где мы застряли, без лишних слов отправился за трактором, а мы тем временем немного расспросили Александра про исчезнувшую деревню. Сам он уже на пенсии и все свои 70 лет прожил на одном месте — покидал родную деревню, только когда уходил в армию.

«В 1990-е годы там (в Верхотуровке, — Прим.ред.) оставалось, наверное, домиков пять. Предпоследний уехал Сайтор, он уже в годах был, потом Валетовы. А те, кто помоложе были, раньше уехали кто куда: кто в Юргу, кто в Новосибирск», — вспомнил Александр.

Вообще, разъезжаться жители деревни начали где-то в 1970-х годах. Дома еще какое-то время стояли, но в итоге их уничтожил пожар.

«Там всё заросло, ничего нет, уже деревья вымахали», — описал Верхотуровку Александр.

Александр вспомнил название еще одной исчезающей поблизости деревни: Осиновка.

«Стали укрупнять, хотели согнать всех в Долгово. А кто туда поедет? И люди рассосались: кто в Юргу, кто в Болотное, кто в Тогучин», — рассказал он.

Николай тем временем пригнал трактор и с ювелирной точностью задом подъехал к опасному участку. Его стараниями машина, лежавшая на бампере с висящим в воздухе правым колесом, плавно выкатилась из провала. В ответ на нашу благодарность он только кивнул.

Александр нам указал другое направление к интересующему нас участку, но второй раз искушать судьбу и злоупотреблять добротой Николая мы не стали.

Деревня Рыбкинск Кунчурукского сельсовета Болотнинского района стала нашей второй целью. Забегая вперед, скажу, что найти ее руины нам также не удалось, и мы потратили немало времени на поиск последних жителей: они все еще живут поблизости, но общаться не пожелали.

Деревня была основана в 1908 году, раньше она носила название Рыбкина. В 1928 году состояла из 94 хозяйств и являлась центром Рыбкинского сельсовета Болотнинского района Томского округа Сибирского края.

Когда именно исчезли последние жители, мы установить не смогли. По данным Всероссийской переписи населения, уже в 2002 году там никто не жил, зато 100 лет назад, в 1926, в Рыбкиной было 478 человек.

Мы пытались найти проезд к руинам, но съездов в нужном нам направлении практически не было. А идти пешком наугад по пересеченной местности в облаке мошки и слепней казалось пустой тратой сил.

От безысходности мы решили действовать по тому же сценарию, что и с Верхотуровкой: найти тех, кто помнит еще живой Рыбкинск, в соседнем Варламове.

Жители Варламова к нашему поиску отнеслись с пониманием. Первый же встреченный нами человек указал на дом сына последней жительницы Рыбкинска: «Вот первый дом, спросите у них. У них там родственники похоронены».

Но двери нам никто не открыл. Пришлось искать дальше. Узнали мы адрес и той самой пожилой сибирячки, последней жительницы, Валентины М. Но и она не стала отвечать на стук в ворота, хотя дома явно была.

«Не общительная», — кивнули с сочувствием ее соседи.

Стоит отметить, что в Варламове (как и в Болотном, которое мы проезжали) деревню называют Рыбинском, прямо как город на Волге в Ярославской области. И почти все про этот Рыб(к)инск хоть что-то да слышали.

«С 1970-х там никого нет. Много деревень закрыли: Трахтомировка была, Любомировка, Кривозёровка. Много деревень», — поделился встреченный нами мужчина, представившийся Василием.

Кстати, рыба там действительно водится — в прудике, ранее популярном у рыбаков.

«Как-то, я помню, лет семь назад мы хотели вот на этом тракторе туда проехать, там озеро есть маленькое. Ездили-ездили, трава — выше трактора! Не нашли ничего. Всё заросло», — вспомнил вылазку в направлении Рыбкинска другой житель Варламова.

Анатолий переехал из Юрги, но успевал побывать в Рыбкинске, когда там еще было на что посмотреть.

«Я там бывал, ещё последние дома видел. Я, как бы сказать, монеты искал. Но искать там нечего, один металлолом, — поделился Анатолий. — Вы поехали не в то время, понимаете? Сейчас самая трава. Надо весной, осенью. Там пруд недалеко, но туда никто не ходит, сейчас уж и рыбаков-то нет. Все поперемёрли. Современные люди — они не для рыбы».

Деревня Абрамовка Байкальского сельсовета Болотнинского района на снимках с космоса выглядит перспективно: даже видно несколько сооружений. По пути до нее мы ликовали: наконец-то сможем увидеть сами и показать что-то, кроме травы и болот.

Основано поселение было в 1923 году. В 1928 году посёлок Абрамовский состоял из 23 хозяйств, входил в состав Новосельского сельсовета Ояшинского района Новосибирского округа Сибирского края. К 2002 году там постоянного населения уже не было.

Но вместо Абрамовки нас встретили явно действующие хозяйственные корпуса. Чинившие на улице какую-то сельхозтехнику мужчины показали нам дорогу на само поселение, от которого, впрочем, тоже, по их словам, осталось одно кладбище. А деревни, сказали они, там нет давным-давно.

Мы не без труда нашли нужный поворот. Он вел мимо заросшего поля с брошенной сельхозтехникой, мимо высоченной травы, в которой пряталась стая птиц. Наверное, птицы эти популярны у охотников, потому что нам встретилась табличка с запретом натаскивать тут собак. Еще нам встретился заяц, перебежавший дорогу прямо перед машиной. И всю дорогу провожали вездесущие слепни.

Наш поиск закончился внезапным забором прямо посреди грунтовой дороги. Возможно, этот забор упреждал незадачливых путешественников от попадания в болото. Или за ним была чья-то частная земля. Ни кладбища, ни руин, свидетельствующих о существовавшей здесь Абрамовке, нам не встретилось.

Ответ на вопрос «Как исчезают русские деревни?» мы нашли в Кармановке — эту деревню нам посоветовал посетить Александр из Александровки. На карте там примерно десяток домов, но они заброшены и обозначены просто как «сооружения».

«Здесь только дачники, постоянных жителей нет уже лет 15-20 как,  — подтвердила пенсионерка, представившаяся Наташей. — На том краю ещё один или двое человек остаются — и всё, а больше никто не зимует».

Наташа живет в доме своего деда — проводит в нем лето, как на даче, а на зиму уезжает домой, в Болотное.

Добираться сюда непросто: пешком до трассы, до Корнилова, 10 километров, а там ходит автобус в Болотное. Но ее саму возит на машине сын, он же доставляет матери продукты, потому что магазинов тут уже нет ни одного.

При этом в прошлом году на территории деревни неожиданно установили новые фонари на солнечных батареях. Все-таки еще не совсем умирает деревня.

В мае 2024 года НГС подробнее писал о деревне Селиваново и о том, почему исчезают небольшие населенные пункты.