«Аффтар сожжён, выпил йаду и исчо не напишет»: как умер легендарный Udaff.com

Закрылся Udaff.com — один из самых узнаваемых проектов раннего Рунета, вокруг которого сформировалась целая интернет-культура со своим языком и правилами. «Фонтанка» вместе с его основателем Дмитрием Соколовским — о том, как сайт с «падонковским» юмором пережил пик в 2000-х, растворился в эпохе соцсетей и в итоге ушёл почти незаметно.

На официальном сайте Udaff.com 26 апреля появилось короткое сообщение:

В соцсетях новость встретили по-разному. Кто-то искренне огорчился («Славные студенческие годы….»), кто-то проводил сайт в последний путь на «олбанском языке» («аффтар сожжён, выпил йаду и исчо не напишет»), а кто-то искренне удивился, что он вообще работал до сих пор.

Один из пользователей заметил, что новость даже не в самом закрытии Udaff.com, а в том, что об этом написали лишь на «Пикабу» и «ЯПлакал». Исправляемся.

Основатель сайта Дмитрий Соколовский неоднократно говорил в интервью, что Udaff возник в 2000 году, однако официально домен udaff.com был зарегистрирован 2001.04.02.

Предыстория его появления уходит к сайтам fck.ru и к тому, чье название уже нецензурно. Соколовский сам связывал начало «движения падонков» с fck.ru конца 1990-х; в качестве ранних фигур он называл известного медиапродюсера Константина Рыкова и Linxy, которому приписывалась ранняя практика «писать так, как слышится». Внутри уже самого удафкомовского мира ключевыми фигурами были не только сам Соколовский, но и Руслан Паушу (Гоблин Гага), а также Алексей Бещёков (Профорг) — человек, чья роль на сайте описывалась как «административная, финансовая и тех. поддержка».

• 2000: проект возникает как личная страница/площадка текстов;

• 2001-04-02: зарегистрирован домен udaff.com;

• 2005: массовая фиксация «языка падонков» в прессе;

• 2006-2008: пик посещаемости и узнаваемости;

• 2025-03-12: арест Профорга в Индии, утрата доступа к серверу;

• 2025-04-06: аварийное восстановление на новом хостинге;

• 2025-09-05: подтверждена смерть Профорга;

• 2025-10-29: объявлен переезд на udaff.online;

• 2026-04-26: финальное сообщение о закрытии.

Udaff был не столько «литсайтом», сколько смесью редакции, коммунальной кухни и арены. Структура сайта отражала его дух: в меню и на главной рядом стояли разделы «Креативы», «Нетленка», «Наши сказки», «Полемика», «Письма в редакцыю», «Отчоты», «Музыка на Удаве», «Аудио/Видео», «Фкусно жрать», «Спорт на Удаве», «Вопросы и ответы», «Книжная полка», «Наука бесп…» и другие рубрики. При этом классического форума сайт сознательно не держал: Udaff в 2009 году объяснял, что «тусовка существует именно в каментах», а на самой главной до последних месяцев висела отдельная «Гастевуха чтоп пасрать».

Это устройство было принципиально важным. Автор присылал текст, редактор решал — публиковать или нет, а дальше комментарии превращали публикацию в публичный экзамен. Любопытно, что уже тогда вокруг ресурса существовали офлайн-вечеринки, книги и попытки издательских продолжений, то есть это был не просто сайт, а целая социальная среда.

Важно не путать две вещи. Сам Udaff никогда не был целиком написан «олбанским», и Соколовский прямо говорил, что это не цель и даже не обязательный инструмент сайта: многие авторы писали вполне литературно, а «падонковский язык» был скорее узнаваемой атрибутикой. Внутреннее объяснение эпохи у Удав-комовцев было таким: есть «креатифф» автора и есть толпа комментаторов, которой нужны шок, ритуал и быстрые клише. Именно поэтому так хорошо жили формулы вроде «аффтар жжот» или «пешы исчо». Лингвист Максим Кронгауз потом в своей книге «Самоучитель Олбанского» описывал это не как полноценный язык, а как игру с орфографией, моду на анти-орфографию и систему распознавания «свой/чужой».

У происхождения названия «олбанский» есть как минимум две версии. Первая и самая популярная: в октябре 2004 года англоязычный пользователь LiveJournal под ником scottishtiger возмутился русским текстом в чужом журнале, ему ответили, что это Albanian, после чего начался флешмоб «уроки албанского русского». Но сам Соколовский в 2008 году приводил и другую версию: по его словам, термин закрепился после истории с блогом Мадонны, где из-за машинного перевода появилось абсурдное сообщение на «кривом» русском.

Российские пользователи массово начали высмеивать его в комментариях, советуя «учить албанский», — и это выражение быстро разошлось по сети, закрепившись как название целого языкового стиля.

Типовые приёмы «олбанского» хорошо описаны филологами: намеренные эрративы, замена безударных гласных, оглушение/озвончение, «жы/шы», «йа/йо/йу», нарочитое склеивание слов и меметические исключения, которые закрепились уже просто силой повторения. Вот несколько наиболее канонических примеров:

• «превед» (вместо «привет»)

• «кросавчег» (красавчик)

• «аффтар жжот» (автор жжёт)

• «выпей йаду» (выпей яду)

• «аццкий» (адский)

• «пешы исчо» (пиши ещё)

• «ниасилил» (не осилил)

• «ржунимагу» (ржу, не могу)

• «убейся ап стену»

• «фтопку» (в топку)

• «адын» (один)

• «мну» (я)

Самый известный случай, когда «олбанский» вышел за пределы узкой интернет-аудитории случился в 2007 году во время онлайн-конференции Дмитрия Медведева, который в тот момент занимал пост первого вице-премьера России. Один из пользователей под ником «Лорд Медвед» спросил: «Не планируется ли ввести в школьную программу курс по изучению „олбанского“ языка?»

К удивлению, Медведев ответил на него развернуто и вполне серьёзно.

«Вообще „Медвед“ — это популярный интернет-персонаж, и невозможно игнорировать потребности изучения албанского языка, хотя, на мой взгляд, существует не меньшая необходимость изучать русский язык», — отметил он.

Об этом «Фонтанке» рассказал лично его основатель Дмитрий Соколовский.

— Почему закрыли сайт именно сейчас?

— Во-первых, просто пришло время. На сайт уже почти никто не ходил, новых текстов не было, он стал никому не интересен — это раз. Почему именно сейчас? Потому что мы буквально на днях потеряли домен udaff.com. Он был зарегистрирован на Алексея Бещекова, нашего Профорга, который умер в индийской тюрьме. Если вобьёте его имя в интернете, увидите всю историю. Его обвинило американское правительство в отмывании денег на криптобирже, он там был техническим специалистом. Его арестовали в Индии, посадили в тюрьму под экстрадицию, которой он так и не дождался. А домен был оформлен на него. Сейчас оплата закончилась — домен мы потеряли. Вся эта история уже выглядит как анекдот про «откапывание трупа стюардессы». Поэтому я принял решение закрыть сайт — он своё уже отдал. Всё-таки 26 лет.

— Какая была посещаемость в последнее время?

— Да я даже не знаю, счётчик уже давно не работал.

— О чём была последняя статья?

— Последние тексты — это в основном были прогнозы, спортивные: футбол, хоккей.

— Неожиданно.

— Да это просто ребята общались в рамках колонки «Спорт» на сайте. Обсуждали всякие вещи. Ничего особенного.

— Когда начала падать посещаемость? Был какой-то конкретный момент?

— Был, конечно. Думаю, где-то в 2015 году.

— Как вообще появилась идея создать такой сайт?

— Основоположником был сайт fck.ru. А так идея сама появилась. Я просто писал какие-то смешные тексты, их некуда было складывать. Сначала сделал сайт на «Народе». Потом уже зарегистрировали нормальный домен. К тому времени, как udaff.com начал нормально работать, fck.ru уже закрылся. Мы, если очень условно говорить, подхватили упавшее знамя. Это был 2000 год.

— А кто туда писал в первое время?

— Да самые разные люди — и по образованию, и по социальному статусу. Просто им нравилась вот эта свобода в интернете. Для меня это был просто прикол.

— А вы запускали сайт вместе с Бещековым?

— Он занимался технической частью: дизайн, домен и всё остальное. Я занимался только текстами. Просто в сети как-то познакомились. Подробностей уже не помню. От нас потом начали откалываться разные небольшие сайты, которые жили своей жизнью. Их было довольно много, перечислять смысла нет — часть уже умерла, часть еле существует. Например, до сих пор есть сайт, который вырос из нашей рубрики с рецептами.

— Еще одна неожиданность.

— Да. У нас была очень популярная рубрика «Вкусно жрать». Мы публиковали пошаговые рецепты с фотографиями. Кстати, саму фразу «вкусно жрать» я вычитал у писателя Владимира Гиляровского. И вот оттуда вырос отдельный сайт с рецептами — он до сих пор существует, хотя тоже уже довольно вяло.

— То есть в каком-то смысле проект продолжает жить в других формах?

— Ну да, в каком-то смысле так и есть, но какие-то такие… жалкие отголоски, я бы сказал.

— На какое время пришелся пик «падонковского языка»?

— Наверное, где-то в 2009–2010 годах. Скорее всего, так. Потом началась стагнация.

— В чём была главная идея этого языка? Это шутка, протест, самовыражение?

— Мне кажется, это просто прикольный способ писать известные слова по-новому. Это была и шутка, и самовыражение, конечно. Людям нравилось. Но для меня это никогда не было самоцелью — просто было забавно на тот момент.

— Как думаете, ваш сайт как-то повлиял на современный русский язык?

— Ну, не раскрасил, конечно, но что-то, возможно, привнёс.

— А как вы относитесь к самому термину «олбанский язык»? Он корректный?

— Я, если честно, никогда об этом не задумывался. Не могу ничего сказать. И потом, когда сайт создавался, он вообще не под «олбанский язык» делался. Не было цели, чтобы все писали именно так. Кто-то писал на «олбанском», кто-то — на нормальном русском. Люди просто развлекались, а мы им не мешали.

— Видите ли вы сейчас какие-то отголоски этой субкультуры у зумеров?

— Да, иногда вижу, как люди что-то подобное пишут в соцсетях. Ну, какие-то мелочи, вроде этого. Но не более того. Единственное, что бросается в глаза в соцсетях, — ощущение, что общая грамотность падает. И меня это расстраивает. Люди пишут плохо. Причём не намеренно, как это было с «олбанским», а просто неграмотно. Это, конечно, печально.

— Как вы оцениваете то, что сейчас происходит с российским интернетом?

— Грустно. Вот так я это оцениваю.

— Как вам кажется, к этому что привело? Где всё изменилось?

— Я бы не хотел в политику уходить. Одно скажу: слишком много запретов.

— Сейчас это часто объясняют тем, что нужно защищать детей, оберегать их от негативного контента.

— При чём тут дети? Запрещают-то взрослым. Я считаю, что чем меньше запретов, тем лучше.

— А что, на ваш взгляд, пришло на смену «олбанскому» языку и таким сайтам, как ваш? Есть ли что-то похожее сейчас?

— На смену нашему сайту пришли соцсети. Они его, скорее всего, и убили. Там просто удобнее всё: и писать, и общаться. Поэтому, да, — соцсети. Разные: и запрещённые, и незапрещённые, но в целом именно они всё это заменили. Вы меня ещё спросите напоследок, чем я сейчас занимаюсь.

— Вы не поверите, но об этом и был мой следующий вопрос.

— Я сейчас шеф-редактор сайта Alterlit. Это сайт про прозу, поэзию, обзоры. В каком-то смысле я продолжаю эту историю, но я не создатель, я шеф-редактор. Там могут писать все, а редакторы отбирают тексты — можете зайти посмотреть. Только без «олбанского языка». Ну, по крайней мере, людям нравится. Это сейчас моя основная работа.