«На чердаке гасили бомбы»

Фоторепортаж из знаменитого новосибирского дома — хранитель времени рассказал о тайне происхождения часов на башне, а жители вспомнили, как стреляли в подвале

29 января 2015, 00:00 27 251

74 комментария

«Дом с часами» на Красном проспекте — одно из самых известных и красивых зданий в Новосибирске. Его воздушные галереи печатали на открытках, а во дворе работал фонтан. Теперь одно из лучших зданий архитектуры конструктивизма оказалось запущенным. На его придомовой территории выросли сразу несколько точечных зданий, а само оно даже после капремонта напоминает призрак. Корреспонденты НГС.НЕДВИЖИМОСТЬ прогулялись по галереям, поговорили с часовщиком и побывали в гостях у жильцов, которые рассказали, как учились гасить бомбы на чердаке, и вспомнили манящий запах колбасы в магазине, где сейчас торгуют итальянскими костюмами по 100 тысяч.

Справка: «Дом с часами» — одно из лучших сооружений архитектуры конструктивизма в Новосибирске, которое отличает строгость, геометричность и лаконичность форм. Спроектирован архитекторами Борисом Гордеевым и Сергеем Тургеневым по заказу Крайснабсбыта. В создании конструкций здания принимал участие инженер Николай Никитин, автор Останкинской телебашни. Дом по адресу Красный пр., 11 построен в 1931–1934 годах. Несколько лет назад мировое общество DOCOMOMO, охраняющее памятники архитектуры, признало «Дом с часами» одним из 800 лучших авангардных творений архитектуры в мире.

За часами на знаменитом доме более 30 лет следит живущий неподалеку инженер Анатолий Ольшановский. Хранитель времени поднимается на чердак и поднимает гирю весом 120–150 кг на лебедке, которая потом 8 дней опускается вниз. По сути, это гигантский круглый будильник. Подводить стрелки приходится 2 раза в неделю — ход часов сбивается от перемены погоды. | ngs.ru — За часами на знаменитом доме более 30 лет следит живущий неподалеку инженер Анатолий Ольшановский. Хранитель времени поднимается на чердак и поднимает гирю весом 120–150 кг на лебедке, которая потом 8 дней опускается вниз. По сути, это гигантский круглый будильник. Подводить стрелки приходится 2 раза в неделю — ход часов сбивается от перемены погоды.

По легенде, часы вывезли из Германии, но Анатолий Ольшановский уверен, что их изготовили на заводе «Труд» — записи об этом он видел в документации с чертежами. С такой персиковой расцветкой и белой подводкой балконов дом помнят только старожилы, в свое время в нем воплотились мечты конструктивистов о доме-коммуне. Возле него назначали встречи и свидания и ходили в гастроном на 1-м этаже.

Как описывает архитектор Игорь Поповский, во времена застоя возникла идея о том, что здания конструктивизма должны быть серого цвета, по виду фактуры — бетона, как у лидера французского модернизма Ле Корбюзье: «Эксперты объясняли, что на Новосибирск дуют пыльные ветра с кулундинских степей, поэтому лучше сразу сдаться и весь Новосибирск окрасить в серый. На самом же деле кризис 70-х не позволял красить фасады раз в 5 лет».

«У нас был изумительный магазин внизу — гастроном. Вы знаете, это было чудо, а не гастроном! Заходишь, а там такой аромат колбасы вареной! Я до сих пор его помню», — вспоминает живущая в доме с 1938 года Валентина Ломоносова. Теперь на его месте открылся бутик итальянских костюмов Canali со средним чеком 100 тыс. руб. На 2-м этаже работали сотрудники института «Сибгипрогормаш», которым давали комнаты в доме.

Жители памятника архитектуры входят в свой подъезд под вывеской секс-шопа. По словам Валентины Соловьевой, во время войны на месте секс-шопа держали топливо, которым топили печи. Сейчас в сером здании «Дома с часами» притаились Следственное управление, Горзеленхоз и Росздравнадзор. Всего в доме 58 квартир. Комнаты продают за 950 тыс. руб., «двушки» 53 кв. м стоят от 3,4 млн руб., за 90 кв. м просят 6,3 млн.

Жильцы 2,5 года боролись с УК «Уют», чтобы дом отдали под управление ТСЖ. Первым делом ТСЖ осушило подвал, установило автоматические ворота на въезд и начало чистить снег. Как рассказал президент Фонда по защите памятника архитектуры «Дом под часами» Олег Викторович, в 2008 году по федеральной программе дому сделали ремонт на 9 млн руб. — отремонтировали крышу так, что она течет, и сделали остекление галерей, поставив дешевое стекло и изменив оконный ритм.

Квартиры в доме выходят в знаменитые галереи, которые позволили сэкономить — иметь на весь дом всего один лифт, — и удачно решили инсоляцию жилья. Несмотря на недавний ремонт остекления, из окон дует, намерзает изморозь. «И когда солнце, все сползает и превращается в каток, — описывает Олег Викторович. — Когда дождь идет, у нас лужи».

Архитекторы задумали в прихожих окна, выходившие в галереи, поэтому проходящий мимо мог заглянуть в квартиру. У советского человека не должно было быть никаких секретов от соседей.

В санузлах тоже встречаются окна. Как рассказал Олег Викторович, там, где сейчас находится следственный отдел, была столовая, куда служащие ходили на завтрак, а детей они отдавали в детский комбинат на 1-м этаже.

«Мне нравится, что здесь все в шаговой доступности», — говорит живущий в квартире на 7-м этаже, непосредственно под часами, Александр Москалев. Бывший владелец этой квартиры планировал открыть японский ресторан с выходом на террасу на крыше дома, но ему не дали жители.

Папу Валентины Ломоносовой — Василия Безрядина — пригласили в Новосибирск работать редактором газеты «Большевистская смена», и они переехали: «Нас поразил наш дом, эти галереи. В городе это был самый красивый дом. Выпускались серии открыток о Новосибирске, и наш дом всегда был на этих открытках как самый красивый. Просто поразительно, как он потерял лицо в настоящее время, как испортили наш дом».

Как вспоминает Валентина Ломоносова, людям давали жилье комнатами, и до сих пор многие квартиры в доме коммунальные. Среди известных людей здесь жили заслуженный архитектор РФ Сергей Баландин; профессор Иосиф Эйнгорн, внесший большой вклад в развитие высшего образования в Сибири; командир 3-й батареи 14-го противотанкового дивизиона старший лейтенант Сергей Загайнов, удостоенный ордена Суворова III степени. Сейчас здесь живет известный художник Александр Беляев.

Во время войны по этой лестнице жители поднимались на чердак, где учились гасить бомбы. «Там лежали муляжи, и мы пытались их гасить, — рассказывает Валентина Ломоносова. — Внизу, в подвале, был тир. Мы там учились стрелять и потом сдавали на значок «Ворошиловский стрелок».

Отец Лидии Алексеевны — Алексей Могилевский — был директором института «Сибгипрогормаш», изобретателем, лауреатом Сталинской премии. «Умер он в Донецке, тогда город назывался Сталино. Папа выходил из шахты, где испытывался его комбайн, и у него случился инфаркт. Шахтеры из Сталино собрали деньги на цинковый гроб и оплатили самолет. Заводчане его до [нынешней] «Гагаринской» несли на руках, — вспоминает Лидия Алексеевна. — Мой брат Михаил тоже интересный человек, работал директором физматшколы и в Институте гидродинамики, написал книгу «Научный метод Леонардо да Винчи». Потом он уехал к сыну в Америку, который большой начальник в «Микрософте».

«Наш двор — это было что-то необыкновенное. В середине стоял красивый фонтан. И мы там малышами бегали. Мой папа устраивал каток, а летом мы играли в волейбол. Слева была эстрада, и мы там читали стихи и пели песни», — говорит Валентина Ломоносова. Сейчас двор изуродован точечной застройкой — Корней Гиберт построил 9-этажный жилой дом, 5-этажную клинику и начинал строить БЦ «Мост».

По словам Олега Викторовича, соседние стройки повлияли на дом. Это хорошо заметно по заваливающейся галерее и трещинам: «Я комиссии приводил, и все говорят — да нет тут подвижки здания. Не надо быть специалистом, чтобы понимать: когда идет трещина — это просадка здания. За полгода маячки показали 5 см. Запрещено строить здания ближе 25 м к памятнику архитектуры. У нас по факту 2,7 м до бизнес-центра».

Олег Викторович хочет создать единое дворовое пространство своего дома и нескольких соседних зданий и даже сделал за свой счет план благоустройства. Он надеется, что власти и богатые компании, которые владеют соседними зданиями, пойдут навстречу, и тогда во дворе снова появятся лавочки и деревья.

Но пока власти Новосибирска не выделяют средства на ремонт дома. Зато ремонтируют в здании областного правительства помещения для министерства строительства. На время «реконструкции» оно решило переехать в бизнес-центр «Мост», который воткнули вплотную к «Дому с часами».

Елена Гурьянова

Фото Анны Золотовой, фото 2 — архивное

ПО ТЕМЕ

Елена Гурьянова

Шеф-редактор NGS.RU

Лайк

Смех

Удивление

Гнев

Печаль

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии

Гость

26 января 2020, 15:09

Я с рождения жила с родителями во дворе во флигеле. Двор был замечательный, все, о чем писали-правда: фонтан, где мы купались, беседка, сцена и зимой большая деревянная горка, рассвеченная разноцветными лампочками. Все дети были одинаковы и не было различия кто в какой квартире живет, кто родители. Несколько лет назад зашла во двор и то, что увидела, повергло в шок! Где двор? Где детская площадка? Все изуродовали изверги, находящиеся у власти города своими точечными застройками. Мне жалко тех молодых, кто пишет отрицательные комментарии, жалко вашего жалкого детства которое не оставит в вас следа доброты.