Новосибирец открыл мастерскую для людей с нарушениями психики и инвалидностью

Приятно знать, что мир не без добрых людей, и история Артема Барсукова тому подтверждение. С детства он видел пример помощи нуждающимся от своих родителей и вырос отзывчивым и открытым человеком. Мужчина открыл инклюзивную мастерскую для людей с ментальными нарушениями и инвалидностью, дал им работу, поддержку и возможность почувствовать себя счастливее. Корреспонденты НГС посетили необычную мастерскую, познакомились с ее дружными обитателями и даже научились делать свечи из воска. Рассказываем подробности. Желание помогать Несколько лет назад Артем Барсуков путешествовал по Франции вместе со своей невестой, и ему на глаза попалась община для людей с ментальными нарушениями. Он говорит, что та поездка навсегда изменила его жизнь: мужчина настолько вдохновился идеей, что решил организовать похожее место и в своем городе. — Я с детства был добрым человеком. В моей семье родители всегда кому-то помогали, я видел пример, который сыграл определенную роль в моем будущем. Человек сам делает выбор — я выбрал помогать, — объясняет он. Реализовать задуманное получилось не сразу. Открытию инклюзивной мастерской предшествовали десять лет волонтерства. Артем получил образование социолога, прошел практику в психоневрологическом диспансере, научился общаться с людьми с нарушениями развития. Постепенно рядом с ним собрался круг таких же неравнодушных к чужой беде людей, которые со временем стали частью его жизни. Артем ездил в Москву, в Петербург, смотрел, как там устроены подобные организации. У него появилось понимание специфики работы. Результатом стала открытая два года назад АНО «Важен каждый». У организации нет ни спонсоров, ни меценатов — все держится на плечах Артема и его коллег. «Здесь все мои друзья» Инклюзивная мастерская — это место, куда люди с ментальными нарушениями приходят заниматься творчеством. Они работают и получают за свой труд оплату. Артем называет их коллегами: вместе они изготавливают свечи, сувениры и предметы кухонной утвари из дерева. — Мы все разные, и способности у всех тоже разные. Есть люди, которых из-за их особенностей не берут на работу, потому что человеку сложно концентрироваться, он неусидчивый, многозадачность вызывает тревожность и панику. Кто-то рождается с инвалидностью, кто-то приобретает ее вследствие аварии или спортивной травмы, у кого-то мог произойти нервный срыв — в нашей мастерской таких трое, — рассказывает он. Артем считает, что человек очень хрупок: то, что для кого-то может стать жизненным опытом, для другого станет психологической травмой. Так произошло у Кирилла — парень учился в медицинском университете, а на 4-м курсе стал замечать за собой приступы нервозности. — Я стал плохо себя чувствовать. Врачи подозревали у меня психическое расстройство: мучили бредовые мысли, неадекватное поведение. Были случаи, когда скорая увозила меня вместе с полицией. С 21 года я на психиатрическом учете, а в 24 года мне оформили пенсию, — рассказал молодой человек. — Мне кололи лекарства, от них были побочки. Сейчас я на таблетках, без которых не могу. Кириллу нравится работать с деревом, а особенно шлифовать — у него очень хорошо получается. Говорит, сделал уже тысячу тарелок, а то и больше. В инклюзивную мастерскую он пришел больше года назад, по рекомендации социального работника. Самое ценное, что происходит в стенах мастерской — это социализация. Люди, привыкшие вести затворнический образ жизни, учатся быть частью чего-то большего: они работают, заводят друзей, делятся друг с другом переживаниями, развлекаются, поют песни под гитару. В этом, по мнению их руководителя, заключается настоящее счастье. — Здесь все мои друзья, — улыбается Светлана. — Я прихожу в мастерскую с удовольствием, для меня это эмоциональная разрядка. Дома — день сурка, а после занятий я чувствую себя спокойно и гармонично, — делится Алла. Девушка, как и Кирилл, пережила нервный срыв на фоне учебы. Она рассказывает, что старалась параллельно и учиться, и работать, родители ожидали от нее высоких результатов. Алла получила диплом, но цена оказалась высока. — Жизнь так повернулась, что кроме таблеток мне ничего не помогало. Все на меня наседали, все что-то хотели от меня, я всем была что-то должна, меня разрывали. Для меня это был стресс. Я старалась: и училась, и работала, не успевала писать конспекты, и все вместе меня довело. Я копила переживания в себе, а потом — раз, и случился выплеск. Помню, готовилась к какому-то коллоквиуму, но не выдержала, все порвала, выкинула, плакала. Бабушка сказала маме, что нужно меня вести к психиатру, — вспоминает девушка. Павел тоже давний обитатель мастерской, приходит сюда вместе с женой. Мужчина любит рассказывать истории, в мастерской он душа компании — играет на гитаре и поет, сочиняет музыку. Любой труд должен быть оплачиваемым Ребята приходят в мастерскую каждый день, кроме выходных и праздников. Их день начинается с 9 утра и заканчивается к 13 часам, хотя четкого графика и строгого распорядка нет. Артем объясняет: его подопечным нужны защищенные условия труда, чтобы никто на них не кричал, не ругал за испорченный кусочек дерева или за криво скрученную свечу, не выписывал штрафов. Не получилось сегодня — не беда, получится завтра. — Когда государство выделяет нам субсидии, ребята получают вознаграждение в размере МРОТ. Сейчас действующих субсидий у организации нет, поэтому действует сдельная оплата труда — это около 5 000 рублей в месяц, МРОТ мы не вытягиваем, — объясняет Артем Барсуков. Он считает, что любой труд должен быть оплачиваемым, а ребята рады, что могут самостоятельно зарабатывать деньги. Изделия ручной работы продают на маркетплейсах, иногда команда инклюзивной мастерской участвует в ярмарках. К примеру, набор свечей из 4 штук можно купить за 450 рублей, а из 6 — за 670 рублей. Разделочная доска из дерева продается за 1500 рублей, сувениры — 1000 рублей. Руководитель мастерской активно выступает за то, что детей с ограниченными возможностями — ментальными или физическими — нужно социализировать и учить самостоятельности, в противном случае к 15 годам родители получают приспособленца, который понимает, что все его жалеют и пользуется этим. По словам Артема, в стране было несколько случаев, когда взрослый человек — родитель — ушел из жизни, а ребенок с инвалидностью не обладал базовыми навыками самообслуживания, оставался один и не знал, что ему делать. Задача мастерской помогать таким семьям, оказывать поддержку родителям, а их детям, пусть даже и взрослым, давать возможность чувствовать себя самостоятельными и значимыми. Инклюзивная мастерская расположена в Краснообске. Помещение для занятий небольшое: 2 на 3 метра, 12 человек помещаются в нем с трудом. Артем Барсуков рассказывает, что им с коллегами удалось найти помещение больше — 270 квадратов, но оно нуждается в ремонте. Организация открыла сбор средств, пока из 1,2 миллиона рублей удалось собрать лишь 256 180 рублей. — Основная проблема — общественная. Для нас важно узнавание, чтобы другие родители таких детей знали, что могут получить помощь и поддержку. Мы реализуем задачу с сопровождаемым трудоустройством, — заявляет Артем. — Я бы хотел, чтобы у нас появилась квартира с сопровождаемым проживанием — это будет комплекс мер, замещающих стационар. Важно, чтобы домашние ребята, люди с инвалидностью не попадали в психоневрологические интернаты. «Помогать, прощать, не обижать» За два года через мастерскую прошло уже около 30 человек. Кому-то нравится заниматься каждый день, а кто-то предпочитает появляться только по праздникам. На Новый год к ребятам приезжали волонтеры из театрального кружка и помогали ставить праздничный спектакль. Преподаватели занимаются с ними по сей день: готовят постановку ко Дню пожилого человека — некоторые участвуют с удовольствием, а любители побыть в тишине продолжают тихонько заниматься привычной работой. — Ребята стали ответственнее и самостоятельнее, завели друзей, они ездят друг к другу в гости — это бесценно. Мы разговариваем, устраиваем беседы о важном: помогать, прощать, не обижать. Я хочу, чтобы они ощущали себя комфортно, чувствовали, что это их место и никто их не обидит. Все мы не идеальны, у нас каждый имеет право быть собой. Мои ребята — красавчики, я очень ими горжусь, — признается Артем Барсуков. Что еще почитать «Не надо жалеть, у ребенка всё хорошо». Мама подростка с ДЦП рассказала, как ее сын поднялся в горы. «Ни на что не реагирует»: история сибирячки, которая усыновила неизлечимо больного ребенка, но не знала об этом. «Я выбралась из болота». История супермамы тройняшек с ДЦП — она потеряла мужа, но снова обрела любовь.