«Нет личных границ — ставят физические»: для чего Новосибирск обносят заборами и почему это «театр безопасности»

19 марта в модельной библиотеке имени М. Е. Салтыкова-Щедрина прошла открытая дискуссия на одну из часто обсуждаемых тем в городе: нужны ли на улицах и во дворах заборы. Участники поспорили о том, дают ли ограды дополнительную безопасность или создают лишь ее иллюзию, насколько сильно подобные архитектурные решения портят внешний вид города и что можно изменить, чтобы всем — и тем, кто выступает за «озаборивание», и тем, кто критикует такую форму обособленности, было комфортно. Урбанист, архитектор, социолог, председатель ТСЖ и неравнодушные жители города попытались понять, почему Новосибирск всё больше «закрывается» и есть ли у этого процесса альтернатива. Подробности — в материале НГС.

Заборы в Новосибирске уже давно перестали быть чем-то необычным — скорее, наоборот, стали частью повседневного и без того не живописного пейзажа. Они окружают дворы, школы, детские площадки, тянутся вдоль магистралей и постепенно формируют ощущение «разрезанного» города. При этом отношение к ним у горожан остается неоднозначным: кто-то видит в них защиту и порядок, кто-то — лишние барьеры и неудобства.

Урбанист Никита Васильченко объясняет популярность ограждений достаточно просто: это базовая реакция на появление частной собственности.

«Там, где появляется частная собственность, появляются и границы. А забор — самый простой способ эти границы обозначить. В российских городах до сих пор слабо сформировано представление о так называемом праве на город, когда общественные пространства воспринимаются как общее благо. В этой ситуации люди стремятся хотя бы частично контролировать территорию вокруг себя и делают это через ограждения», — уверен Никита Васильченко.

Он напоминает, что в разные периоды застройки подход к заборам менялся. В эпоху СССР всё было «общим» и заборов вне частных домов и режимных объектов практически не было, в 90-е и 2000-е их часто ставили хаотично, без архитектурной логики и единого решения. Позже появились форматы «урбан-блоков» и закрытых жилых комплексов, где забор уже закладывался как элемент проекта. Но с уже существующей городской картиной до сих пор всё непросто.

«В Новосибирске у каждого дома есть свой земельный участок. С одной стороны, это справедливо: у жителей есть своя территория. С другой — это усложняет управление городом и провоцирует желание у жильцов закрыть эту территорию, — отмечает Васильченко.

Урбанист подчеркивает: полностью избавиться от заборов в таких условиях вряд ли получится, но можно изменить подход — например, делать их частью архитектурного ансамбля, а не случайными элементами.

Архитектор, директор АНО «Сибирский центр содействия архитектуре» и председатель оргкомитета архитектурного рейтинга «Золотая капитель» Татьяна Иваненко считает, что большая часть заборов в Новосибирске, особенно вдоль дорог, не решает проблем безопасности, а лишь создает ее видимость.

«Это так называемый театр безопасности. Мы вроде бы что-то сделали, потратили деньги, но реального эффекта от этого нет, — отмечает она.

По словам эксперта, несмотря на масштабные программы по повышению безопасности дорожного движения, в которые входит и обнесение заборами территории у дорог, в городах продолжают расти аварийность и число пострадавших, в том числе среди пешеходов. Заборы в этой системе не работают как эффективная мера, но при этом создают новые проблемы.

Горожанам приходится менять привычные маршруты, обходить ограждения, тратя дополнительное время. Кроме того, такие конструкции портят внешний вид улиц и ухудшают экологическую ситуацию: после зимы вокруг них скапливается грязь, пыль и мусор, которые сложно убирать.

Любовь новосибирцев к заборам во дворах Татьяна Иваненко объясняет также с точки зрения психологии: по ее мнению, у наших людей не построены личные границы, из-за чего они нуждаются в создании границ физических.

«На западе у людей не принято делать огромные заборы — максимум небольшая живая изгородь. Потому что у них в юридическом смысле очень четко очерчены границы. Они точно знают, где начинается, где заканчивается их территория и личное пространство, у них есть документы, которые имеют вес. У наших людей нет пока четкого осознания их границ и границ других людей, а также понимания, где они нарушаются», — убеждена спикер.

Аспирант кафедры общей социологии НГУ и ассистент кафедры социальной работы и социальной антропологии НГТУ Ринат Галиуллин обращает внимание на социальный эффект «озаборивания». По его словам, заборы становятся не просто физическими границами, но и границами разделения.

«Это элемент, который разделяет людей на „своих“ и „чужих“. И такое разделение усиливает напряжение, так как закрытые дворы часто вызывают раздражение у жителей соседних домов, которые не имеют доступа к тем же пространствам — детским площадкам, парковкам, благоустройству. Кроме того, в результате город воспринимается как набор изолированных зон», — уверен спикер.

Ринат Галиуллин подчеркивает, что любовь к заборам не случайна. Она связана с тревожностью и недоверием людей.

Председатель ТСЖ «Домовладелец» Михаил Белозеров смотрит на ситуацию более прагматично. По его словам, большинство жителей все-таки заинтересованы в ограждениях на территории своих дворов.

«Дом без забора проигрывает тому дому, вокруг которого установлен забор. Это вопрос безопасности и банального удобства. Например, это касается вечной темы с проблемами парковки в центре города и в старом жилом фонде. Люди, у которых нет заборов, завидуют тем, у кого они есть. Кроме того, это вопрос безопасности детей», — говорит он.

Михаил Белозеров отмечает, что закрытая территория позволяет контролировать доступ во двор, снижает количество «чужих» автомобилей и в целом воспринимается как плюс при выборе жилья.

При этом спикер признаёт: сегодня проблема с заборами во многом связана с их внешним видом и отсутствием единых стандартов. Ограждения часто выглядят разрозненно, не сочетаются с архитектурой и создают визуальный шум.

«Заборы большинству нужны. Важно, как эти заборы выглядят. Я считаю, со временем будет какая-то архитектурная норма. Этих „оградок на кладбище“ избегать надо обязательно. В коммунальном хозяйстве денег очень много. Если их правильно тратить, все заборы, которые выглядят ужасно, можно снести. Нужны определенные нормативы по облику заборов, по правилам их чистки и мойки, чтобы это выглядело нормально и сочеталось с архитектурой города», — заключил председатель ТСЖ.

Во время дискуссии зрители и эксперты затронули и более глубокие причины популярности заборов. Так, люди из зала интересовались, делят ли заборы общество на богатых и бедных и не является ли любовь к ним отголоском тревожности, которая поселилась в умах людей, когда все ставили железные двери и решетки на окнах в 90-е годы. По мнению спикеров, ограждения давно перестали быть признаком элитарности того или иного общества, а безопасность от таких конструкций мнимая.

«В 90-х безопасность часто обеспечивалась максимально простыми способами, через физические барьеры: решетки, железные двери, ограждения, но время изменилось. Возьмем пример: в гостинице открытое лобби, ходят люди, которые могут там даже не жить, все чувствуют себя свободно, но территория находится под четким и повсеместным контролем», — объясняет Татьяна Иваненко.

В качестве другого примера спикер приводит объекты, где у людей на проходной спрашивают паспорт, записывают номер кабинета, в который те собираются, а дальше ничего не контролируют.

«Простецкая система, когда мы берем и закрываем периметр, в нем делаем две-три дырки, ставим рамки, шлагбаумы, сажаем человека, который переписывает ваши паспортные данные. Вы проходите, а дальше внутри контроля за вами нет. Это очень примитивная, простая система, которая создает иллюзию, но безопасность не обеспечивает по большому счету», — убеждена архитектор.

В качестве альтернативы в решении проблемы участники дискуссии обсудили разные подходы — от архитектурного переосмысления заборов до более гибких решений, например частично открытых дворов с «комендантскими часами», которые бы открывались днем для удобства тех, кто в этих дворах не живет, и закрывались на ночь для безопасности жильцов, и продуманного зонирования пространства без жестких границ.

В одном мнения спикеров сошлись: быстрых и универсальных решений по поводу заборов в Новосибирске нет и, скорее всего, не будет. Ограждения уже стали частью городской реальности, и в ближайшее время от них вряд ли получится отказаться полностью.

Пока Новосибирск, как и многие другие города, продолжает постепенно «закрываться». Корреспондент НГС Настасья Медведева делилась с читателями мнением, почему ей так не нравятся заборы во дворах Новосибирска, и демонстрировала в материале самые курьезные примеры, где ограждения «уходили в пустоту» или накладывались друг на друга.

Также наши корреспонденты проводили опрос, нужны ли городу заборы между дорогой и тротуаром. Даже при обсуждении таких ограждений новосибирцы высказали прямо противоположные мнения.