Александр Масляков: «Шутки кавээнщиков рождаются в муках, а потом безжалостно режутся редакторами»

Оказывается, до того как родился Александр Масляков, всех мужчин по линии его отца звали Васями. Оказывается, он мечтал стать артистом. Оказывается, он не следит за тем, как живут и где работают кавээнщики после ухода из проекта. Об этом и многом другом Александр Васильевич рассказал в интервью нашему изданию.

— Почему вы редко соглашаетесь на интервью, Александр Васильевич?

— Чтобы это не выглядело кокетством, скажу просто: я не люблю эту сторону своей профессии. Мне кажется, что должно быть совершенно неважно для зрителя, на ком женат артист, на которого он смотрит. Точно так же не должно волновать, сколько у него денег и т. п. Это всё какая-то суета. Казалось бы, если ты никого не предал, не продал, ни у кого ничего не отнял, то окружающие должны к тебе нормально относиться. Но каждый раз я утыкаюсь в то, что чем успешнее ты в своей профессии, тем больше омерзительной агрессии это вызывает у некоторых.

— Для КВН важно, какие на дворе времена — лихие или застойные?

— Для КВН всё равно, какие времена на дворе. Главное, от этих времён не оторваться и существовать в этом времени.

— На какие шутки в КВНе табу?

— В разное время разное табу. Сложнее всего в этом плане было в советское время: слишком много было запретов. Однажды запретили шутки про полотенца, потому что в советских магазинах полотенец не было. Шутки кавээнщиков рождаются в муках, а потом безжалостно режутся редакторами. Есть шутки для большой сцены, а есть для кавээновской кухни. Бывает, шутки долго ждут своего часа, а потом выстреливают на злобу дня. Не раз к нам приходили президенты. Шутили в их адрес достаточно остро, глядя в глаза. И после этого мне никто не звонил и не вызывал на ковёр. Сегодня цензуры у нас никакой нет.

— Вы радуетесь, когда видите огромное количество бывших кавээнщиков, заполонивших всё телевизионное пространство?

— Я перестал пристально следить за посткавээновской жизнью ребят. Хотя знаю, что, слава богу, многие из них продолжают появляться на телеэкране и зарабатывают немалые деньги. Всё прекрасно, но если бы то, что они говорят, через голову всё пропускали, через собственную строгую оценку и цензуру. А так — как-то всё очень на потребу.

— У вас нет ощущения, что на нашем ТВ серьёзный перекос в развлекательную сторону?

— Есть такое ощущение. Перебор с этим делом, мы очень бухнулись в эту стихию. Наверное, это удобно и выгодно. Но это неправильно.

— Александр Васильевич, а ведь изначально ведущим КВН были не вы?

— Не я, а Альберт Аксельрод (врач по специальности). Я сменил его в 1964 году и был тогда не актёром, не выпускником творческого вуза и даже не капитаном команды КВН, а всего лишь студентом четвёртого курса Московского института инженеров железнодорожного транспорта. Родители гордились мною: инженер-путеец в те годы был уважаемой профессией. Но я мечтал о втором образовании, об образовании артиста. Пробоваться на роль телеведущего меня уговорил приятель Павел Кантор. Мне казалось, что я опростоволосился и меня больше не позовут, но меня взяли. И мой визит на телевидение затянулся на всю жизнь.

— От кого вы унаследовали ваше чувство юмора?

— Мой отец был очень скрытным человеком, а мама — более эмоциональным. Я похож на обоих: я эмоциональный человек, но стараюсь не выплескивать эмоции, которые меня иной раз переполняют.

— Александр Васильевич, правда, что до вас всех мужчин в роду Масляковых звали Васями?

— Правда, Василий — имя моего отца, деда и прадеда. Уж не знаю, как моя мама осмелилась нарушить эту традицию масляковского рода, но меня вдруг назвали Александром. Светлана решила, что и сына мы назовём Сашей. Помню, когда он был маленьким, мы втроём плюс собака жили в крохотной квартире. И когда жена громким голосом произносила «Саша!», шёл к ней я, шёл наш маленький сын, и на всякий случай шла собака, которую звали Тимка.

— Раз уж заговорили о сыне, спрошу: Масляков-старший и Масляков-младший похожи характером?

— Вы знаете, нет. Саша самостоятельнее. Когда он был маленьким, мы его называли «Сан Саныч». Даже когда мы хотели ему помочь, он всегда отвечал: «Не надо, я сам!» Я с трудом женился в 30 лет, а он женился в 22 года. Причём на очень хорошей и умной девочке. Общаясь с сыном, я получаю огромное удовольствие.

— Как думаете, почему он пошёл по вашим стопам?

— А почему ему было не пойти? Ведь существовали же в старые добрые времена династии ткачей, сталеваров и т. д. Почему этого не может быть на телевидении? Саша ведь рос за кулисами КВН. Однажды мы приехали на съёмки фестиваля в Сочи, и серьёзно заболела моя мама. Я улетел в больницу, а Саше пришлось выступить в роли ведущего. И вот уже несколько лет он ведёт игры Премьер-лиги КВН.

— Вы бы хотели, чтобы и внучка продолжала ваше дело?

— Пусть она сама выбирает свою дорогу!

— Александр Васильевич, вы считаете себя счастливым человеком?

— Да. Мне несколько раз в жизни везло. В том числе мне повезло с моей женой. Мы женаты уже сорок лет. А до этого ещё пять лет дружили! 24 часа мы находимся вместе, в одном доме, под одной крышей, в одной профессии. Самый надёжный человек во всей съёмочной группе — это моя супруга. После любой съёмки мы можем не сойтись во мнениях и можем посвятить дома некоторое количество времени обсуждению того, кто прав, а кто нет. Но всё равно это очень здорово.

— Как вы предпочитаете проводить семейный отдых?

— Свободного времени в нашей семье мало. Когда удается его выкроить, едем на дачу за город. Пышные мероприятия я не люблю. Люблю картошку, пельмени, нормальную человеческую еду. Мне не чуждо и увлечение японской кухней. Я не курю уже лет пятнадцать, не пью лет тринадцать. На вечеринках, которые случаются после финальных игр КВН, в моём стакане уже много лет обычная вода. Возраст, знаете ли…

— Ну, про возраст это вы зря: вы выглядите гораздо моложе, чем вы есть!

— Выгляжу я хорошо благодаря папе, маме и той молодости, которая меня окружает!