«25 врачей вернулись — они все мне звонили». Африканцы не спешат домой с сибирскими дипломами: куда утекают ценные кадры

Международный форум технологического развития Технопром проходит в 13‑й раз, тема отношений России и Африки в этом году выделена в отдельный трек. После обеда в коридорах форума начали появляться африканские гости. Одни — в строгих костюмах, другие — в кроссовках и с дредами. И те, и другие выглядели экзотично. Для чего представители африканских республик прилетели в Сибирь и в какой атмосфере проходили их встречи с российскими учёными — в материале НГС.

Одним из самых высокопоставленных гостей новосибирского Технопрома в 2026 году стал министр образования Республики Того Омору Мама. В Сибирь он прилетел, в том числе, для того, чтобы поучаствовать в пленарном заседании форума: «Африканские кадры для африканских стран».

Проблема касается обеих стран. Россия выделяет квоты для африканских студентов, но часть выпускников уезжают работать в «недружественные» Европу и США вместо того, чтобы вернуться на родину.

Впрочем, господин Мама в своём выступлении не выказал беспокойства. Он говорил на французском, синхронный перевод запаздывал, но в том, что успела уловить корреспондент НГС, не было обеспокоенности геополитическими вопросами.

Министр описывал систему образования Того, в которую входят два национальных политехнических института, центр по наукам, связанным с птицеводством и центр устойчивого развития городов.

«Наша цель — чтобы каждый тоголезец, где бы он ни жил, получал качественное образование всю жизнь, — провозгласил господин Мама. — Образовательный потенциал России делает её нашим предпочитаемым партнёром. Для любого гражданина с африканским паспортом Того — это двери в Африку. Но нам нужен план карьеры для студентов, чтобы они возвращались и строили у нас экономику будущего».

Ректор НГУ Дмитрий Пышный отметил, что вуз уже сотрудничает со многими африканскими странами: в частности, с Нигером, Буркина‑Фасо, Гвинеей, Мали, Эфиопией и Чадом и другими. Но амбиции российского правительства увеличить число иностранных студентов в российских вузах его удивили.

«Я действительно удивился, когда был на подготовке к страт-сессии у Татьяны Алексеевны Голиковой и вдруг увидел, что к 2030 году мы должны в стране около полумиллиона иностранных студентов получить. Почему-то правительство реально считает, что это весьма перспективно», — недоумевал ректор.

Он принялся зачитывать доклад с листа. Речь изобиловала цифрами и названиями республик, многие из которых давались ректору с трудом.

«За прошлый учебный год 38 граждан Буркина‑Фасо прошли обучение на подготовительном отделении на базе Русского дома в городе Уагадугу… то есть дуду», — произнёс он.

Рядом давились от смеха студенты. Ректор листал слайды в обратную сторону.

Чрезвычайный и Полномочный посол Сьерра‑Леоне Мохамед Йонгаво обошёлся без презентации. Он рассказал, что его страна когда‑то считалась «Афинами Африки» — первый университет Западной Африки появился именно там.

«Здесь был первый университет, но 11 войн уничтожили всё. Потом инфраструктура стала восстанавливаться. Приехали первые студенты — в 60-х годах. Сейчас 4000 студентов закончили в России вузы», — отметил он.

По словам посла, многие гости Сьерра-Леоне до сих пор удивляются обилию чиновников, знающих русский язык.

«В каждом секторе экономики есть русскоговорящие люди — министры, высокопоставленные люди» — заверил он.

Господин Йонгаво согласился, что проблему с возвращением африканских студентов необходимо решать, и предложил выход: расширить сотрудничество двух стран за счёт среднего образования. По его словам, раньше в совместную программу подготовки входили «текникомы», и это было эффективно.

«Там обучались средние профессии. 25 врачей закончили и все вернулись. Могу подтвердить, потому что они все звонили!», — отметил посол.

С послом Сьерра-Леоне согласился научный сотрудник Института Африки РАН Денис Дегтерёв. Он видит стратегическую ошибку в том, что Россия даёт африканцам только высшее образование, тогда как у нас самих в колледжи идёт 63% школьников. При этом рабочие профессии и среднее звено сейчас острее всего нужны африканским экономикам.

Денис Дегтярёв предложил готовить инженеров и технологов на опережение, иногда вопреки текущему рынку. По его словам, сейчас доля перерабатывающей промышленности в Африке минимальна, но если и дальше следовать спросу, она такой и останется. А если растить специалистов заранее, экономика партнёрских африканских государств сделает рывок.

Российские вузы, считает ученый, мотивируют студентов возвращаться на родину после получения диплома, но решение в конечном счёте остаётся за самим студентом. Так, из 18 студентов из Гвинеи, приехавших в Россию в начале 2000‑х, на родину вернулись только четверо или пятеро. Остальные «зацепились за любую возможность уехать дальше — во Францию или Канаду».

«Они вольные люди, — рассуждал Денис Дегтерёв. — Но мы вправе вместе со странами-отправителями стараться, чтобы они возвращались».

В качестве мотивации Институт Африки предлагает создать систему непрерывного образования (lifelong learning): «базу данных», которую выпускникам будет самим интересно обновлять. После вуза можно предложить студентам переподготовку, чтобы выпускник сам оставлял информацию: где работает, в какой стране. А соцсети и анкеты помогут дополнить картину. При этом мониторить нужно не всех, а только тех, кто проявил себя — стал министром или руководителем департамента, считает Дегтярёв.

Опыт Томского политехнического университета предложил ещё одну модель взаимодействия. Руководитель научно‑образовательного центра ТПУ Вера Верхотурова рассказала, что в вузе готовят по совместной программе с Росатомом. Обучение тесно связано с производством: студенты ездят на практику и получают знания, которые пригодятся им в работе. Они понимают, что будут востребованы в своей стране после возвращения.

Цифры говорят сами за себя: из тысячи выпускников, обученных по ядерным специальностям, домой возвращаются все сто процентов, рассказала Вера Верхотурова.

Свой доклад она делала на английском и ни разу не запнулась.

Стоит отметить, что африканские студенты иногда выбирают местом для карьеры и Сибирь. Например, в Новосибирске на Затулинке участковым врачом работает замбиец Эндрю Мвула — и он уже стал любимцем пациентов.