«Это дом-брошенка»: как иркутяне живут в 120-летнем офицерском корпусе и спасают его от разрушения и наркоманов

Жильцы дома-памятника на Лыткина, 7 уже несколько лет своими силами не дают ему развалиться. Несколько лет назад по кирпичному жилому корпусу Енисейских казарм пошли трещины, а недавно из него начали вываливаться кирпичи. Жильцы вынуждены за свои деньги приводить его в порядок по мере сил и ждать реконструкции, которая может начаться аж в 2031 году. Разбирались, почему никто не замечает проблем с домом, который 120 лет назад построили для офицеров пехотного батальона. «Добро пожаловать в наш склеп» Виктория купила квартиру в этом доме в 2022 году на средства материнского капитала. Тогда жилплощадь обошлась ей в три миллиона рублей. По ее словам, на момент покупки дом стоял в очереди на реконструкцию в 2027 году, но в августе эта дата сдвинулась на 2029–2031 годы. Согласно документам службы по охране объектов культурного наследия, дом на Лыткина, 7 относится к комплексу казарм Енисейского и Иркутского запасных пехотных батальонов 1903–1904 годов постройки. Он упоминается в этих бумагах как «жилой дом для семей офицеров». В 1998 году здание перевели в жилой фонд. — Мы поэтому и тянули с ремонтом. А сейчас я думаю, что всё-таки придется делать ремонт, потому что полы уже накренились. В нашем подъезде живет еще один мужчина и неблагополучный пенсионер. Четвертая квартира пустует, — рассказывает Виктория. В фонде капитального ремонта информацию о том, что сроки реконструкции дома-памятника сдвигали, опровергли. По их информации, дом стоял в очереди на реконструкцию в 2029–2031 году еще минимум четыре года назад. Подъезд здесь необычный. Открывая дверь, девушка шутливо говорит: «Добро пожаловать в наш склеп» — и добавляет, что отопления в подъезде, естественно, нет. Из некоторых сквозных щелей в стенах дует ветер. Недавно из стены над окном Виктории выпал кирпич. Сотрудники МЧС приехали, натянули заградительную ленту и… всё. — Щель под окном мы заделали гипсокартоном, но, по-хорошему, нужно это всё разобрать. Большую щель под окном, откуда сквозило, мы запенили, потому что она сильно выхолаживала комнату. Пластиковое окно тоже вставало полукругом, потому что дом накреняется, его выдавливает. Прошлой зимой было очень холодно, продувало насквозь из окон и подъезда, — рассказала Виктория. В 2019 году в доме отремонтировали кровлю, но не очень качественно — строительный мусор не выкидывали, а забили им дымоходы и вентиляцию. Сейчас люки на чердак закрыты, потому что его, как и тихий двор и не запертые подъезды, облюбовали наркоманы и закладчики. Раньше Виктория часто слышала, как по чердаку кто-то ходит. Да и мы нашли там банку из-под пива и обертки от еды. На чердаке повсюду лежат балки, державшие старую кровлю, а проходы между секциями до сих пор украшают двери начала ХХ века. «Это дом-брошенка» Другой жилец дома на Лыткина, 7 — Виктор — рассказал, что многое в доме соседи делали за свой счет — ремонтировали освещение, поставили железную дверь на подъезд, ставили новые распределительные автоматы на щитке, ликвидировали протечку кровли. — Всё это делали по своей инициативе. Когда я сюда переехал, в 2020 году, территория у дома была загажена полностью — всё заросло деревьями, было завалено мусором, всё прибирали своими силами вместе с соседями. Мы обращались в фонд капитального ремонта, службу по охране объектов культурного наследия, чтобы ускорить процесс реконструкции, но нас гоняли по кругу, внятного ответа никто не дает. Единственное, что нам посоветовали, сделать экспертизу износа дома за свой счет — это может приблизить срок реконструкции, но не факт. При этом экспертиза очень дорогая, для нас это неподъемная сумма, особенно для пенсионеров, — рассказал Виктор. Сколько Виктор потратил на ремонт дома, он не считал. Говорит, что просто не хочет жить в гадюшнике. — Я по своим средствам и возможностям что-то делаю, не сижу ровно. Мне не безразличен дом, он уникальный, жить тут комфортно. Если бы был какой-то уход и внимание со стороны властей — было бы замечательно, — считает Виктор. Основная проблема дома, полагает он, это сквозные трещины с угла и торца дома, которые могут привести в итоге к обрушению. — Я изучал вопрос, технологии, позволяющие всё это дело укрепить, есть, специальные организации, которые этим занимаются, есть, всё решаемо. Необходимо заменить межэтажные перекрытия, потому что они деревянные и частично уже сгнили. У меня даже в квартире стоит три подпорки, которые держат, грубо говоря, пол соседних квартир. Ввиду того, что лаги перекрытия сгнили, — рассказывает мужчина. Вываливающиеся из стен дома кирпичи — отдельная история. По словам Виктора, дом покрылся трещинами во время строительства соседней новостройки, но выпадение кирпичей началось примерно два года назад. В МЧС жильцам сказали, что опасности это не несет. — Но проблема в том, что движение дома сохраняется. Это незаметно со стороны, но мы, жильцы, видим, что появляются новые трещины. Раньше управляющая компания хотя бы замазывала их специальным раствором, но сейчас и так не делают. Не хотелось бы, чтобы мы дошли до плачевного результата, — добавил Виктор. Маленьких недочетов много, исправлять их и ждать реконструкции минимум пять лет, но это полумеры, считают жильцы, за это время могут произойти более серьезные изменения. Необходим ремонт левого угла дома, который трескается сильнее всего, отмостка, гидроизоляция фундамента, полная замена электропроводки во всём доме, — это большие вложения. В администрации Иркутска нам рассказали, что текущим ремонтом дома занимается управляющая компания АС «СЭР», но жильцы ей не очень довольны. Платежи УК собирает регулярно, но никакой пользы для дома Виктор не видит — почти всё делается руками жильцов, а на просьбы провести какие-либо работы компания отвечает, что им не хватает денег. Справедливости ради, Виктор отметил, что на аварийные ситуации УК реагирует исправно. — У нас достаточно высокий тариф — 37 рублей за квадратный метр, но не делается ничего. Хотя по бумагам они постоянно производят какие-то работы, подъезды вроде как моют, но я за четыре года ни разу не видел ни уборщика, ни дворника. Всю листву, снег и мусор всё это время убираю сам. Возможно такое невнимание связано с тем, что не все жильцы стабильно платят. У нас тут всего 12 квартир, есть и пенсионеры, и маргинальные личности, — говорит мужчина. Генеральный директор управляющей компании Жанна Максимова рассказала журналисту «ИрСити», что организация не может выполнять текущий ремонт дома на Лыткина, 7, так как на такие работы у них нет разрешения, а также упомянула о том, что ситуацию с его содержанием мог бы решить совет дома, которого нет. — Жильцам нужно собрать совет дома, который поставит в план работ текущий ремонт, чтобы мы могли подобрать организацию для этих работ. Мы можем выполнять только аварийные работы, территорию убрать или стену покрасить. Какие-то более серьезные работы должна выполнять специализированная организация, потому что этот дом — памятник. По сути, это дом-брошенка, он никому не нужен и содержать его в надлежащем виде довольно дорого. Нам его отдали, чтобы мы решали аварийные ситуации. К тому же у многих жильцов действительно есть задолженности по платежам, — рассказала Жанна Максимова. По данным системы проверки контрагентов «Контур.Фокус», компания «АС СЭР» была открыта Жанной Максимовой в 2016 году. Она обслуживает 13 домов — по два на улицах Байкальской, Волжской и Депутатской, а также по одному на Лыткина, Карла Либкнехта, Сибирской, Напольной, Рабочего штаба, Слюдянской и Трудовой. В 2023 году компания заработала 742 тысячи рублей (на 10% меньше, чем годом ранее) и показала убыток в 353 тысячи рублей.Также Максимова была руководителем и учредителем управляющей компании «СЭР», которая работала в Иркутске с 2016-го по 2020 год. Выручка компании в последний год работы составила 1,8 миллиона рублей (на 80% меньше, чем годом ранее), а чистый убыток — 2,8 миллиона.Помимо «АС СЭР» женщина сейчас возглавляет компанию «Правобережное управление ЖКС», которое также открылось в 2016 году и обслуживает 47 домов на Правом берегу Иркутска. Выручка компании в 2023 году снизилась на 9% и составила 14,6 миллиона рублей, а чистая прибыль — 860 тысяч. «Нашли кусочек Петербурга в Иркутске» Виктор считает, что дом можно сделать конфеткой, но вопрос в том, кому это нужно, кроме жильцов. — Сюда придется вкладывать десятки миллионов рублей, но это нецелесообразно. Да, это нужно нам, как жильцам, но для нас это неподъемно. Я считаю, что нужно искать какие-то компромиссные решения взаимодействия с администрацией, но мы в этом всем ограничены. Даже когда пару лет назад мы хотели положить асфальт у подъезда, нам отказали, потому что нужно делать археологическую экспертизу территории памятника архитектуры. Мы даже окна-то тут меняли на свой страх и риск, — говорит Виктор. Несмотря на большие расходы и неудобства, переезжать с Лыткина, 7 мужчина не хочет. У него просторная квартира, в которой много воздуха, большая и цветущая летом территория у дома, тихое место для жизни. — Тут же офицеры жили. Там, где первый подъезд. был парадный вход, а второй и третий — входы для прислуги. Того же мнения придерживается и Виктория. — Тут даже осенью красиво, когда у тебя перед домом ковер из листвы. Моя подруга говорит, что я нашла для себя маленький кусочек Петербурга в Иркутске. Конечно, видно, что дом уже устал, но нельзя же бросать такую красоту, — считает девушка. Дом был построен в 1905 году на улице 8-й Иерусалимской, которая тогда находилась на окраине города, для семей офицеров Енисейского и Иркутского запасных пехотных батальонов, казармы для которых построили здесь в те же годы, перед русско-японской войной. Для строительства этих зданий в конце 1902 года по распоряжению иркутского городского правления из городских земель была отчуждена территория в размере четырех проектных кварталов, ограниченных улицами: 6-й Иерусалимской (ныне 6-я Советская), Хаминовской (ныне Коммунистическая), 8-й Иерусалимской (ныне Лыткина) и Сукачевской (ныне Сибирская). Выделенный участок полностью подходил запросам военного командования: «здоровая местность, сухая, с удобным водоснабжением, ровная и просторная и недалеко от города». Основное здание казарм — вытянутое вдоль нынешней 6-ой Советской — было построено в 1904 году, сейчас там располагается военная прокуратура. 7 августа 1904 года Енисейский батальон убыл на театр военных действий в Манчжурию. В советское время комплекс зданий принадлежал Министерству обороны СССР, а здание на Лыткина, 7 стало домом для военного командования. В 1998 году его перевели в жилой фонд, а квартиры продали. В июне НГС рассказывал, как 30 новосибирцев добились выселения 240 иностранцев из хостела — хозяин экстренно свернул бизнес.