Дом-призрак: как жители Новосибирска бьются за снос заброшенного барака

Этот дом в глубине частного сектора Октябрьского района ещё совсем недавно выглядел вполне прилично. Но после очередного пожара жильцов расселили, а само здание заколотили досками. С тех пор его облюбовали бродяги — они ночуют в пустующих квартирах, дебоширят и наводят страх на жителей округи. На днях в заброшенной двухэтажке нашли тело человека. Жители соседних домов бьют тревогу: из-за неблагополучной криминальной обстановки они боятся отпускать детей одних в школу. Чиновники тем временем не спешат сносить пустующий барак. Почему? В ситуации разбирался журналист НГС Илья Калинин.

Дом по адресу Грибоедова, 115 в этом квартале частного сектора Октябрьского района — единственный оставшийся двухэтажный барак. Остальные давно снесены, на их месте теперь стоят приличные кирпичные 4–5-этажки.

Жители кирпичных новостроек в последнее время называют своего деревянного соседа домом-призраком — уж очень он мрачный: после пожара, который случился в августе 2018 года, жильцов барака расселили, только вот жизнь здесь не остановилась, но стала какой-то потусторонней, всё больше ночной.

— Ситуация жуткая. Во дворе страшно ходить. Настоящий дом-призрак. Дети ходят — во 2-ю школу, 75-ю — мимо этого дома. Ходят и утром, и вечером. А тут наркоманы лазают — опасно, — сокрушается жительница соседнего дома Ольга Ильиных.

Несколько дней назад в заброшенном доме и вовсе нашли мертвого человека. Как утверждают очевидцы, вполне приличного с виду молодого мужчину. В Следственном комитете уточнили, что личность умершего пока не установлена, но следов насильственной смерти не обнаружено.

— У нас тут практически все семьи живут с маленькими детьми. Да и я приезжаю после работы поздно вечером — что со мной может произойти, пока я иду до дома, тоже непонятно, — рассуждает молодая мама Анастасия Телешун.

Местные жители добиваются сноса барака с октября 2018 года. В мэрии им пообещали, что поставят дом в очередь, но за год ситуация так и не изменилась. Оставил их без внимания и местный депутат, к которому активисты также обращались за помощью.

Дом тем временем, особенно активно после наступления холодов, заполняют неприметные обитатели. Они потихоньку обустраивают свой быт в заброшенных комнатах и пытаются самостоятельно решить проблему с отсутствием всех коммунальных благ, в том числе отопления. Вполне возможно, что из-за их попыток согреться дом несколько раз горел и после расселения.

Последний пожар был в июле этого года, рассказывают местные жители. Когда из заколоченного строения повалил дым, из окон повылезали и дети.

Хороший пожар обязательно зацепит и окружающие дома, считает Анастасия Телешун. От так называемого дома-призрака до соседних 4–5-этажек метров по пять, а дальше вообще частный сектор с деревянными избушками.

В мэрии в ответ на журналистский запрос объяснили, что сносят такие аварийные дома по очереди в соответствии с определённым порядком.

Этот барак был признан аварийным только в конце декабря 2018 года, а в программу по сносу и расселению ветхого жилья, расписанную до 2025 года, попадают дома, признанные аварийными только до конца 2017 года. Хотя в постановлении о признании двухэтажки аварийной и подлежащей сносу, подписанном мэром, говорится, что дом должны снести до 2025 года включительно. Точный год не называется.

Судя по тому, как с дома исчезает деревянная обшивка, оконные рамы и прочее, строение это исчезнет, скорее всего, благодаря самим местным жителям: дом-призрак просто разберут на дрова.

Сложности, связанные с ветхим жильём или жильём после пожара, в Новосибирске возникают постоянно, и власти не всегда решают их оперативно. В сентябре НГС рассказывал, как жильцам сгоревшего не по их вине барака нашли жильё только через 2,5 года.