Новосибирец создает миниатюрные копии древнерусских доспехов

Виктор Рогачев — единственный в России миниатюрист, который создает точные копии древнерусских кольчуг и оружия. Правда, по размеру его уникальные изделия подойдут, скорее, кукле — они не для ролевиков и реконструкторов, но сделаны с удивительной точностью. Мужчине 71 год, 40 из которых он посвятил своему увлечению. В каждой работе Виктор использует исключительно исторические описания и пытается воссоздать все в соответствии с технологиями прошлого. Мы поговорили с Виктором Рогачевым о его увлечении и узнали о том, сколько колец требуется на одну кольчугу. Вдохновился фильмом «Александр Невский» Виктор Рогачев свою жизнь посвятил науке: он доктор сельскохозяйственных наук. Ему 71 год, и сегодня он возглавляет лабораторию кормления сельскохозяйственных животных, технологий кормов Сибирского федерального центра научных агробиотехнологий РАН. Но параллельно с научной деятельностью около 40 лет он занимается созданием миниатюрных копий амуниции и оружия древнерусских воинов. В его коллекции кольчуги, шлемы, мечи, боевые топоры и копья — все это он делал на протяжении десятилетий своими руками. А увлечение это появилось еще в раннем детстве. «Мне было шесть лет, я еще в школу не ходил. На экран вышел фильм „Александр Невский“. Я теперь понимаю, на меня неизгладимое впечатление это все произвело, — вспоминает Виктор. — Фильм снят великим режиссером Сергеем Эйзенштейном, музыка — гения Сергея Прокофьева. Ну и там роль Невского играет Николай Черкасов. После этого фильма я без конца рисовал, лепил. Тогда уже зародилась мысль сделать кольчугу. Ну, а что я мог сделать в шесть лет? Помню, какие-то проволочки собирал». Интерес к истории усилился, когда он пошел в школу, а потом только развивался и укреплялся. Изначально будущий мастер-миниатюрист увлекся доспехами европейского воинства периода XI–XIII веков. Будучи школьником, Виктор Рогачев рисовал знаменитые тевтонские шлемы, которые использовали крестоносцы, а западноевропейский рыцарский шлем XIII века стал его первой работой — он до сих пор хранится в коллекции мастера. Затем стал превалировать интерес к доспехам русского воинства. «К русским доспехам я перешел, когда уже семья появилась, когда аспирантуру закончил, в 1977 году. Начал делать шлемы и оружие, приобрёл инструмент для ювелирного дела в перестройку — ювелирную пайку приходилось использовать достаточно часто», — рассказывает мастер. Во время службы в армии Виктор Александрович прочитал статью в журнале «Техника молодежи». Там рассказали о мастере, который создал полноразмерную кольчугу. Это стало дополнительным стимулом и сибиряк решил сам попробовать воссоздать копию боевой кольчуги, но миниатюрную. «Первая кольчуга была из медной проволоки, потому что другого материала не было. А поскольку есть природная склонность к мелкому, ювелирному делу, пришла мысль сделать ее миниатюрную — это как-то ближе к душе, — объяснил Виктор Рогачев. — На тот момент оригинальных копий никто не делал, пришлось изобретать многие инструменты, всякие приспособления. Представляете, набирать двухмиллиметровые кольца — их сначала надо изготовить, потом собирать. Там определенная последовательность, каждое кольцо четыре захватывает». Единственный в России Начинающий миниатюрист стремился воссоздать точную историческую копию, а не просто собрать некое подобие кольчуги. Для этого много времени он проводил в библиотеках: изучал архивы, документы с раскопок, фото и рисунки. Оказалось, в арсенале древнерусских воинов было много разновидностей кольчуг. Исследуя материал, Виктор Рогачев в итоге и сам написал небольшую книгу о доспехах Древней Руси. «Там все основные виды русского доспеха: кольчуги, панцири, байданы, юшманы, бахтерцы, зерцальные доспехи. Еще доспехи есть чешуйчатые, есть кольчатые, кольчато-пластинчатые. Есть доспехи, которые называются куяк, тигеляй — то есть кожаные куртки с пластинами. Древнерусский набор довольно широкий, — рассказал он. — Многое, конечно, я сделать не успел». Одна из незаконченных работ — доспех бахтерец: наборный доспех из скрепленных кольцами пластинок, который надевали поверх кольчуги. Виктор признался, что работает над ним уже четыре года, но до конца довести его пока не получается. Ювелирная работа мастера заключается еще и в точном соответствии количества колец, которое используется в каждой миниатюре, полноразмерному оригиналу. Даже в маленьком изделии нужно соединить до 20 тысяч звеньев. Его первую кольчугу 20 лет назад внесли в Книгу рекордов России, а самого Виктора Рогачева отметили как единственного мастера в своем роде. Диаметр миниатюрных колец, из которых сплетена кольчуга, — не более 2 мм. На некоторых изделиях кольца сплющены, а на их поверхность нанесена гравировка, которую не разглядеть невооруженным глазом. «Их надо было плющить и гравировать. Самая последняя работа — это юшман, доспех кольчато-пластинчатый. Он не через голову надевался, как кольчуги, а как кафтан с рукавами — сзади ещё несколько пластин. Лет пять я делал его, — рассказал мастер. — В день если на эту работу час–полтора выделишь — уже хорошо. Тут секрет в том, чтобы регулярно, каждый день. Если пропустишь, навёрстывать приходится. Только упорством к результату шел, а с наскока ничего не сделаешь». «Я старался ближе к истине быть» Параллельно с созданием миниатюрных кольчуг Виктор Рогачев начал работать и над уменьшенными копиями оружия: копьями, молотами, топорами, мечами. В частности, ему удалось сделать практически все основные виды древнерусских топоров. При работе, опять же, использовались исключительно археологические источники. «Сейчас в современных исторических фильмах — ерунда, а не оружие, выдумки. Настоящее оружие должно быть легким, функциональным, а то, что показывают в фильмах, — это все дрянь, — не скупится на критику мастер. — У меня все контуры из конкретных археологических научных источников. То есть нашли, раскопали курган — пожалуйста. У меня книга академика Рыбакова, там все эти контуры нарисованы, выдумки здесь никакой нет. Я старался ближе к истине быть». Коллекцию миниатюр Виктора Рогачева несколько раз выставляли в музеях в Сибири и на Алтае. Предлагали даже открыть экспозицию в Москве в Измайловском парке, но доставить туда изделия и стенд нужно было самостоятельно. Мастер отказался — слишком хлопотно. Километры проволоки и сотни тысяч колец Кроме исторически достоверных миниатюр, Виктор Рогачев сделал также около 20 полноразмерных кольчуг — одна из таких работ, украшенная камнями и орнаментом, висит дома у мастера. Их как раз заказывали представители различных исторических сообществ. На каждую ушло около 600 м проволоки, а на все — примерно 12 км. В общей сложности Виктору Рогачеву пришлось сделать более полумиллиона колец. С миниатюрами арифметика примерно такая же, только метраж — около 4 км проволоки на все изделия. Сейчас коллекция миниатюр Виктора Рогачева хранится у него дома, бережно выставленная в застекленном стенде, но некоторые, к сожалению, утеряны. Сейчас мастер планирует воплотить в таком формате зерцальный и чешуйчатый доспехи. Но признается, что с годами его работоспособность упала, а работа с мелкими деталями стала даваться сложнее. Но хобби свое Виктор Рогачев бросать не намерен. «Когда я этим занимаюсь, это приносит радость, удовлетворение. Ты уходишь в другой мир. Есть же такое понятие — арт-терапия. Отключаешься, это полезно для психики, — пояснил он. — Людям обязательно надо заниматься какой-то творческой деятельностью, не имеет значения, талантлив ты, не талантлив. По сути, это получается отдых. Жизнь интереснее, многообразнее становится». В последние годы Виктор Рогачев увлекся еще и макрофотосъемкой, и его творческий интерес к миру, несмотря на преклонный возраст, не иссякает. Его фотоработы сегодня выставлены в стенах института, где доктор сельскохозяйственных наук все еще продолжает работать. Еще один необычный мастер из Новосибирска — Александр Заречный, который создает уникальные маски из мусора. Среди его покупателей — клипмейкеры и зарубежные музыканты.