Истории пациентов Фрейда: занимательнее, чем детективы

В 2012–2013 годах издательство «Азбука-классика» взялось за переиздание Зигмунда Фрейда в покетбуках. Надо сказать, до последнего времени мое отношение к основателю психоанализа было безосновательно снобским, как у всех тех, которые Пастернакне читали, но осуждают. Как и у большинства, у меня в голове мельтешили обрывки из университетского курса, куча усмешек насчет старичка, который в каждой морковке видит фаллос, память о Набокове и Сэлинджере, которые терпеть не могли психоаналитиков. Все дело было, наверное, в жадности: покетбук «Психоанализ детских страхов» я купил из-за дешевизны. Что-то вроде 100 рублей за книжицу. И оказалось — не зря. Вообще, труды Фрейда делятся на две категории: тяжеловесные научные трактаты и истории пациентов. «Истории болезни» (или лучше — «истории терапии») написаны отменно живым языком, увлекательны и представляют собой детективы в прямом смысле слова (собственно, подумалось мне, чтение выдуманных криминальных детективов после Фрейда кажется каким-то необязательным). Один из базовых и самых остросюжетных детективов Фрейда — «Анализ фобии 5-летнего мальчика», история маленького Ганса, который боялся лошадей: они, по его разумению, норовили укусить, а на морде у них было что-то черное. Распутывая с помощью взрослых хитрую цепочку ассоциаций и вытесненных желаний неприличного (= бессознательного), Ганс перестает бояться. Повествование прерывается на «стенограммы» бесед мальчика и его отца и завершается аналитикой Фрейда. Не мое дело оценивать фрейдовскую работу, на которой были воспитаны тысячи психиатров, — скажу с точки зрения литературы: это потрясающий текст, имеющий завязку, интригу и развязку. В истории про мальчика, кстати, есть и доктор Ватсон — отец Ганса, дирижер и восторженный поклонник Фрейда (как раз в духе морковок-фаллосов), и проницательный Шерлок Холмс — остроумный герр Зигмунд, а в главном герое, 5-летнем Гансе, может увидеть себя любой читатель, который не побоится и вспомнит (проживет вновь) свои детские впечатления из сферы неприличного и табуированного. Любопытно, что чтение Фрейда необычайно увлекает, именно если теорию примеряешь на себя, и практически бессмысленно на уровне интеллектуальной «не прожитой» концептуализации. Помню, как в старших классах к нам в школу пришла психологиня не первой свежести и начала свою лекцию: «Запишите, ребята, развитие человека проходит фазу оральную, анальную и генитальную». При воспоминании о ее бровях домиком и морщинистом курином лице мне до сих пор становится не по себе. Фрейд же был, очевидно, совсем другой — смешливый, едкий первооткрыватель, танцор на солнечной поляне вселенской сексуальности (кстати, секс у Фрейда имеет отношение не к гениталиям, а жизненной активности вообще). Не понятый большинством современников и их потомков, он сформулировал: каждый человек имеет право на желание, у желания есть свои причины, каждый человек может посмотреть на свои желания и взять за них ответственность. А рассмотреть свои желания — не проблема, нужно только не бояться. P.S. Помимо случая Ганса, крайне занимательны истории о Человеке-волке («Из истории одного детского невроза», в одном покетбуке с Гансом) и Человеке-крысе («Заметки об одном случае невроза навязчивости»). Фото Татьяны Кривенко