«Золотой век»: девственница и пират

Кейт Бланшетт («Вавилон», «Властелин колец», «Рай») уже сыграла десять лет назад молодую британскую монархиню в «Елизавете». Теперь она снова втиснулась в корсет и кринолин, чтобы изобразить Елизавету зрелую — с тем же режиссером Шекхаром Капуром, с тем же Джеффри Рашем (теперь его вечно будут дразнить капитаном Барбоссой из «Пиратов Карибского моря») в роли ближайшего советника. Сюжет фильма призван показать сложные отношения Елизаветы с ее фаворитом сэром Уолтером Рейли, мореплавателем и искателем приключений в исполнении Клайва Оуэна («Дитя человеческое», «Пристрели их»). И не менее сложные отношения протестантской королевы с подданными-католиками и Британии с Испанией. Под руководством Шекхара Капура (режиссера, начинавшего кинематографическую карьеру в Болливуде, кажется, это кое-что объясняет) «Елизавета: Золотой век» (таково оригинальное название фильма) вышла пышной и гипертрофированно красивой буквально в каждом кадре. Ощущение такое, как будто листаешь толстенный, вкусно пахнущий подарочный альбом. Некоторые страницы запоминаются надолго. Например, горящий корабль с устрашающей фигурой на носу, таранящий испанцев. Или снятая сверху, похожая на плывущий по воде фиолетовый цветок или заводную куклу, Елизавета, расхаживающая с указкой по карте военных действий, занимающей все пространство зала. Или Мария Стюарт, поудобнее устраивающаяся на плахе и оглядывающаяся на палача. Другие страницы выглядят уже подозрительно живописными и кинематографичными, например, прыгающая в бурлящую воду с тонущего корабля белая лошадь — это немного чересчур... Хочется верить, что хотя бы лошадка на съемках не пострадала. В общем, речь о том, что подарочные альбомы с красивой дорогой печатью — это не лучший способ увлекательно и связно рассказать историю. Простая операция по вычитанию показывает, что на момент разгрома Непобедимой Армады Елизавете было пятьдесят пять лет — Кейт Бланшетт же, как всегда, выглядит андрогином вне условностей времени и пола, разве что с пикантными морщинками вокруг глаз много смеявшейся женщины за тридцать... Впрочем, почему бы не и пожертвовать исторической точностью ради роскошного сюжета, перетасовав персонажей и подкорректировав сухие факты? Кто в этом не грешен? Но сюжет, в отличие от антуража, вовсе не роскошен и скромно держится на заднем плане. За расписной драпировкой «Золотого века» без особого шума, почти на цыпочках проходят заговор подпольщиков-цареубийц против власти, политическая интрига, разрывающий сердце незамужней королевы любовный треугольник — зритель, увлекшись разглядыванием игры света в складках ткани, рискует их не заметить. «Елизавета» скользит над поверхностью бездонных пластов реальной и альтернативной истории и масштабов личности королевы-девственницы и при этом не то что не погружается в глубины, но даже и не царапает эту поверхность. Инопланетная гостья Кейт Бланшетт, как всегда, харизматична и ее безбровая, стягивающая парик с коротко стриженой головы, героиня оказывается живее всех живых — но развернуться в дивной красоте декораций ей удается нечасто. Сэр Уолтер Рейли в версии «Золотого века» собран из исторических анекдотов (швырнул свой плащ к ногам королевы, чтобы той не пришлось ступить в лужу, привез в Англию табак — и то, и другое считается легендой). Путешественник, поэт и легендарная личность в фильме выглядит простоватым и нагловатым мачо XVI века. А то, что происходит между героями, выглядит скорее костюмированной пышной мелодрамой об одиночестве сильной женщины, нежели исторической драмой. С вечной королевской проблемой «жениться по любви не может ни один...» и вечным королевским слоганом — «Служу народу!». Но очень красиво от начала и до конца — от качающихся перьев в прическе Елизаветы до дрейфующих в тумане кораблей. Кстати, насчет кораблей: мальчикам не стоит с чрезмерным энтузиазмом реагировать на ключевые слова «пираты» и «Непобедимая Армада» — кульминационный морской бой будет совсем недолгим. Справка: Елизавета I, последний монарх из династии Тюдоров, взошла на престол в двадцатипятилетнем возрасте в 1558 году и правила Англией до своей смерти в 1603 году. Незамужнюю и не оставившую наследника Елизавету прозвали королевой-девственницей. Период ее правления традиционно называют Золотым веком — c ростом политической и экономической мощи Англии и расцветом искусств. К концу елизаветинской эпохи миру явился Уильям Шекспир. Елена Полякова