Жизнь в поселке Листвянка в конце 30-х годов била ключом. Ежегодно на шахтах добывалось около 20 тысяч тонн угля, на смену домам-времянкам пришли капитальные дома, работала школа, появилась дорога. Руководство обкома видело большой потенциал в небольшом, но активно развивавшемся месторождении. В своих письмах руководители области отмечали, что в связи с нестабильной обстановкой в Европе, где политическая напряженность достигла точки невозврата, сибирские добывающие предприятия должны стать хорошим подспорьем для всей страны.

Одновременно с этим геолог Станов обобщил весь имеющийся к тому времени геологический материал, выделил шесть пластов угля и подсчитал запасы Горловского месторождения. Обнадеживающие данные позволяли планировать развитие месторождения на годы вперед. Специалистов смущали особенности залегания полезного ископаемого. Пласты располагались порой хаотично, стоило больших трудов добираться до очередного из них.

Помимо развития самой добычи угля, советские геологи заинтересовались его составом. Так, в 1941 году на новосибирском заводе «Труд» были проведены испытания Листвянского антрацита при плавке чугуна в ваграночных печах, давшие положительные результаты. Специалисты утвердили новую марку угля АЛЛ — антрацит Листвянский литейный — и рекомендовали его использование в качестве заменителя кокса на заводах. В историческом протоколе от 23 августа 1941 года, на долгие годы определившем сферу применения антрацита, значится: «Необходимо в ближайшем будущем произвести более тщательно подготовительные экспериментальные плавки и рекомендовать литейным нашей области применение данного угля как высококачественного вида топлива, вполне заменяющего кокс».

Начавшаяся жестким немецким блицкригом Великая Отечественная война знаменовала собой важные фундаментальные изменения в жизни страны. Помимо того, что тысячи людей из Искитимского района были направлены на фронт, перемены пришли и в советскую промышленность. Новосибирская область приняла 120 заводов и предприятий, в срочном порядке эвакуированных из центральной части страны. Кроме того, 20 октября 1941 года немецкие и итальянские войска вошли в Сталино. Так началась оккупация Донбасса, растянувшаяся на долгие 700 дней. Вместе с этим были сначала оккупированы, а потом и почти полностью уничтожены шахты и угольные производства в Подмосковье. Страна лишилась 60% действующих мощностей по добыче угля.

Все эти события привели к росту важности сибирских добывающих предприятий. Руководство страны рассматривало в качестве приоритетных кузбасские предприятия, однако доказанная пригодность в литейном деле Листвянского антрацита пришлась очень кстати. В военные годы были проведены значительные разведочные, буровые работы. Было пробурено более 230 скважин за 5 лет — при всего 38 за все прошлые годы.

Важно было как можно скорее реорганизовать и мобилизовать производство. В начале 1941 года Листвянский рудник передается из облместтопа в ведение «Кузбасшахтостроя» на два года. За эти два года многое было сделано для улучшения вывоза угля с территории месторождения. Был построен отдельный подъездной железнодорожный путь до сегодняшней станции Линево. Его длина составила 11 км, а площадка была оборудована полноценной системой погрузки и бункерной установкой. До этого уголь возили на автотранспорте до станции Евсино. Новая же ветка позволила не только эффективно вывозить уголь, но и доставлять на производство необходимое оборудование.

А оборудования требовалось много, поскольку уже в те годы началась модернизация производства, обсуждалось открытие новых шахт. Но самый главный проект — строительство собственной электростанции. Оно затянулось до 1946 года, зато в будущем наличие такой инфраструктуры сыграло большую роль в ренессансе Горловского угольного месторождения.

Все работы велись в тяжелом, почти авральном режиме. Большие потребности страны, переживающей войну, сполна отразились и на жителях Искитимского района. В одном только поселке Листвянка на фронт ушло 100 человек, более половины из которых так и не вернулись. Вместе с этим советская металлургия каждодневно требовала уголь, необходимый для плавки стали при производстве военной техники. Шахты и люди работали на пределе своих возможностей. По воспоминаниям живших тогда шахтеров, рабочий день редко длился меньше 12 часов. Для выполнения планов приходилось работать почти без перерывов.

При этом в военные годы, при очевидном дефиците кадров, тяжелых условиях труда и поистине невероятном давлении Мировой войны, Листвянское месторождение смогло нарастить годовую добычу антрацита более чем вдвое. Так, в 1941 году на месторождении была добыта 31 тысяча тонн угля, а в 1945 году — уже 67,6 тысячи тонн.

С освобождением Донбасса, а позднее и с окончанием войны, внимание к Листвянским шахтам стало угасать. «Кузбасшахтострой» утратил контроль над производством в 1943 году. Рудник снова был передан в ведение Министерства топливной промышленности РСФСР. Был образован трест «Листвянское управление новых шахт», позднее переименованный в «Листвянское шахтоуправление», обладавшее уже значительно меньшими возможностями и полномочиями.

Не оставался в стороне и вопрос разведки рудника. Все военные годы на месте активно работали геологи. В 1947 году всю эту деятельность обобщил и описал А. К. Тарабукин, который построил геологический разрез месторождения уже с 12 рабочими пластами угля и ориентировочными запасами 74,5 млн тонн. К 1948 году шахта № 1 достигла значительного технологического роста. В ней оборудуется подъем угля в вагонетках по уклону длиной 850 метров. Также шахта значительно увеличила свою мощность благодаря переходу на новый горизонт и открытию рядом шахты № 3. А в 1948 году, благодаря стараниям геологов, открывается и четвертая шахта.

Казалось, что в Сибири нашли очередной кладезь угля, на долгие годы закрыв данную потребность в бурно развивающемся Новосибирске, который за скорость роста прозвали сибирским Чикаго. Однако особенности залегания полезного ископаемого и сложности с прокладкой новых шахт привели к тому, что добыча росла уже не такими высокими темпами. Кроме того, в 1949 году шахта № 3 была закрыта на длительную реконструкцию.

На фоне этого ранние послевоенные годы ознаменовались упадком Листвянских шахт. В соседнем Кузбассе добыча росла быстрее, производство и логистика были налажены лучше, а особенности залегания угля позволяли проще его добывать. Угольная отрасль в Новосибирской области, поистине героически пережив болезненные военные годы, впала в анабиоз, ожидая нового рассвета.