«Река не любит случайных пассажиров». Сибиряк 44 года доставляет людей на окруженные Обью дачи: как вода стала его стихией

Андрей Зайков — капитан со стажем почти 50 лет, хотя в море не выходил ни разу. Он — речник. Почти полвека сибиряк возит дачников на отдельные острова на Оби, где находятся изолированные дачные общества: кроме как по воде, попасть туда почти невозможно. Андрей Зайков родился в 1964 году и с детства мечтал стать моряком. На реку попал случайно, и она стала его родной стихией. Иногда капитан ходит и по экскурсионным маршрутам. Почему речник — это не моряк, о жалобах пассажиров, нарушении регламента и другие истории с Оби — в материале НГС.

Новосибирец Андрей Зайков уже 44 года возит дачников и экскурсантов по Оби. Он — капитан теплохода «Москва». Эти суда известны гостям и жителям города, их видят на воде и на причале, многие катались на них к острову Кораблик и на другие экскурсии. А для кого-то — это единственный способ добраться к своей даче.

За почти полвека на реке капитан и пассажиры хорошо знают друг друга. Нередко Андрею даже приходилось отступать от регламента, чтобы помочь людям: например, когда кто-то «проспал» свою остановку или из-за низкого уровня воды закрыли причал, а выйти людям надо.

Капитаном-речником Андрей Зайков стал почти случайно. В 1980 году вместе с другом он приехал из Кемеровской области поступать в мореходное училище в Новосибирск, но «морским волком» нет стал — училища с таким профилем в городе просто не было. Поступили в речное. И река стала для Андрея Зайкова родной стихией — в море капитана не тянет.

«Это два совершенно разных понятия: моряк и речник, разная специфика судовождения. На реке — течение, вообще другие принципы, в море они курс взяли — и пошли, — объяснил капитан. — Приходят моряки к нам на работу, говорят: „Как вы тут ездите?“ На реке суводи, майданы, прижимное течение, а у них там всё ровно. Я сразу понял, что это мое. Что для летчика небо, то для речника река. Я заболел рекой».

Андрей Зайков ходил по Оби на служебных и грузовых судах. Начинал со стажера, работал мотористом, штурманом, старпомом, потом получил диплом капитана. И вот уже 44 года он возит пассажиров на экскурсии и на дачи. И если на экскурсионных маршрутах пассажиры всегда разные, то дачники годами добираются к своим усадьбам вместе с Андреем Зайковым.

«Пассажиры — это те, кто уже традиционно пользуется нашим видом транспорта. Тем более если говорить о самой дальней точке — Седовой Заимке, — рассказал исполнительный директор компании „РечФлот“ Антон Бочаров. — Это фактически один из единственных доступных сегодня для пенсионеров, и не только пенсионеров, видов транспорта, на котором можно добраться до их садоводческих обществ, дачных участков, поэтому они все знакомы, друг друга знают. Иногда даже приходят с гармошками и вместе коллективно распевают песни, пока едут».

В основном, пассажиры дачного маршрута — это пенсионеры. Билет на теплоход стоит 167 рублей, а пожилые люди могут ездить по льготному тарифу. Бабушки и дедушки грузятся на борт с сумками, полными рассады, и с питомцами. Андрея Зайкова знают многие и помнят разные ситуации, в которых оказывался их капитан.

«Мальчишки ехали без взрослых, лет 12–15. Они должны были выйти на острове Кудряш, но пропустили и поехали дальше. Тут такой ажиотаж был — их бабушка ждала на берегу, — рассказала пассажирка теплохода Ирина. — Они побежали к капитану. Мы к этому времени уплыли уже достаточно далеко, но капитан развернул теплоход посреди маршрута, вернулся, и мальчиков высадили. Бабушка их там встретила, благодарила его».

На реке действительно приходится маневрировать не только в рамках плавучей ситуации — так речники называют обстановку на воде с учетом погоды, течения и трафика, — но и иметь в виду человеческий фактор. Иногда пенсионеры просто не ориентируются в особенностях маршрута, пояснил капитан теплохода. К примеру, когда вода на реке спадает, закрывают часть пристаней, так как судно просто не может подойти к берегу по мелководью. С такой ситуацией столкнулись две пожилые женщины, которым нужно было сойти на берег как раз в такой точке.

«Две бабушки подошли: „Ой, сыночек, миленький, ножки не ходят, с Седовой Заимки 5 км идти. Высади, пожалуйста“, — вспомнил Андрей Зайков, — Я говорю: „Ну я не могу, там вода упала“. Но пошел им навстречу, пробрался кое-как до причала. Приезжаю обратно в город — там уже жалоба поступила начальнику, что якобы капитан пьяный, 15 минут не мог подойти к пристани. Я говорю: „Ну вот так, делай людям добро“. Они там машут: „Спасибо!“, а тут уже кто-то позвонил, что капитан якобы не может справиться с теплоходом. Всякие такие случаи бывают».

Иногда капитан работает и на экскурсионных маршрутах — катает пассажиров во время салюта или просто на остров Кораблик. Там случаются другие ситуации: народ навеселе, бывают и конфликты, и трагические случаи.

«У одного капитана было, что выкинули кого-то за борт. Парень погиб. Судились они там долго. Ну, капитан-то не виноват был — как уследишь, если они гуляли на корме? Подрались, выкинули — и всё. Ну, естественно, отец погибшего пытался засудить капитана. Тяжба длилась годы, но всё обошлось нормально», — рассказал Андрей Зайков.

Сам он тоже не раз становился свидетелем опасных ситуаций на реке. Кто-то из разгоряченных пассажиров прыгал за борт сам и плыл к берегу. Бывали случаи, когда один бросался спасать другого и погибал сам.

На капитане судна всегда лежит большая ответственность. И за людей, и за теплоход. Он отвечает за технику и состояние агрегатов, салона. Андрей Зайков говорит, что дачные маршруты ему ближе, потому что там спокойнее.

В сторону Седовой Заимки из речпорта — около 50 км, путь в одну сторону с остановками занимает около 3–4 часов. Стоянка в Седовой Заимке примерно 5 часов — и обратно. Работает капитан сменами 3 через 3, после смены — домой. В выходные любит рыбачить в тихих местах.

«Сажусь на машину и куда-нибудь уезжаю. У меня любимое место — это Колыванский район, там много болот, озёр. На карасика там с удочкой сижу, рыбачу. Цель-то — не рыба, а просто отдых, костерок, воздух свежий», — поделился привычками досуга капитан.

У Андрей Зайкова два сына, но по стопам отца никто из них не пошел: один работает в торговой сфере, а второму 19 лет, и он учится в военном училище в Краснодаре. Андрей и сам не из морской семьи — никто из его родителей или предков на воде не работал.

На протяжении вот уже 44 лет капитан практически ежедневно в сезон навигации видит реку и два берега Новосибирска. Говорит, ландшафт реки меняется не сильно — в некоторые протоки намывает песка, меняется ландшафт дна, меняется и фарватер. Для теплоходов «Москва» мель не так страшна, как для судов побольше: его осадка — 1,5 м. Поэтому к изменениям донного рельефа капитан адаптируется быстро.

Цвет реки, ее настроение тоже меняются в зависимости от времени года: весной Обь мутная, к осени — почти прозрачная. Более заметно в Новосибирске трансформируется силуэт береговой линии. Если раньше у кромки воды в густых зарослях едва виднелись крыши дачных поселков, то сегодня прямо на берегу выстроились целые жилмассивы.

Тем не менее, говорит капитан, река — это родная стихия. Понятная, со своим характером и требованиями к тем, кто вторгается на ее территорию.

«Главное, как и везде, — быть человеком. Река не любит случайных пассажиров, а ней не задерживаются такие, — рассуждает Андрей Зайков. — В основном, остаются те, кто что-то умеет делать. Потому что здесь ты и плотник, и электрик, и готовить научишься, ты и механик, и судоводитель. В общем, очень много профессий приобретаешь: и слесарь, и ремонтник. Потому что так всякое бывает. Где-то в рейсе что-то сломалось, кто тебе поможет? Вот сами чиним, делаем, что-то придумываем».

Романтика профессии не обязательно может быть связана с природой и стихиями. В Новосибирске, например, живет и работает уникальный парфюмер Александр Яшин. Он слепой. Александр придумал особый запах, который посвятил Столице Сибири.