Застрелил жену, а потом расчленил: дочь рассказала о родителях, которых потеряла в один момент, и о том, что происходило в семье

Поздно вечером 58-летний Сергей, бывший моряк дальнего плавания, застрелил жену, после чего расчленил и пытался спрятать останки в Волге и у гаражного кооператива. В полицию Волгограда он пришел сам, но не с чистосердечным признанием, а с заявлением о пропаже супруги, однако запутался в показаниях и из заявителя превратился в подозреваемого. В итоге Сергей полностью признал вину.

Соседи пары были в шоке. Мало того что никто из них никогда не замечал конфликтов между 58-летним Сергеем и 59-летней Светланой (имя изменено. — Прим. ред.), они заявляют, что практически никто не слышал звука выстрела, раздавшегося ночью 14 декабря. Супругов описывали как тихую и спокойную пару. С этими словами оказалась категорически не согласна 24-летняя дочь Марина (имя изменено. — Прим. ред.), рассказавшая, что на самом деле происходило в семье, о тяжелом характере отца и чувстве вины за то, что не смогла уберечь маму, которая нигде не работала в последнее время по состоянию здоровья. Подробности — в материале V1.RU.

Конфликт между супругами, как сообщают в правоохранительных органах, произошел у них дома вечером 14 декабря. Сергей выстрелил жене в висок из незаконно хранившегося у него травматического пистолета «Оса». Женщина скончалась на месте.

Решив скрыть следы преступления, Сергей расчленил тело супруги, расфасовал полученные куски по пакетам, а затем часть из них выбросил в Волгу, а остальное закопал на пустыре рядом с одним из гаражных кооперативов.

Спустя два дня, пытаясь отвести от себя подозрения, Сергей обратился в полицию, сообщив, что она якобы ушла из дома и не вернулась. В ходе опроса заявитель начал путаться в показаниях, что и вызвало подозрение у полицейских. Он был задержан и вскоре дал признательные показания.

На видео после задержания он словно зачитывает с бумаги свое признание:

— За что задержаны?

— За убийство.

— Кого?

— Убил свою жену посредством выстрела из травматического пистолета в височную часть. Дальше, испугавшись, расчленил, вывез на реку Волгу и там попытался утопить. Понял, что утопить не получится: две части вывез в сторону гаражей и в овраге спрятал, в камышах.

В отношении Сергея возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 105 УК РФ. Кировский районный суд избрал меру пресечения: он пробудет в СИЗО до 16 февраля 2026 года.

Марине 24 года. С 19 лет она проживает в Санкт-Петербурге, где отучилась на эколога. С папой девушка общалась крайне редко, а с мамой созванивалась раз в неделю.

— Видимо, мы были не в таких близких отношениях, как полагается семьям. Раз я не смогла предугадать убийство, — рассказывает Марина. — На самом деле всё было не так радужно, как описывают соседи. Очень плохо, что родители казались всем тихими. Это такое поколение, которое не выносит сор из избы. Еще в детстве было, что мне с мамой приходилось внезапно уходить из дома по ночам. Мы с мамой выходили поздно ночью и несколько часов просто качались на качелях. И такое происходило много раз. Я тогда ничего не понимала. Уже когда я выросла, она мне объяснила: папа — запойный человек. Когда мне было около 18 лет, я сама видела, как он пару раз ловил «белку». Это было очень страшно: человек в невменяемом состоянии, с красными бешеными глазами пытается тебе в истерике доказать, как он вас с мамой любит и как вы его недостойны. Как будто перед тобой какой-то психопат, а не родной отец.

Когда Марине было 18 лет, родители развелись. Через год девушка уехала в Северную столицу — на тот момент отец уже ушел на пенсию и нигде не работал.

— С переездом в Питер я заселилась в общежитие, и два года папе было негде жить. Он купил здесь квартиру и смог уехать от мамы. Пока я жила в общаге, он всё это время делал ремонт и не пил — может, только когда уезжал к маме на Новый год или летом, когда на даче ей помогал. Тогда, скорее всего, он опять устраивал все свои попойки. Я уверена: все мамины близкие друзья знают, что папа теряет над собой контроль, когда выпивает. Он был настолько тяжелым человеком, что, когда мы находились вдвоем в Питере, я жаловалась маме, говорила, что не могу с ним жить и надо что-то делать, планировала брать ипотеку. Видимо, он услышал эти разговоры и поехал жить к маме, заселившись просто на птичьих правах. Я и квартиру себе снимала, чтобы с ним не жить, и это во время его трезвости.

После того как Сергей вернулся в Волгоград и снова начал жить со Светланой, Марина с ним почти не встречалась.

— В Волгограде последний раз я была где-то год назад. Папу видела летом, на своем выпускном. Здорово, конечно, что всем он казался хорошим, но о том, что творилось дома, я могу только догадываться. Я виню себя за то, что не смогла добиться маминого переезда в Питер. Я несколько раз предлагала, говорила, что есть место, если она не может с ним жить. Но она не могла, потому что в Волгограде у нее друзья, родственники, дача. Климат питерский ей не очень нравился.

Хотя Сергей и Светлана после развода и проживали вместе в квартире на одной из улиц Кировского района, их отношения, по словам Марины, не были похожи на связь мужа и жены в привычном понимании.

— У них, правда, уже долгое время были почти братско-сестринские отношения, пока они сожительствовали. Я бы, наверное, тоже не смогла выгнать человека, если бы он был мне таким родным, насколько бы сильно он ни был плохим. До последнего же надеешься, что это всё будет не со мной: да как вообще этот человек может совершить убийство? Но нельзя думать, что все хорошие. Выставить его из квартиры мама просто не могла, потому что она очень добрый и хороший человек. Она давно, наверное, его уже не любила, но не могла его бросить, жалела его. Возможно, была не такой сильной женщиной, как сейчас воспитывают: «Я должна быть на первом месте, я у себя одна». Нет. У родителей когда-то на первом месте стояло мое благополучие. Возможно, последнее время они жили вместе, чтобы мне не мешать, не знаю.

Марина не знает доподлинно, почему отец пошел на убийство, однако некоторые классические версии, которые зачастую предполагают, она отвергает.

— Не думаю, что вообще уместно говорить про какую-то ревность, потому что у мамы правда есть инвалидность и заболевание, похожее на волчанку, — рассказывает Марина. — Она всегда говорила мне, что ее иммунитет сам себя пожирает. У нее были проблемы с суставами, псориаз и проблемы с пальцами на руках — она даже телефон с трудом держала. Часто ходила по больницам на капельницы. Соседи говорили, что она осенью ложилась в больницу: надеюсь, это был какой-то плановый стационар, потому что меня во все ужасы не посвящали. Мама, видимо, берегла мое психическое здоровье и рассказывала не обо всех конфликтах.

Сергей пришел в отделение полиции через два дня после убийства, 16 декабря. За сутки до этого Марина говорила с ним, и отец успокаивал: мама вернется, всё будет нормально. На тот момент мама уже была мертва.

— В понедельник, когда он, видимо, решал проблемы с тем, чтобы спрятать тело, я ему звонила и плакала. Говорила, что переживаю за маму, просила его подать заявление, — вспоминает Марина. — Он говорил, мол, да, завтра-завтра, уже было такое, что она куда-то уходила, по-любому вернется ночью, я тебе отзвонюсь, не переживай. Оказалось, что он просто врал, пытался выйти сухим из воды, успокаивал меня. Тогда же он говорил: «Ты вообще не представляешь, как можно жить с таким». Мама была невыносимым для папы человеком. «Побудешь на моем месте — узнаешь», — что-то такое было. Честно, не знаю, на какой почве произошел конфликт в последний раз, но уверена, что он был нетрезвым.

Пока Марина находится в Санкт-Петербурге, но на днях вернется в Волгоград. Девушка надеется, что за совершенное преступление отец получит максимально возможный срок.

— Проблема этого убийства, думаю, состояла только в том, что у папы проблемы с головой. Я знаю, что очень много бед с головой приносит алкоголь, но, возможно, это началось и раньше, не знаю. Не верится, что можно было действительно спланировать убийство. Я не хочу идти в тюрьму, разговаривать с ним. Просто надеюсь, что каким-то волшебным образом ему смогут дать более долгий срок, потому что 15 лет — это мало по статье за убийство. Если он выйдет, то может спокойно продолжить пить, его уже ничего не будет останавливать, никакие моральные принципы. И так же будет совершать всякие преступления. Не знаю. Может, он вообще приедет в Питер и в какой-то момент захочет убить меня?