«В России считается нормой прийти куда-то больным и гордиться этим»: журналист — о сопливых героях

Редактора раздела «Авто» Артёма Краснова бесят простуженные люди. Но не все, а только те, кто, обмотавшись соплями, как шарфом, бодро стеная, отправляется в народ. Вот что журналист об этом думает.

Во время семейного застолья родственник с подозрительно красным лицом сказал хозяйке:

— С утра встал — температура, ломота — хотел даже не ехать. А потом думаю: ну как? Заглотнул пригоршню лекарств, и вот.

И важно откинул бахрому соплей с плеча. Вот какой, дескать, герой. После этого сначала заболел я, потом — жена, потом — сын, но через три недели всё нормализовалось. Хотя осадочек остался. И такое случалось неоднократно.

В России почему-то считается нормой прийти куда-нибудь больным и гордиться этим: дескать, превозмогая себя, спешу поделиться своим бакпосевом. Да как бы оставьте себе — мы нежадные. Такие герои встречаются и на работе, а из-за недомогания ещё покрикивают: дескать, чего вам вообще надо — у меня тридцать семь с половиной.

Боление на ногах превратилось в разновидность национального китча. У россиян ведь любая работа начинается там, где маячит личный подвиг, но если предки форсировали реки, то мы демонстративно боремся с соплями, фиксируя масштабы сражения количеством одноразовых салфеток.

Мы всё время живём в иллюзии своей незаменимости, которая рассыпается, когда нас валит с ног капитально. Я, конечно, готов войти в положение: у кого-то шеф лютует (заразите его первым), кому-то больничный невыгоден или просто неохота идти в больницу. Но геройствуют даже те, кто мог бы спокойно поработать из дома, благо сейчас немало профессий, в которых 90% задач решается через интернет. И даже если выйти на работу необходимо, есть маски — они как раз и созданы для изолирования больных людей, а не защиты здоровых.

Я особенно греюсь перед поездками. Как-то меня заразили накануне выездного тест-драйва, и я прочувствовал каждое из четырёх приземлений самолёта. Даже не знал, что самолёты приземляются дольше, чем сношаются львы. Ты словно спускаешься в Марианскую впадину по пожарной лестнице, и от давления в ушах взгляд становится слегка выпуклым. А всё началось с банального насморка, который превратился в аэроотит. Лор потом сказал, что ещё пара таких посадок повредила бы слух.

Я почти не верю в здравый смысл сопливых героев. Слишком уж это заманчиво: прийти куда-нибудь с воспалёнными глазами и взывать к сочувствию. Глядите, у меня коронавирус, а я всё равно на совещании.