3 августа вторник
СЕЙЧАС +16°С

Город под снос (фоторепортаж)

Начался снос легендарного хулиганского района Новосибирска — корреспондент НГС.НОВОСТИ посмотрел на жизнь в удивительных старинных домах, которые завтра сотрут с лица земли

Поделиться

В конце мая начали сносить дома на легендарной Расточке, за которой с 1990-х прочно закрепилась слава «разбойного района». Одним из первых под снос попал дом по адресу ул. Бурденко, 8. Аукцион на его снос, по данным сайта госзакупок, выиграла компания «СКС-Сибирь», назначив цену в 300 тыс. руб.

В конце мая начали сносить дома на легендарной Расточке, за которой с 1990-х прочно закрепилась слава «разбойного района». Одним из первых под снос попал дом по адресу ул. Бурденко, 8. Аукцион на его снос, по данным сайта госзакупок, выиграла компания «СКС-Сибирь», назначив цену в 300 тыс. руб.

Поделиться

Эта же компания будет за 395,5 тыс. сносить и соседний дом — на ул. Мира. Судя по карте на сайте мэрии, в этом году снесут дома  № 3 и 6 по ул. Мира. И стоит уже почти пустым, дожидаясь своего уничтожения, дом № 9. По данным мэрии, в этом доме через суд выселяют последнего собственника. Встретить его корреспонденту НГС.НОВОСТИ не удалось: дом с выбитыми окнами выглядит нежилым. Кроме того, под снос до конца года пойдут дома по ул. Бурденко, 2, 8«а» и 20, по ул. Сибиряков-Гвардейцев, 46, 48 и по ул. 87-й квартал, дом № 3.

Эта же компания будет за 395,5 тыс. сносить и соседний дом — на ул. Мира. Судя по карте на сайте мэрии, в этом году снесут дома № 3 и 6 по ул. Мира. И стоит уже почти пустым, дожидаясь своего уничтожения, дом № 9. По данным мэрии, в этом доме через суд выселяют последнего собственника. Встретить его корреспонденту НГС.НОВОСТИ не удалось: дом с выбитыми окнами выглядит нежилым. Кроме того, под снос до конца года пойдут дома по ул. Бурденко, 2, 8«а» и 20, по ул. Сибиряков-Гвардейцев, 46, 48 и по ул. 87-й квартал, дом № 3.

Поделиться

Дома, которые идут под снос на Расточке, строили еще пленные немцы в конце 1940-х. Живут здесь как пенсионеры и молодые семьи, так и приезжие гастарбайтеры, а также лица, словно вышедшие из фильмов про криминальные 90-е — со шлейфом утреннего перегара и синими от наколок не только кистями рук, но и ступнями.

Дома, которые идут под снос на Расточке, строили еще пленные немцы в конце 1940-х. Живут здесь как пенсионеры и молодые семьи, так и приезжие гастарбайтеры, а также лица, словно вышедшие из фильмов про криминальные 90-е — со шлейфом утреннего перегара и синими от наколок не только кистями рук, но и ступнями.

Поделиться

Своим названием Расточка обязана заводу «Тяжстанкогидропресс». В 1939 году, когда он появился, его называли «Завод расточных станков». Вид этой части города сформировался в конце 1940-х – начале 1950-х. Проект застройки разработал архитектор В. Майков. По характеру стиля местная архитектура приближалась к флорентийскому ренессансу, и эксперты постоянно отмечают самобытность архитектуры Расточки.

Своим названием Расточка обязана заводу «Тяжстанкогидропресс». В 1939 году, когда он появился, его называли «Завод расточных станков». Вид этой части города сформировался в конце 1940-х – начале 1950-х. Проект застройки разработал архитектор В. Майков. По характеру стиля местная архитектура приближалась к флорентийскому ренессансу, и эксперты постоянно отмечают самобытность архитектуры Расточки.

Поделиться

Тетя Наташа, как ее представили соседи, живет в доме № 6 на ул. Мира. Рассказывает, что уже сидит со своей дочерью на узлах — съезжать должны в июне на жилмассив «Стрижи». Всего в доме из 60 комнат живет порядка 15 собственников, остальные съехали и сдают свое жилье за 3–7 тыс. руб. в месяц. Селятся здесь в основном приезжие с юга и из области.

Тетя Наташа, как ее представили соседи, живет в доме № 6 на ул. Мира. Рассказывает, что уже сидит со своей дочерью на узлах — съезжать должны в июне на жилмассив «Стрижи». Всего в доме из 60 комнат живет порядка 15 собственников, остальные съехали и сдают свое жилье за 3–7 тыс. руб. в месяц. Селятся здесь в основном приезжие с юга и из области.

Поделиться

«Здесь жить невозможно. Примерно на 50 человек, проживающих на этаже, — один унитаз! Общий. Вы это можете представить? Это общежитие раньше было. Ванна? Да вы что! Какая ванна? Даже душа нет! Есть умывальник. Один. На всех», — рассказала тетя Наташа, добавив, мол, когда станут расселять людей, в доме, как это было и в других, начнутся поджоги и выламывание батарей.

«Здесь жить невозможно. Примерно на 50 человек, проживающих на этаже, — один унитаз! Общий. Вы это можете представить? Это общежитие раньше было. Ванна? Да вы что! Какая ванна? Даже душа нет! Есть умывальник. Один. На всех», — рассказала тетя Наташа, добавив, мол, когда станут расселять людей, в доме, как это было и в других, начнутся поджоги и выламывание батарей.

Поделиться

«Да я лично знаю, кто вырывает батареи и двери вышибает! Они вон через дорогу живут. Одного зовут Толя, другого Женя. Они — металлисты, — рассмеялась худая девушка неопределенного возраста, курившая возле подъезда. — Я ему говорю, мол, что ты делаешь? А он такой разворачивается с фомкой… Думаю, ну все — сейчас как прилетит мне».

«Да я лично знаю, кто вырывает батареи и двери вышибает! Они вон через дорогу живут. Одного зовут Толя, другого Женя. Они — металлисты, — рассмеялась худая девушка неопределенного возраста, курившая возле подъезда. — Я ему говорю, мол, что ты делаешь? А он такой разворачивается с фомкой… Думаю, ну все — сейчас как прилетит мне».

Поделиться

Еще один многострадальный квартал со старыми деревянными бараками 1940-х годов и двухэтажными насыпными домами расположился в районе Телецентра. Этот дом стоит по адресу 4-й переулок Серафимовича. Здесь же дожидаются своего сноса дома под номерами 1, 3, 9, 16, 22 и 24. Снести их обещают до конца 2017 года. Но в это никто из жителей уже не верит. Рассказывают, как один дом здесь все же снесли. Почти через 25 лет после того, как его признали аварийным.

Еще один многострадальный квартал со старыми деревянными бараками 1940-х годов и двухэтажными насыпными домами расположился в районе Телецентра. Этот дом стоит по адресу 4-й переулок Серафимовича. Здесь же дожидаются своего сноса дома под номерами 1, 3, 9, 16, 22 и 24. Снести их обещают до конца 2017 года. Но в это никто из жителей уже не верит. Рассказывают, как один дом здесь все же снесли. Почти через 25 лет после того, как его признали аварийным.

Поделиться

Пенсионерка Любовь Павловна говорит, что их дом признан аварийным еще 4 года назад. С тех пор прошло 4 аукциона, и ни один не привел к расселению и сносу двухэтажки. Жильцы дома вспоминают, как их агитировал в 2004 году голосовать за себя Владимир Городецкий, обещая быстро расселить всех, через несколько лет так же агитировал перед выборами Анатолий Локоть… Сейчас жильцы пошли за помощью к ЛДПР. Любовь Павловна сетует: с каждым новым аукционом мэрия лишь увеличивает стартовую цену, и застройщики на этот участок из-за высоких цен заходить не спешат.

Пенсионерка Любовь Павловна говорит, что их дом признан аварийным еще 4 года назад. С тех пор прошло 4 аукциона, и ни один не привел к расселению и сносу двухэтажки. Жильцы дома вспоминают, как их агитировал в 2004 году голосовать за себя Владимир Городецкий, обещая быстро расселить всех, через несколько лет так же агитировал перед выборами Анатолий Локоть… Сейчас жильцы пошли за помощью к ЛДПР. Любовь Павловна сетует: с каждым новым аукционом мэрия лишь увеличивает стартовую цену, и застройщики на этот участок из-за высоких цен заходить не спешат.

Поделиться

На фото — загадочный дом № 5. На карте портала «Мой Новосибирск» помечен как снесенный в 2015 году. Дверь в подъезд открыла женщина с двумя косичками и в мятой майке с надписью ЛДПР. Женщина объяснила, что дом расселили и все съехали — в Кировский и Ленинский районы. «Здесь никак уже не живут. А я почему не съезжаю? Да потому что!» — бросила женщина и захлопнула железную дверь.

На фото — загадочный дом № 5. На карте портала «Мой Новосибирск» помечен как снесенный в 2015 году. Дверь в подъезд открыла женщина с двумя косичками и в мятой майке с надписью ЛДПР. Женщина объяснила, что дом расселили и все съехали — в Кировский и Ленинский районы. «Здесь никак уже не живут. А я почему не съезжаю? Да потому что!» — бросила женщина и захлопнула железную дверь.

Поделиться

Почти центр города — Некрасова, 46. Двухэтажный дом 30-х годов, который строили от жиркомбината, постепенно уходит под землю. Как говорят жильцы, в год он оседает примерно на 1,5 см. «Аварийным дом считается где-то с 2008 года. Нам обещают, что к ноябрю съедем», — рассказала через форточку жительница первого этажа Татьяна Васильевна. Табличку сделали и повесили над подъездом сами жильцы.

Почти центр города — Некрасова, 46. Двухэтажный дом 30-х годов, который строили от жиркомбината, постепенно уходит под землю. Как говорят жильцы, в год он оседает примерно на 1,5 см. «Аварийным дом считается где-то с 2008 года. Нам обещают, что к ноябрю съедем», — рассказала через форточку жительница первого этажа Татьяна Васильевна. Табличку сделали и повесили над подъездом сами жильцы.

Поделиться

«На самом деле дом крепкий, пипец… У нас все клево», — задумчиво добавила женщина и тут же вспомнила, как некоторое время назад произошла поломка и канализация текла прямо в подпол. «Я ложилась спать — брызгала рубашку духами и утыкалась в нее. Такая вонь была! А в ЖЭУ сидит такая, "косынки" раскладывает на компьютере… Мы ей: когда ремонтировать будете? А она: "А никогда!" Ни хрена себе! Мы тогда написали в прокуратуру. И за три дня все сделали», — вспоминает женщина.

«На самом деле дом крепкий, пипец… У нас все клево», — задумчиво добавила женщина и тут же вспомнила, как некоторое время назад произошла поломка и канализация текла прямо в подпол. «Я ложилась спать — брызгала рубашку духами и утыкалась в нее. Такая вонь была! А в ЖЭУ сидит такая, "косынки" раскладывает на компьютере… Мы ей: когда ремонтировать будете? А она: "А никогда!" Ни хрена себе! Мы тогда написали в прокуратуру. И за три дня все сделали», — вспоминает женщина.

Поделиться

Из другого деревянного дома на две семьи, расположенного неподалеку — на ул. Некрасова, 45«а» (его тоже должны снести до конца года), жители уезжать категорически не хотят. «У нас все условия — ванна, центральное отопление, канализация, горячая и холодная вода… У нас все хорошо. Дом крепкий, 50-х годов. Но мы понимаем, что нас снесут, все же это центр», — рассуждает через окошко жительница дома, отказавшись пустить корреспондентов на приусадебный участок с теплицами.

Из другого деревянного дома на две семьи, расположенного неподалеку — на ул. Некрасова, 45«а» (его тоже должны снести до конца года), жители уезжать категорически не хотят. «У нас все условия — ванна, центральное отопление, канализация, горячая и холодная вода… У нас все хорошо. Дом крепкий, 50-х годов. Но мы понимаем, что нас снесут, все же это центр», — рассуждает через окошко жительница дома, отказавшись пустить корреспондентов на приусадебный участок с теплицами.

Поделиться

Целый массив двухэтажных кирпичных домов, спрятавшихся в зарослях клена и душистой сирени, пойдет под снос в этом году в Заельцовском районе. На ул. Плановая, Вавилова и 2-я Союза Молодежи идут под снос более десятка домов. Жители съезжать не хотят. Говорят, здесь очень хорошее место — и детсады со школами рядом, и работа с зоопарком. Не хотят уезжать, потому что переселить их хотят на «Родники» или в «Матрешкин двор». «А "Матрешкин двор" — это ж…!» — сообщила одна из жительниц дома на Вавилова. «Это в натуре ж…, я туда не поеду», — поддакивает вторая.

Целый массив двухэтажных кирпичных домов, спрятавшихся в зарослях клена и душистой сирени, пойдет под снос в этом году в Заельцовском районе. На ул. Плановая, Вавилова и 2-я Союза Молодежи идут под снос более десятка домов. Жители съезжать не хотят. Говорят, здесь очень хорошее место — и детсады со школами рядом, и работа с зоопарком. Не хотят уезжать, потому что переселить их хотят на «Родники» или в «Матрешкин двор». «А "Матрешкин двор" — это ж…!» — сообщила одна из жительниц дома на Вавилова. «Это в натуре ж…, я туда не поеду», — поддакивает вторая.

Поделиться

«У нас тепло, канализация в порядке. Тут бы капитальный ремонт сделать — трубы очень ржавые. Полы поменять бы. Ну или покрасить», — говорит 24-летняя Анна.

«У нас тепло, канализация в порядке. Тут бы капитальный ремонт сделать — трубы очень ржавые. Полы поменять бы. Ну или покрасить», — говорит 24-летняя Анна.

Поделиться

Четыре аварийных дома дожидаются своего сноса в 2017 году в Октябрьском районе. Расположены они на ул. Кирзавод 2. Вообще, если судить по карте муниципального портала, в 2016–2017 годах запланировано под снос порядка 60 объектов. В пресс-центре мэрии уточнили, что до конца этого года снесут 28 домов.

Четыре аварийных дома дожидаются своего сноса в 2017 году в Октябрьском районе. Расположены они на ул. Кирзавод 2. Вообще, если судить по карте муниципального портала, в 2016–2017 годах запланировано под снос порядка 60 объектов. В пресс-центре мэрии уточнили, что до конца этого года снесут 28 домов.

Поделиться

«Какая горячая вода? У нас даже холодной нет! Трубы в нашей квартире еще до нас обрезали. А заплатить надо — за воду, за всё! И туалетов в доме нет — ходим в ведро. Мочу выливаем на улицу, а по-большому — в пакетик и на мусорку… Вот — буржуйка, зимой греемся», — рассказывает Елена, живущая в доме № 7 с дочерью и 4-летней внучкой Викой. У кого-то, как заметила женщина, во время дождя течет потолок. Но починить крышу или затянуть пленкой невозможно — гнилые доски могут обрушиться под тяжестью человека.

«Какая горячая вода? У нас даже холодной нет! Трубы в нашей квартире еще до нас обрезали. А заплатить надо — за воду, за всё! И туалетов в доме нет — ходим в ведро. Мочу выливаем на улицу, а по-большому — в пакетик и на мусорку… Вот — буржуйка, зимой греемся», — рассказывает Елена, живущая в доме № 7 с дочерью и 4-летней внучкой Викой. У кого-то, как заметила женщина, во время дождя течет потолок. Но починить крышу или затянуть пленкой невозможно — гнилые доски могут обрушиться под тяжестью человека.

Поделиться

«Видите — полы проваливаются… Расскажите еще, что детям во дворе играть негде! Попросили нерусских — [они] сколотили песочницу, а попросили в ЖЭУ песка привезти — шиш! Сами ведрами таскали. Депутата нашего [Дениса] Плотникова попросили горку и качельку поставить. И трактор, чтобы помойку сдвинуть в угол. Он наобещал такие горы! И все. Теперь даже трубку не берет», — перечисляет беды жильцов Елена.

«Видите — полы проваливаются… Расскажите еще, что детям во дворе играть негде! Попросили нерусских — [они] сколотили песочницу, а попросили в ЖЭУ песка привезти — шиш! Сами ведрами таскали. Депутата нашего [Дениса] Плотникова попросили горку и качельку поставить. И трактор, чтобы помойку сдвинуть в угол. Он наобещал такие горы! И все. Теперь даже трубку не берет», — перечисляет беды жильцов Елена.

Поделиться

Офис депутата КПРФ и руководителя строительной компании «Союз военных строителей» Дениса Плотникова (на фото — красно-белое строение) находится рядом со злополучным домом. Отгорожен высоким забором. На звонок корреспондента НГС.НОВОСТИ депутат отреагировал довольно быстро и объяснил, что так было из-за отсутствия финансирования. «На сегодня средства на расселение 4 домов пришли. Сейчас мэрия готовит документы на аукцион по приобретению жилья. А чисто физическое расселение будет весной 2017 года», — пообещал г-н Плотников.

Офис депутата КПРФ и руководителя строительной компании «Союз военных строителей» Дениса Плотникова (на фото — красно-белое строение) находится рядом со злополучным домом. Отгорожен высоким забором. На звонок корреспондента НГС.НОВОСТИ депутат отреагировал довольно быстро и объяснил, что так было из-за отсутствия финансирования. «На сегодня средства на расселение 4 домов пришли. Сейчас мэрия готовит документы на аукцион по приобретению жилья. А чисто физическое расселение будет весной 2017 года», — пообещал г-н Плотников.

Поделиться

Самую безумную историю корреспонденты НГС.НОВОСТИ услышали по адресу Владимировский спуск, 10. Здесь стоит дом 1896 года постройки. Жители говорят, что поставили его для строителей моста через Обь. Краевед Константин Голодяев поправляет: «В этом месте проживали инженеры и техники, которые работали на строительстве железнодорожной станции Обь и участка Среднесибирской железной дороги. Этот район считался элитным в XIX веке. Здесь было проведено первое освещение. И район этот относился именно к железной дороге, а не к городу или тогда — поселку».

Самую безумную историю корреспонденты НГС.НОВОСТИ услышали по адресу Владимировский спуск, 10. Здесь стоит дом 1896 года постройки. Жители говорят, что поставили его для строителей моста через Обь. Краевед Константин Голодяев поправляет: «В этом месте проживали инженеры и техники, которые работали на строительстве железнодорожной станции Обь и участка Среднесибирской железной дороги. Этот район считался элитным в XIX веке. Здесь было проведено первое освещение. И район этот относился именно к железной дороге, а не к городу или тогда — поселку».

Поделиться

Жильцы 6 лет назад за свой счет провели экспертизу, заключившую, что жить здесь нельзя из-за опасности обрушения. Тем не менее аварийным дом признан только в 2012 году, а снести его думают только в 2017-м. «У нас не наркоманы живут, а молодые семьи с маленькими детьми. Дети болеют астмой. Врачи сказали — из-за сырости и плесени… Мы писали в мэрию, и в прокуратуру, и президенту. Нам тогда [в мэрии] сказали нести документы, а потом сказали: ждите. Городецкий, он мэром был, на вопрос в прямом эфире о нас, сказал, не глядя в камеру: "Не знаю, решать будем"», — рассказывает Любовь Пятина, показывая бумаги от разных официальных лиц, среди которых мелькает и подпись Светланы Стыниной, арестованной по делу о 1500 квартир.

Жильцы 6 лет назад за свой счет провели экспертизу, заключившую, что жить здесь нельзя из-за опасности обрушения. Тем не менее аварийным дом признан только в 2012 году, а снести его думают только в 2017-м. «У нас не наркоманы живут, а молодые семьи с маленькими детьми. Дети болеют астмой. Врачи сказали — из-за сырости и плесени… Мы писали в мэрию, и в прокуратуру, и президенту. Нам тогда [в мэрии] сказали нести документы, а потом сказали: ждите. Городецкий, он мэром был, на вопрос в прямом эфире о нас, сказал, не глядя в камеру: "Не знаю, решать будем"», — рассказывает Любовь Пятина, показывая бумаги от разных официальных лиц, среди которых мелькает и подпись Светланы Стыниной, арестованной по делу о 1500 квартир.

Поделиться

А еще здесь есть с 1961 года необычное отопление — дренажное. Это когда горячая вода в батареях, проходя через все квартиры, уходит в канализацию. В крайней квартире кипяток льется в ванну 9 месяцев в году — уже больше 50 лет. Перекрыть нельзя — батареи остынут. Жильцы показывают расчет стоимости капремонта от управляющей компании «МКС Новосибирск», который они якобы должны сделать за свой счет. Отремонтировать надо 234 кв. м. Стоимость ремонта — за 1 кв. м 652 540 руб. «Мы против, а они нам судом угрожают: мол, все равно сделаем, а вы и ремонт, и суд оплачивать будете», — вздыхает женщина.

А еще здесь есть с 1961 года необычное отопление — дренажное. Это когда горячая вода в батареях, проходя через все квартиры, уходит в канализацию. В крайней квартире кипяток льется в ванну 9 месяцев в году — уже больше 50 лет. Перекрыть нельзя — батареи остынут. Жильцы показывают расчет стоимости капремонта от управляющей компании «МКС Новосибирск», который они якобы должны сделать за свой счет. Отремонтировать надо 234 кв. м. Стоимость ремонта — за 1 кв. м 652 540 руб. «Мы против, а они нам судом угрожают: мол, все равно сделаем, а вы и ремонт, и суд оплачивать будете», — вздыхает женщина.

Поделиться

Илья Калинин
Фото Густаво Зырянова

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Новосибирске? Подпишись на нашу почтовую рассылку
Загрузка...
Загрузка...