Все новости
Все новости

Юрий Шевчук: «Иначе»

23 апреля состоялась онлайн-конференция Юрия Шевчука (группа «ДДТ»)

Поделиться

23 апреля на НГС.НОВОСТИ состоится онлайн-конференция музыканта и композитора Юрия Шевчука.

В этом году Юрий Шевчук и группа «ДДТ» представляют новую программу и новый альбом под названием «Иначе», в которых музыканты предлагают своим слушателям задуматься об ином способе бытия в существующем времени и пространстве.

Концерты состоятся в Новосибирске, Красноярске, Томске, Иркутске, Барнауле.

В Кемерово концерт отменен.
В Омске концерт отменен.

В ходе онлайн-конференции Юрий Шевчук ответит на вопросы сибиряков.

Поделиться

Анна Богданова:
Добрый день, уважаемые посетители НГС.НОВОСТИ! Мы начинаем онлайн-конференцию лидера группы «ДДТ» Юрия Шевчука. Пожалуйста, задавайте свои вопросы.
Текстовая версия онлайн-конференция будет выложена после завершения конференции.

Поделиться

Поделиться

Евгения:
Вы приехали с новым альбомом «Иначе». Что значит «иначе»? Что теперь иначе? В чем заключается посыл вашей новой поэзии, вашей новой музыки?

Ответ:
Иначе — это слово очень широкое. Пол менять мы никого не призываем. И ориентацию, разве что социально-политическую. Вот если мы будем хотя бы придерживаться десяти заповедей, то уже жизнь пойдет совершенно иначе. Если мы не будем воровать и убивать, будем любить друг друга — это уже очень радикально для нашей страны. Мы к этому призываем. Иначе во многом — главное объем, объем мироощущения, существования. Мы призываем молодежь, как бы предлагаем ей, подумать над тем, что можно не довольствоваться только одной идеей, одной мыслей, одной концепцией, а можно шире смотреть на мир во всем его прекрасном величии. И можно жить, споря внутри себя об этом мире: полемизировать, задавать вопросы, искать ответы — жить иначе. Не быть каким-то болтом в этом плешивом стаде пасущемся, как пел Гребенщиков, в пластмассовых глобальных полях, а именно быть личностью — жить иначе. Все пробовать на зуб своего менталитета, своей философии, своего сознания. Вот так. Иначе.

Поделиться

Поделиться

Марина:
Добрый день! Я в предвкушении Вашего концерта и очень рада, что в нашем городе его не отменили. Как Вы отнеслись к отмене концертов в Кемерово и Омске?

Ответ:
Да, люди пишут письма, немножко меня ругают, но незаслуженно, потому что мы здесь совершенно не виноваты, тем более что на данный момент и в Кемерово, и в Юрге были проданы фактически уже все билеты, а местная администрация отменила эти концерты. Боятся люди, боятся. Почему боятся — вот вопрос. Быть им или не быть — вот чего они боятся. Боятся будущего, боятся этого слова «иначе». Поэтому и запрещают. Много страха. Боятся будущего, потому что ничего о нем не знают. У этих людей нет никаких оперативных данных о будущем, друзья мои. Они ничего о нем не знают. Они знают только прошлое — то, что они смогли потрогать своими руками, прошлое, в котором они жили. Они хотят жить в прошлом — всегда, вечно, стабильно. Я лично называю их феодалами. Феодалами Кемеровской области. Это чуваки, которые имеют замки за городом, мощную охрану, рыцарей, всяких там чуваков с песьими головами на «Мерседесах». У них есть власть. Посмотрите на их экономическую политику — валим лес, стрижем на местах, качаем нефть, газ, — никакого вложения средств в молодежь, в образование, в наукоемкое производство. Пожирается будущее. В Омске примерно та же ситуация, там тоже такой старичок, феодал. Но ничего-ничего, я думаю, наш народ скоро их переизберет и будет посветлее. И мы обязательно приедем к вам с концертами, обязательно: и в Кемерово к шахтерам, и в Юргу к военным, и в Омск — замечательный рок-н-ролльный город, родину русского панка. Мы обязательно будем везде.

Поделиться

Поделиться

Павел:
Здравствуйте! с какими трудностями вы сталкивались при организации концерта в Новосибирске? Была ли угроза отмены концерта?

Ответ:
Нет, в Новосибирске никаких трудностей нет, а я здесь для того, чтобы загнать людей на концерт. (Смеется.) Ребятушки, идите на «Иначе». Мы занимаемся серьезным делом. Приходите — не пожалеете. Шикарный свет, звук, суперпозитив. Друзья мои, приходите! Это главное шоу этого года.
Всё, расхвалил, по-моему, круче некуда. Уж хвалюсь прям как попса какая-то. (Смеется.)

Поделиться

Поделиться

Ольга:
Поклонники из Кемерово и Омска тоже смогут приехать?

Ответ:
Конечно, я предлагаю ребятам. Только в этом году мы будем играть «Иначе». В следующем я уже не знаю, что будет. Но кроме светлого будущего ничего не жду. В следующем году мы уже, наверное, будем играть другую музыку. Мы уже сыграли около сорока концертов — немало, впервые такой тур. «Черный пес Петербург», первый наш концерт про отношения человека и города — такая первая программа со своим сквозным действием, сюжетом, сценарием, — мы его сыграли, по-моему, в городах десяти. «Мир номер ноль» — в городах двадцати. А «Иначе» — вот уже под сорок. Программа держит удар. Ну а финансы… пока еще не разорились, нормально.

Поделиться

Поделиться

Вячеслав:
Здравствуйте, Юрий! Я давно являюсь поклонником группы ДДТ, слежу за Вашим творчеством, уважаю и разделяю Вашу гражданскую позицию.
В 90-х годах Вы и группа ДДТ, насколько я помню, не принимали участия ни в каких политических акциях в поддержку тех или иных политических сил, типа "Голосуй или проиграешь" и тому подобном, вообще политикой не занимались. Сегодня Вы непримиримый противник существующей власти, симпатизируете оппозиции, участвуете в митингах. Почему? Зачем Вам это надо? Всё в стране так плохо, хуже, чем в 90-х? Спасибо.

Ответ:
Я противник этой психологической атаки, которая длится уже десять лет. Вот этого жесточайшего поедания мозгов. Во власти есть разные люди, есть неплохие ребята. Вообще сейчас нет одной линии фронта — вот здесь все музыканты хорошие, чистые, светлые, замечательные, непродажные, такие все гениальные, а власть вся плохая. Или столяры, шахтеры — все замечательные люди, альтруисты, гуманисты, и вообще, идет шахтер и просто хочется упасть на колени от этого сакрального давления его нимбов. (Улыбается.) Так не бывает. Все мы грешны, все мы люди. И среди военных, шахтеров, музыкантов, власти козлов хватает. Но есть и хорошие, очень светлые. Я не позволяю себе — в последнее время особенно, это во мне какая-то революция произошла, — осуждать кого-то, именно судить. Моя любимая поговорка теперь — умные люди обсуждают идеи все-таки, а не соседей. И это важно. Мне не нравится этот психоз, эта идеология, этот фанатизм, эта нетерпимость, которую вырабатывает наша власть по всем центральным каналам. Мне это очень не нравится. Мне не нравится, что в новом диалоге, который строит наша власть, опять нет человека. В коммунистической идеологии — она прекрасна на бумаге, — не было человека, человек погиб. Некоторые религиозные фанатики настолько веруют и чувствуют, что они и есть совесть, что они единственные, знают все про Господа нашего, и только их путь правильный, — вот они тоже не видят человека в своей религиозной концепции, возьмем, например, ваххабитов. А как говорил Андрей Кураев, есть и православные ваххабиты. И так далее. Не вижу в нынешней идеологии человека, не вижу уважения к личности. Я вижу попытку опять нас сделать каким-то электоратом — крошки с царского стола, пенсии, зарплаты, а больше не вякайте, маленькие мои. Это неправильно. Вот я против чего. Обострилось это примерно лет шесть-семь назад. Я как-то очередной раз присмотрелся, где я живу, понял, что не в той России, которая мне нравится, и что здесь все не в порядке. Я вам тоже советую видеть поле, чтобы не загнать мяч в собственные ворота. Это очень важно — видеть жизнь, не жить в башне слоновой кости. В какой-то момент я не занимался политикой, потому что мне казалось, что идет укрепление государства и все нормально, а потом я почувствовал где-то в году 2004, что Владимиру не хватило энергии, не хватило духовных сил продолжать строительство новой России. Он откатился назад со всеми своими войсками, со всеми своими феодалами. И, к сожалению, страна стала пятиться. Пятиться духовно, ментально, интеллектуально. Это мне очень не нравится, потому что в этой позиции «раком» нет будущего.

Поделиться

Поделиться

Татьяна:
Юрий Юлианович, не кажется ли Вам, что власть, запретив ваши концерты в некоторых сибирских городах, тем самым показывает, что она боится вашего влияния на молодежь?
Низкий поклон за то, что Вы у нас есть!!!

Ответ:
Да, я об этом говорил. Страх. Почему страх? Потому что веры нет. Вот «Пусси Райот», например. Ну, девочки неправильно, конечно, поступили, я говорю как верующий человек, зря они все это. С другой стороны — сколько злобы. Именно от фанатичных ортодоксов, псевдоправославных, я считаю, которые думают, что они и есть истина на этой земле. Они хотят истины, но без свободы, но не может быть одно без другого. а свобода — часть истины, друзья мои. Только свободный человек мог изобрести колесо, не раб. Что мы хотим построить? Гениталии с ногами? Пришить к ним голову или рот с желудком, и все? Убрать у человека сердце, душу, менталитет, разум, сознание, убрать этот огромный мир, разные точки зрения и опять строем идти к светлому будущему? И нам будут как партбилеты выдавать документы, где будет написано, православный или нет? Зачем это сращивание церкви с властью? Зачем этот гнев, зачем эта нетерпимость? Почитаем заповеди Христовы — любовь и терпение. Пусть первый бросит камень, кто из вас без греха. А кто из нас без греха? Никто. Все мы грешные — об этом Христос говорил. Я православный человек, но мое православие другое, как и у многих.
И здесь я коротко и точно ответил. (Улыбается.) И опять не на тот вопрос. То ли я дурак, а может, я просто думаю об этом много сейчас, потому что это очень важные вещи — свобода, истина, фанатизм любых социальных, национальных, религиозных видов. Правда, ложь, государство, личность — вот об этих вещах мы размышляем в нашей новой программе, пробуем думать об этом.

Поделиться

Поделиться

Александр:
Как Вы думаете, какое время должно пройти, чтобы в нашей стране у людей поменялось сознание, исчез правовой нигилизм и полное непонимание текущей ситуации? Когда эта "демократия", которую мы сейчас наблюдаем перерастет в настоящий диалог власти с народом?

Ответ:
Да, хотел еще о страхе поговорить. Вот страх — именно от этого чувства, что я есть истина, я есть правда. Все говорят: «А кто, кроме Путина? За кого голосовать?». Ребята, вот отсюда и растет страх, когда ты убежден только в одной этой идее и других не существует, и остальные все — враги. А когда ты ищешь истину, как писал Николай Бердяев, допустим, то ты как раз способен и другую истину вкурить, по крайней мере выслушать и попытаться понять ее — другую какую-то точку зрения. А эти люди боятся другой точки зрения, она уже для них — нечто сатанинское, дьявольское, такой наезд бездуховный, это враги, враги рода человеческого те, кто не с нами. Вот что сейчас в стране происходит. Эта конфронтация, это разделение людей на «наши» и «не наши» — бред это все. Человек, ищущий истину, выслушает все точки зрения и найдет свою. Но он готов все выслушать, а эти люди не готовы, и у них есть только страх, они мою точку зрения не слышат. Я слышу. Я читал Маркса, слушал этого бесноватого Кургиняна, я пытаюсь понять эту точку зрения, но поймите и вы нашу.

Поделиться

Поделиться

Александр:
Здравствуйте! Юрий Юлианович, как Вы думаете, есть ли будущее у русского рока?

Ответ:
У русского рока? Будущее? Великое будущее у русского рока, скажу, смотря вам в глаза. От нас зависит. Если останется русский язык на этой планете Земля, если мы его сохраним родимый, то будет русский рок. Берегите русский язык, братцы!

Поделиться

Поделиться

Александр:
Что из творчества молодых русских музыкантов вас больше всего поразило, тронуло?

Ответ:
Сейчас выросло в России очень много замечательных музыкантов. Молодежь, именно музыканты, пошли в рок-музыку, а раньше было иначе. Раньше в рок-музыку шли дилетанты — физик Гребенщиков, художник Шевчук, архитектор Бутусов, Костя Кинчев и так далее. Мы были людьми совершенно разных профессий, работали на разных работах, мы не были профессиональными музыкантами. Это большое отличие. А сейчас рок-музыкой, как и любой другой музыкой, занимается в основном профессиональная молодежь — играющие гаммы с утра до ночи, знающие все школы и так далее. В этом большое отличие. Вот те дилетанты давали какую-то идею, они были больше, чем просто стилистика. Они были философами. Я помню, мы с БГ говорили о Ницше, с Майком Науменко — о Бердяеве, о Флоренском, о многих вещах, о битниках, о Серже Гинзбурге. Люди знали эстетические языки. Мы переводили строчки, слова. Была такая интеллектуальная работа, связанная с идеологией и музыкой. А сейчас музыканты играют музыку, но не хватает мне вот этих вот прорывов, объема не хватает в современной рок-музыке, хотя есть боль, есть много неплохого рэпа, который очень демократичен. Можно бить себя по коленке в клубе и читать хорошие строчки — умные, емкие, колкие, озорные. В принципе, мы с того же начинали. Что-то идет, что-то развивается, находится новый саунд, новые звуковые сочетания. Ничего не стоит на месте. В Петербурге около тысячи рок-групп. Сейчас будет очередной фестиваль «Окна открой!». Заявок только от Питера 600–800, не считая всей страны. Трудно во всем этом выбрать что-то, вычленить, все немножко не доделано, все немножко не так актуально, может быть, нежели мы ждем — вот эту молодую шпану, про которую пел БГ, которая сотрет нас с лица земли. Может, многие музыканты больше думают о моде, чем о современности. А это абсолютно разные вещи. Мода — это мода, сиюминутная, легкая. Сегодня ля-минор, завтра — ми-мажор; мини-юбка, макси; волосы красные, завтра — синие. А современность — это болевые вопросы, это совершенно другое. Это болевые точки современности. Это те вопросы, вокруг которых мир крутится и мы с вами. Вот этого мало, на мой взгляд, в современной рок-музыке. Хотя есть юмор, сатира, стебалово, но мне бы хотелось больше философии интересной, необычной.

Поделиться

Поделиться

Андрей Литвинов:
Здравствуйте Юрий Шевчук. Я встречал много музыкантов которые после моей фразы "Мне нравится как ДДТ играют" вообще не хотели со мной больше общаться. Как вы думаете, почему некоторые музыканты так негативно отзываются о технике игры вашей группы? Как вы сами оцениваете технику исполнения?

Ответ:
Таких музыкантов слишком грузит форма. Мы, кстати, технично играем, и вы, если придете на концерт, это все услышите. Группа в очередной раз поменялась, у нас в «ДДТ» сейчас молодежь. Барабанщику недавно исполнилось 23 года. Были поставлены новые музыкальные задачи, пришли новые музыканты, старые ушли — играют сейчас в других группах счастливо, все нормально. Не знаю, понимаете, для меня очень важен концепт, мне не важна мода. Еще раз повторяюсь — важна современность. Почему к нам люди ходят на концерты? Потому что мы ставим эти вопросы современности в своем творчестве. А другие люди говорят: «Да что «ДДТ»? Грузно все. Грузят-грузят». Дорогие друзья, для некоторых дураков все грузно, что выше яиц. Душа, сердце, разум — все очень грузно. Ну и не грузитесь — Бог с вами.

Поделиться

Поделиться

Павел:
Планируют ли музыканты подписывать диски/ выходить к публике после концерта?

Ответ:
Я всегда выхожу к публике после концерта. Всегда подписываю все, что мне дают. Мне это ужасно не нравится, особенно терпеть не могу фотографироваться, но я понимаю, что это человеку нужно. Я не звезда, я просто музыкант — пишу песни. Поэтому я должен и сфотографироваться, и подписаться от всей души, что я и делаю. Терпение, прежде всего терпение.

Поделиться

Поделиться

Анна:
Здравствуйте! Что вы планируете делать после ухода со сцены? Как видите свою старость?

Ответ:
Может быть, бухать? Я вот сейчас не пью. Поеду в деревню, у меня много там есть баллонов таких здоровых — буду наливки делать и приглашать своих друзей: философов, писателей, буду философствовать. Главное, чтобы здоровья хватило — и выпивать, и философствовать. По-моему, это самая лучшая старость, которая может только быть. (Смеется.)

Поделиться

Поделиться

Станислав:
Юрий, Вам никогда не хотелось уехать из страны? Как Вы относитесь к людям, которые покидают нашу родину-уродину?

Ответ:
Нормально отношусь к слабонервным. Их сейчас много бежит опять. Но у нас нервы покрепче, мы здесь остаемся в очередной раз. Вы знаете, я столько уже переживал режимов, монархий, царей, революций, воин, что меня уже мало чем можно удивить и напугать тоже. Я очень люблю Россию, честно говорю вам. Я уже часто рассказывал эту историю. У меня много друзей-космополитов, живущих в разных местах, и они все говорят, мол, что ты там делаешь, езжай к нам, здесь все хорошо — те же деревья, те же речки, кусты те же. Я так долго искал ответ — почему же я здесь хочу жить, а не там, почему мне здесь все хорошо. Я нашел ответ: кусты — те же, но мои кусты говорят, мое все здесь говорит — все кусты, все речки, асфальт даже говорит, каждые глаза говорят мне. Я не могу без этого диалога, я не могу от него вырваться и уехать из этих объятий. Не могу просто, и все.

Поделиться

Поделиться

Алексей:
Как Вы отдыхаете Юрий и где?

Ответ:
Я не отдыхаю, к сожалению. Я меняю работу. Сейчас у меня гастроли — достаточно тяжелый физический труд. Полтора часа играем программу, потом где-то час играем старые песни. В Иркутске концерт шел почти три часа — народ нас там не отпускал. Я в конце уже устал. Песню «Я получил эту роль», она в ля-миноре, с трудом допел. Но ничего, это же очень радостно, что люди не отпускают. Играем столько, сколько хлопают. А потом я поеду к себе в Лебедевку, соберу какие-то обрывки, мысли, буду работать. Надо что-то писать, делать. Всегда нужна пища для ума. Я никогда не был ни на каких курортах специально — мне там тоскливо, среди этого безобразия мускулистого на этих пляжах, почему-то меня от этого немножко тошнит. Я не могу наблюдать такое большое количество голых, сытых, довольных людей. Сытых — не в лучшем смысле этого слова, а в худшем. За границей был только по работе. Мы дали программу «Иначе» в Лондоне. Собрали четыре тысячи человек в самом крутом зале Лондона, причем половина — англичане. Перевели все тексты на английский. Очень прикольно было наблюдать, когда мы пели: «За тобой пришли…», и англичане стоят и читают текст, а русские козы давят. В Финляндии два города подняли очень хорошо — Хельсинки и Тампере. Тоже на финский все перевели. То есть мы думаем, эта программа — хоть я не тешу себя какими-то иллюзиями — все-таки признана. В британской и финской прессе читаешь, что вот там, на Западе, все считают наш рок-н-ролл осетриной, ну скажем так, второй свежести. Почему так считают, это нам всем понятно. А здесь как-то вот этих слов уже не было. То есть люди подходили, и английские, и финские музыканты, пресса, говорили, что это очень крутой уровень. И нам было приятно, и за державу не обидно. Мы еще сыграем и в Германии, и в Восточной Европе, и в Америке. Покажем эту программу — она этого достойна. А вообще, наша работа, конечно, в России. Возможно, будет целый тур по Казахстану, возможно, Грузия и другие страны СНГ. Минска не будет, пока там Лукашенко, — в Белоруссии нас тоже запретили. Тоже боятся. В общем, где сможем — везде сыграем.

Поделиться

Поделиться

Владимир:
Юрий Юлианович, какой ваш в среднем доход ежемесячный?

Ответ:
В среднем сейчас отдаю долги — пока никакого, но мы зарабатываем что-то. Я могу сказать, что программа дорогая. Мы же тащим три трейлера с аппаратурой. Звук — лайв-саунд, свет — лайт-мастер. Два трейлера из Москвы. И видеоарты — тащим тридцатиметровый экран, солярисы из Петербурга. Вот представьте себе, сколько стоят три эти трейлера, керосина одного сколько нужно, чтобы дотащить до Читы. А потом возвращаться. Еще тридцать человек рабочего класса, которые с нами ездят. Всех нужно кормить, поить. Посчитайте — количество билетов разделить на все эти трейлеры. Хочу вам сказать одно, меня попросили не говорить про цифры, но они не большие и мы зарабатываем гораздо меньше наших коллег. Все сжирают звук и свет, но у нас главное есть творческое удовлетворение на концертах, потому что сюда мы привозим Европу — настоящее качество. Приходите и увидите это. Современный звук, свет — настоящее шоу. Мы не позволяем себе никаких этих попсовых фиговинок — типа «я под фанеру пою, потому что в Новосибирске звука нет». Нет у нас этой лжи. Жить не по лжи — уже неплохо. Поэтому на корпоративах бедрами не вихляем, на столах не пляшем, по баням не поем. Вот такие мы дураки.

Поделиться

Поделиться

Марина:
Ужасно надоела чернуха в головах людей и в СМИ.
Что хорошего в современной действительности Вы видите, что хорошего происходит в Вашей жизни и про что хорошее Вам бы очень хотелось написать песню. Надеюсь её услышать, дабы выйти из депрессии. Может, она уже существует? :)
Спасибо за ответ.
С уважением, давняя поклонница творчества группы.

Ответ:
Отличный вопрос. Вот этой девушке, Марине, написавшей вопрос, я подарю альбом с автографом. Спасибо за замечательный вопрос.
Вот некоторые меня рисуют как такого вечно бунтующего какого-то. Но я не идиот, ребята, серьезно. Я умею радоваться жизни, у меня красавица жена. Я люблю жизнь, я люблю масштаб, я люблю просто любить, это здорово. В мире очень много хорошего. Настолько много в России замечательных людей! Вот служивых, которые там на окраинах. Когда заедешь на какую-нибудь погранзаставу, лейтенант с младенцем, его жена — закончила какое-нибудь московское училище, и служит там России. Говорю: «А можно в Монголию пройти?» — «Да, иди, там все равно ничего нет. Погуляешь по Монголии, обратно вернешься». — «А чем заняты-то? — Да вот, как накормить погранзаставу». И вот таких людей очень много — врачей среди моих замечательных друзей, учителей, режиссеров, шоферов, да кого угодно. Много хорошего на чем страна, в общем-то, и держится. Много честных людей. Не все воруют в нашей стране, не все занимаются коррупцией, не все из нашей страны высасывают соки. У многих об этом душа болит. Сколько сейчас появилось в Москве и Питере волонтеров, которые помогают в хосписах для раковых больных, для больных детей и так далее. Сейчас вообще какой-то подъем идет, я вам скажу. Сейчас выросла новая молодежь, ее мало. Конечно, молодежи образца «Дома-2» больше. Но, простите за тавтологию, молодежи, которой мало, тоже немало. Она другая, она идеалистична. Ее не так интересует богатство, предметный мир. Мы пережили эти циничные нулевые, где было: «Чувак, сиди на позитиве, будь богатым…», теперь это уже настолько отстой, ребята, все это бабло, все эти клубы, этот гламур — это все уже даже не модно. Модно говорить о Канте, о Ницше, модно говорить об экономике, модно говорить о философии, модно говорить о будущем, заниматься политикой. Вот что такое современная молодежь. Я себе иногда напоминаю этакого Максима Горького, к которому приходит такая харизма: «Дайте на газету «Искра» — нам не хватает. Или на газету «Правда». А молодежь мне напоминает народовольцев, которые ездили по деревням образовывать народ, вот эти гимназистки-барышни, или, как молодой Булгаков, — лечить деревню, учительствовать, поднимать культуру. Появилось очень много поэтических клубов, опять стали актуальны стихи, чистая поэзия — ее очень много сейчас. Так что мне есть чему радоваться, я нахожу это. Это просто надо замечать.

Поделиться

Поделиться

Ирина:
Вы считаете себя счастливым человеком?

Ответ:
Безусловно. Я счастлив, прежде всего потому, что я имею любимую работу. Очень много мужиков вообще заняты не своим делом и очень от этого страдают. Я не страдаю, я любимой работой занимаюсь. Уже счастье.

Поделиться

Поделиться

Елена:
Чего вы боитесь?

Ответ:
Я боюсь, что в стране, не дай бог, победит вот эта серость. Вот это одномыслие, единообразие. Но думаю, что этого не наступит. Вы знаете, тело боится. Тело боится болезни, смерти, боли, отчаяния. Всего боится тело. Если мы попробуем воспитать свой дух, чтобы он мог управлять телом, в общем, чем отличаются великие мира всего, было бы неплохо, конечно. Но это огромная духовная работа. Это очень тяжелая дорога. Не знаю, справлюсь ли я, идя по этому пути. Это очень сложно и очень тяжело. Легче, конечно, просто идти на поводу у тела.

Поделиться

Поделиться

Lilly:
Как вы относитесь к истории с роликом Ч. Хаматовой в поддержку Путина?

Ответ:
Чулпан мне звонила, и мы обсуждали эту тему, мы дружим. Я считаю, что она поступила, как она поступила. Я знаю всю правду, чтó было на самом деле, я просто не имею права об этом говорить. Но она поступила именно так, она спасала детей и больницы. Она правильно, в общем-то, сказала, если бы она пошла против Путина, все могло бы закончиться печально со всей этой благотворительностью, и у нее не было выхода. Она спасала детей. Это ее выбор, который я беспредельно уважаю. Я просто помню, как это началось, я помню, как она ревела белугой, когда посетила в первый раз больницу эту детскую страшную и увидела, какого уровня оборудование и медицина, когда аппарат по очистке крови стоял у одного чудака на даче под Москвой. И все мамки с детьми ездили к нему на дачу, он драл с них деньги, а потом, когда, насосавшись, он уезжал отдыхать в Турцию, мамки с детьми не имели возможность делать эту операцию, и дети умирали из-за этого чудака на букву «м». То, что путинское правительство воспользовалось этим совершенно духовным подвижничеством Чулпан Хаматовой и ее единомышленников, это мне тоже понятно, пиарятся ребята. Но вообще они сами должны этим заниматься. Этим должно заниматься государство — строить больницы. Но строит пока Чулпан Хаматова, а государство ей в этом немножко помогает. Ну что же, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Поэтому Чулпан ни в коем случае не ругайте, это святой человек, божий человек. Вы не представляете, сколько она делает. Сама мать троих детей. Как она находит силы? Нам бы всем такими быть.

Поделиться

Поделиться

Михаил:
Юрий, интересна история создания клипа на песню "Дождь".
Как родилась такая идея?
Клип получился очень бюджетным, но внимание к деталям не дает оторвать глаз ни на минуту!

Ответ:
Мы делали клип с Деденевым Борей вдвоем. Вот та рука — это была моя рука. Мы собрали у всех друзей детские игрушки и на письменном столе, я не помню, у кого-то в мастерской — или у меня, или у Бори в Питере, это все строили, а Боря покадрово снимал. Просто обычным фотоаппаратом, видеокамерой. И слепили мы этот клип за ночь, а потом из ведра я это все окатил, и вода это все смыла. То есть очень просто.

Поделиться

Поделиться

Евгений:
Планируете ли вы вернуться в кинематограф? Ну то есть сняться в каком нибудь фильме.

Ответ:
Как будто я оттуда вышел. Де Ниро, блин. Да какой кинематограф? Я всегда всем режиссерам говорю, которые мне что-то предлагают: да не надо мою рожу снимать. Все равно, даже если я буду играть Чапаева, люди будут вспоминать меня и песню «Что такое осень?». Ну это уже штамп. Заштампованная рожа. У меня нет никаких амбиций в кинематографе и многих других сферах.

Поделиться

Поделиться

Алексей:
Что такое осень?

Ответ:
Да, на эту тему уже только ленивый не оттоптался. Ерофеев или Прилепин писал: «это веник». У кого-то — тазик. У Киркорова — зайчик.
Знаете, эту песню я написал на кладбище. Мне было очень непросто в тот момент жить, очень непросто. Я переживал огромную трагедию личную. И вот написалась такая песня на Никольском кладбище в Питере. Песня абсолютно от души, поэтому она так и цепляет. Вот все, что я могу сказать о ней.

Поделиться

Поделиться

Вадим Лидин:
Спонтанное выступление в дуэте с Боно вышло весьма интересным. Не забыто концертное выступление со Славой Бутусовым.
С кем ещё из ныне выступающих исполнителей Вы бы не отказались спеть? И какую песню?

Ответ:
Не знаю, никогда ни с кем не пою. Боно предложил за 20 минут до концерта, я очень удивился, сказал — давай. Вначале отказался, потом поскреб затылок и сказал: ладно, спою. Ну, то есть он предложил Боба Дилана, я согласился, а потом сел на трибуну и с ужасом вспомнил, что я ничего не помню. Опять тавтология. (Улыбается.) Но был Артемий Троицкий, и одна барыня, у которой был «айфон». Мы нашли эту песню, текст, тут же с Троицким перевели эту песню на русский язык — ну не будем же в России по-английски петь русскому мужику. И тут же прибегает менеджер, я выхожу на сцену и пою — без репетиций, без ничего. Но весело было. Мне понравилось, что они такие рок-н-ролльные чудаки и все им по колено. В общем, так все весело и вышло.

Поделиться

Поделиться

Никон:
Скажите, Юрий, бог любит нашу страну?

Ответ:
Безусловно. Он ее просто испытывает. Знаете, у меня был один случай, который все объяснил. Это как раз была война в Сербии. Мы там снимали фильм о православных монастырях, которые были разрушены мусульманскими радикалами разных мастей. Причем очень много Сербия потеряла — в Косово были монастыри VI века. Такого у нас в России даже нет. И представляете, идем по этим руинам, лежат куски фресок, все дымится и все еще в растяжках. Прыгаешь через эти гранаты и снимаешь это кино. Более ста храмов было разрушено. Мощи святых были выброшены из могил, насилие было со всех сторон. И были мы в одном монастыре, где осталось монахов шесть, а убили двадцать. Мы с настоятелем, молодым парнем, разговаривали. Я спросил, где можно покурить. Налили по сливовице, закурили, не в самом монастыре, конечно, а на улице. Я говорю: «Вот вас же убивают каждый день». А там албанские националисты приезжают на тачках с винтовкой, и просто — монах пошел за водой, они хлоп, посмеялись, убили, поехали. Такое было развлечение. Я говорю: «Вас же всех перебьют здесь». Смотрю на него, а он: «Господь к нам лицом повернулся, он нас уважает, он нам все эти испытания подарил». Когда я смотрел в его глаза, мне просто сказать было нечего. Сколько в этом было духа! Поэтому Господь Россию тоже испытывает. Истинно верующий человек принимает как благодарность эти испытания. А не какую-то роскошную, сытую, довольную всем жизнь.

Поделиться

Поделиться

Елена Сиволобова:
Юрий Юлианович, вы рассказывали о том, как написали песню "Мертвый город. Рождество". Был момент, когда после ночного артобстрела выпал снег. Вы вышли на улицу из подвала весь в пыли. Развалины
медленно покрывались белым снегом, как саваном. После этого написалась песня. А какие еще подобные лирические моменты были в вашей жизни, когда хотелось сразу взяться за перо и написать песню?

Ответ:
Этот снег покрывал все эти здания, трупы, эту разруху. Вообще, удивительное было зрелище. И именно на Рождество. Я был в Грозном, 95-й год. Снег все покрыл, было ощущение, что выпало время. Очень странные были ощущения. Написалась эта песня.

Поделиться

Поделиться

Елена Сиволобова:
Вы говорили: "Могу и в президенты пойти, мне пофиг. Я, конечно, совершенно не политик, но если больше некому — то я могу стать и президентом, ну что делать. Когда в стране пожар, то что-то надо делать, гражданское в себе как-то будить… Главное, чтобы страна стала светлой, и тут что-то шевельнулось в добрую сторону". Какой бы вы сделали первый шаг, как сделали страну светлой, если бы стали президентом?

Ответ:
Если никого не останется, кроме меня, если я останусь один — пойду. Я думаю, меня бы отравили день на третий. Как в той поговорке: «Умного отравят, глупого на трон поставят». Но за три дня я покуролесил бы. Было бы нескучно — это точно. Давайте я оставлю это в тайне. Когда я будут президентом, вы очень удивитесь моим указам. Это будет весело.

Поделиться

Поделиться

Артем:
Вы часто говорите о негативном отношении к людям, назовем их "богатыми", почему у вас такое мнение? и как вы относитесь к деньгам?

Ответ:
Нет, я не делю людей по социальному статусу. Я осуждаю действия, я не сужу человека. Может быть, когда-то да, я вообще раньше был настолько нетерпим, вот именно в те годы, когда я был сам с собой. В начале 2000-х я позволял себе какие-то негативные высказывания по поводу многих моих коллег, которые мне не нравились. Сейчас я работаю над собой, как и все мы, и мне совершенно не стыдно в этом признаться. Я не люблю того себя, такого нетерпимого, эгоцентричного Шевчука. В том было много греха, дурости, глупости. Я сейчас пытаюсь понять любого, и вот вы знаете — не суди, да не судимым будешь. Я понял, что я не прокурор. Когда ты судишь, говоришь, что такой-то Вася Пупкин — он полный козел и сволочь, и все, ты ему не даешь возможности раскаяться, измениться. Но когда ты говоришь, что Вася Пупкин поступил в данный момент как козел и сволочь, — ты ему даешь возможность исправиться. Поэтому осуждать какие-то действия, поступки нашего правительства, того или иного чиновника, богатого, нищего — неважно, я имею право полное, потому что я живу в социуме. И мои поступки каждый вправе обсуждать и осуждать. И я это терплю.
По поводу богатых. Написано, что богатый не войдет в царство небесное как верблюд в угольное ушко. Не знаю. Есть капитал, нечестно нажитый в нашей стране. Но я знаю много богатых людей, которые очень серьезно пересматривают свои позиции, как вот Ходорковский, например, пересмотрел полностью взгляды. И мне кажется, какое-то раскаяние у него произошло, он совершенно стал по-другому ко всему относиться, в том числе к богатству. Я об этом подумаю, это очень серьезный вопрос. Может, я не так внимательно им занимался, но у меня есть строчка в «Солнечном свете» — на концерте вы ее услышите: «При коммунизме человек теряет личность, батальонам она не нужна». То есть коммунизм — это то, где человек служит этой идеологии. А капитализм — это та же самая идеология, где человек становится вещью, а на каждую вещь есть воры. Капитализм — это рынок, где все покупается и все продается. И вот это богатство где-то помогает, а где-то мешает жить. Может, мера какая-то должна быть.
Я, к сожалению, не ответил точно на ваш вопрос, но вопрос очень хороший. Я хотел бы, чтобы все хорошо жили. Будьте здоровы, живите богато. В России хватит средств и сил, чтобы люди были богатыми. Но наше отношение к богатству — вот где собака зарыта. В чем оно? И какое все-таки богатство во главе угла? Может, больше духовное богатство, нежели материальное. И, вспоминая Советский союз, каждая книга ведь была на вес золота — читали, передавали… Цветаеву я получил на ночь — читал и выучил наизусть полкниги. Или Оруэлл «1984» — вот было богатство, и люди очень интересно жили, богато духовно. А жрать было нечего, да. Я помню, в Уфе, я работал в Худграфе, каждый обед во двор привозили кости, кости — объедки из ресторанов, куда простые люди, конечно, не могли пойти. И вот эти кости продавались по рубль двадцать. В 4 часа утра я шел учиться живописи — бабки уже сидели в подъезде нашего института и забивали очередь, писали на руках номера. И когда въезжал этот фургон зеленый с этими костями — что мы только там не видели, какие драки, какой мордобой. Это тоже Советский Союз, об этом мало сейчас кто говорит.

Поделиться

Поделиться

Алексей К.:
Чем именно задел Вас тот факт, что журнал Forbes включил Вас в список знаменитостей?

Ответ:
Ну, это провокация, конечно, дураки какие-то. Может, долги мои посчитали. Или у них там что-то случилось, перемкнуло что-то в голове. А может, они накаркают, и я стану миллионером. (Смеется.) Мне есть кому помочь, друзья мои. За этот лимон я бы еще пару программ таких соорудил, что Pink Floyd бы точно уже покурил.

Поделиться

Поделиться

Татьяна Бекетова:
Будет ли принимать Юрий участие в протестном марше 6 мая?

Ответ:
Я присмотрюсь к этому движению, потому что здесь тоже надо что-то делать уже. Просто ходить орать «Долой» уже надоело всем. Надо какие-то концепции вырабатывать. Я не могу раскрыть свои источники, но на Старой площади после вот этих митингов и демонстраций мне многие люди, которым я доверяю, говорили, что правительство заседало круглыми сутками, вообще не спали. Это так их напугало, до смерти. И там обсуждались проекты ввода войск, МВД, вплоть до того, что предлагалось ввести комендантский час. Опять же страх — о чем мы говорили. Ну, к сожалению, наша оппозиция тактически проиграла, потому что не было конкретных точных лозунгов. Надо было просто какой-то конкретный один лозунг иметь, допустим, отменить диктатуру политической цензуры на всех каналах. Надо было с чего-то одного начинать. А то было как-то во многом наивно. Какие сейчас будут лозунги — не знаю. Если эти лозунги сойдутся с моими мыслями, тогда да, а если нет — то нет. Я свободный человек и будут так поступать, в соответствии со своей совестью.

Поделиться

Поделиться

Никита:
Юра, что же будет с Родиной и с нами?

Ответ:
Хорошо все будет. Если мы будем соответствовать нашей Родине, соответствовать ее объему. Наши личности должны соответствовать просторам нашей страны. Желаю всем добра.

Поделиться

Поделиться

Анна Богданова:
Уважаемые посетители НГС! Онлайн-конференция завершена. Спасибо за внимание.

Поделиться

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter