«Это про любовь». В Новосибирске поставили странный спектакль, где до конца непонятно, кто актер, а кто зритель

Новосибирский «Первый театр» завершил театральный сезон новой и, пожалуй, самой необычной постановкой из всех своих спектаклей. Экспериментальный спектакль назывался «И». Просто — и. Зрители в этом действии находились в едином пространстве с актерами: как говорится, вперемешку. За одним столом. На премьере побывал корреспондент НГС Илья Калинин.

«Первый театр» завершил свой 14-й театральный сезон, наверное, самой парадоксальной и необычной постановкой — «И». Да, спектакль называется всего одной буквой. Без всяких ремарок, пояснений и даже многоточий. Ведь в наше время и многоточие порой может нести в себе определенную опасность.

Всё, что вы представляли о театральном эксперименте, можете смело выкинуть из головы: здесь всё равно всё окажется не так. «Первый театр» снова удивил. В этом эксперименте актеры не только «перемешаны» со зрителями, но тут до самого конца непонятно, кто актер, а кто такой же, как и ты — гость с улицы. (Конечно, это не сработает, если ты знаешь в лицо всех участников «Первого театра».)

Надо понять сразу: «И» — это не спектакль в привычном значении этого слова. Здесь нет какого-то четко обозначенного сюжета, понятных героев, стройных диалогов. Здесь, если можно так выразиться, всё действие построено на эмоциях, метафорах, полутонах. Зритель наверняка догадывается, что это — некий ребус, который надо обязательно разгадать (в конце концов, не зря же потрачены деньги на билет!), а не какое-то случайное нагромождение непонятных абстракций.

— На самом деле, если вам где-то показалось, что это абстрактное, непонятное, то это не так. Мы точно знаем всё: каждую минуту в спектакле — о чём это, зачем это, для чего и что зритель должен из этого вынести. Вначале у нас тоже были такие вопросы, но потом режиссер просто сел и рассказал полностью всё: от самого начала до самого конца. И мы увидели, что у него есть абсолютно точное понимание, что это, зачем, для чего, и мы это тоже поняли, — рассказал ведущий актер театра Сергей Троицкий.

Троицкий вызвался прокомментировать премьеру вместо более ожидаемого в подобной ситуации режиссера — Дмитрия Гомзякова, который выдерживал личный обет молчания. И Троицкий неплохо с этим справлялся…

Смотрели старый фантастический фильм-притчу Андрея Тарковского «Сталкер» по мотивам повести братьев Стругацких «Пикник на обочине»? Здесь — в «И» — в какой-то момент ты начинаешь ощущать себя одним из героев фильма Тарковского, которые движутся по загадочной Зоне вслед за проводником, кидающим перед собой гайки.

— Есть определенная схема пути, через которую мы помогаем зрителям пройти. Как некие такие сталкеры. Мы их просто ведем за собой. А как мы пройдем этот путь, мы заранее об этом не знаем, мы знаем только сам путь, — объяснил Сергей Троицкий.

Что же вообще видит зритель, попадающий в пространство спектакля «И»? Круглый стол, за который можно садиться как снаружи круга, так и внутри. Чайники и чайные чашки с засохшими следами чая и крошками на блюдцах, словно оставшихся после безумного чаепития из сказки Льюиса Кэрролла. Всё это в полумраке со светящимся круглым экраном на потолке в центре всего пространства. И на экране крутится буква И, которую в этом круговом движении можно случайно принять и за Z...

Зрители рассаживаются за стол вместе с актерами в произвольном порядке, а потом какое-то время все сидят и рассматривают своих соседей, пытаясь понять, кто перед тобой: артист или такой же гость, как и ты.

В какой-то момент из пустоты начинают доноситься обрывки мыслей, которые крутятся в это время в головах почти каждого: «Что она так на меня смотрит?», «Когда же всё начнется!», «Какой симпатичный молодой человек», «И долго мы тут будем так сидеть?» Ты понимаешь, что фразы звучат в микрофоны и даже пытаешься рассмотреть в темноте, кто это из твоих соседей незаметно говорит, но вскоре понимаешь: звук исходит не от сидящих за столом. А еще через какое-то время начинаешь ощущать просто физически, что звук идет из-под стола, где вероятно расставлены специальные колонки.

Какофония фраз постепенно стихает и на тебя начинают накатываться волнами следующие действия. Вот внезапно взрывает тишину трек российского почти запрещенного дуэта IC3PEAK... Потом начинают выстреливать в тишину очереди каких-то коротких диалогов... Протяжный гул, напоминающий летящие и груженные чем-то тяжелым самолеты… В какой-то момент сидящие в разных местах за столом люди начинают успокаивающие движения руками, в том числе и в твою сторону… Тут тебе кажется, что актеры уже вычислены вот по этой самой активности, но вдруг ты замечаешь, что точно так же себя ведут и явные зрители — те, кто вот никак не относится к театральной труппе. Разные эмоции также волнами захлестывают тебя: удивление, страх, растерянность, любовь...

Уже почти в конце всего действия у каждого в руках оказывается листок с напечатанным фрагментом романа Льва Толстого «Война и мир». Откуда-то появляется мысль, что в этом названии, возможно, главной как раз является одна лишь буква. И это совсем не привидевшаяся в начале всего действия литера Z, а именно — И.

Война.

И.

Мир.

«Зритель должен уйти со спектакля с ощущением любви. Это про любовь», — уверенно заметил в конце беседы с журналистом Сергей Троицкий.

Самыми эмоционально сильными экспериментальными постановками «Первого театра», по мнению НГС, были спектакль «Время ожидания истекло», который «Первый театр» поставил в конце 2018 года и театральный перформанс под открытым небом в красивом, но умирающем месте — Расточка.