Густо и не пусто: 11 лет, 40 тонн вещей в месяц и одна любовь на весь город — история известного благотворительного магазина

В Новосибирске есть место, где вещи помнят ваше детство, а продавцы знают клички ваших кошек и собак. Туда приходят отвлечься от повседневности, поболтать и найти классную винтажную вещь с историей. Речь идет о благотворительном магазине «Густо» — участнике «Народной премии НГС» в номинации «Сделано в Сибири». Корреспондент НГС Алёна Золотухина пообщалась с основательницами необычного секонд-хэнда: Алиса Гринемаер и Анастасия Кравченко рассказали историю чарити-шопа, которая началась 11 лет назад с поношенных кед и 50 тысяч рублей на двоих.

В Новосибирске существует три филиала благотворительного магазина «Густо» — один комфортно расположился в центре города на Депутатской 48, второй поселился на Проспекте Дзержинского 67, а третий принимает гостей в Академгородке на Морском проспекте 24.

За красивыми витринами и низкими ценами — десятки контейнеров для сбора вещей по городу, тысячи тонн вещей, отсортированных вручную, бесплатные выдачи для тех, кому нечего надеть, а стоят за этим две хрупкие девушки, которые случайно нашли друг друга и обнаружили, что горят общей идеей. Тогда, 11 лет назад Анастасия Кравченко и Алиса Гринемаер были юными, неопытными, но упрямыми и целеустремленными. Ими двигал энтузиазм и вера в добро.

Несколько раз девушки находились на волосок от провала, но выживали несмотря ни на что. Годами они не брали зарплату, боялись слова «секонд-хэнд», но сумели вырастить сеть, которая нашла отклик в сердцах новосибирцев. Потому что «Густо» — это не про бизнес, это про любовь.

В 2014 году Анастасия, экономист по образованию, сидела дома в декрете в Академгородке и понимала, что и она сама, и ее маленькая квартира задыхается от накопившихся за годы жизни вещей. Задумав расхламиться, причем не просто так, а с пользой, она занялась поиском точек, куда можно было бы сдать вещи и обнаружила питерский благотворительный магазин «Спасибо».

Принцип чарити-шопа заключается в сборе одежды, обуви и вещей у населения, их сортировке, а потом продаже по низким ценам. Выручка (за вычетом расходов на функционирование) направляется на благотворительные цели. Проникшись идеей социального предпринимательства, Анастасия загорелась создать в нашем городе нечто подобное.

«Я очень сильно захотела, но оценив свои возможности, поняла: одна не потяну», — вспоминает начало истории Анастасия Кравченко.

Примерно в это же время Алиса Гринемаер работала маркетологом и страшно скучала. Ей хотелось перемен. О существовании питерского «Спасибо» девушка знала и мечтала создать такой же проект дома. Алиса принимала участие в гаражных распродажах, но мыслила масштабнее. Будучи командным игроком, она понимала, что для реализации идеи ей нужен напарник. По воле случая, в социальной сети «Вконтакте» она нашла Настю, которая создала группу и публиковала там актуальную информацию по работе ее крошечного центра приема вещей для беженцев в «Доме молодежи».

«Я ехала в маршрутке, когда получила сообщение от Алисы: „Анастасия, добрый день! Мне тоже это очень интересно, давайте встретимся“, — рассказывает Настя. Так первая встреча стала точкой невозврата и обернулась многолетней историей о доброте, теплоте и взаимопомощи.

«Мы сразу сообразили, что у нас одинаковое представление о том, как это должно выглядеть. Не подвал с картонками и женщиной с недовольным лицом, которая ходит за вами по пятам или угрюмо разгадывает в углу сканворд. Мы хотели создать красивое светлое пространство с вежливым персоналом и обязательно с одинаковыми плечиками, чтобы оно выглядело как стильный бутик, с сортировкой вещей по цвету, сезону, туфелька к туфельке», — смеются напарницы.

Первый блин — комом. Анастасия в те годы училась в «Школе социального предпринимательства» и попросила своих одногруппников принести ненужные вещи. Это был своего рода тест.

«Видели бы вы, что нам принесли, — смеется Настя. — Рваные ношеные кеды, одежда в катышках, застиранные футболки, ужас! Главный урок, который мы вынесли — людям нужно объяснять на пальцах, что благотворительность — это не мусорка».

Название магазина родилось спонтанно. Хотелось, чтобы был посыл.

«Чтобы в доме было густо», — улыбается Анастасия.

В переводе с итальянского языка gusto переводится как «вкус». Девушкам понравилось то, что слово вызывает положительные ассоциации и красиво звучит.

Напарницы сразу договорились открываться без кредитных средств — в крайнем случае: занять у друзей. На двоих у них было 50 тысяч рублей. Отыскав помещение в субаренду, девушки приступили к ремонту.

«Мы были так молоды, мне было всего 24 года — дети детьми! Сейчас, оглядываясь назад, я нами восхищаюсь. Я жила тогда на съемной квартире, весь мой заработок — какие-то подработки, потому что я попала под сокращение, мужа у меня не было, никто меня не содержал — то есть все, что мы с Настей тогда вложили в открытие, наше заработанное», — говорит Алиса.

Анастасия же была вся в материнстве и семье, но не отпускала идею, к реализации которой подошла настолько близко. Женщина шутит, что открытие первого магазина символично совпало с ее беременностью и рождением малыша. «Густо» она ласково называет своим ребенком.

«С первого раза мы не открылись, — продолжают рассказывать девушки. — Первое помещение у нас забрали. Обидно, что мы уже начали делать там ремонт, деньги вложили, но не отрывать же гипсокартон со стен».

Наконец, молодым предпринимательницам улыбнулась удача. Первый магазин открылся в 2015 году в ТЦ «Москва». Название было на английском языке: GUSTO — англицизмы тогда были в моде. Слово секонд-хэнд Настя и Алиса намеренно не использовали: формат в те годы воспринимался отрицательно. Побоявшись, что клиенты не станут приходить, напарницы пошли на маленькую хитрость, взяв в обиход сочетание чарити-шоп. Прием сработал. Любопытство взяло вверх, и народ потянулся.

Посетителям Алиса и Анастасия старались донести то, что покупать и носить бывшие в употреблении вещи — это не стыдно, а нормально, что вырученные средства идут на благотворительность. Оформление в едином стиле шло на руку — люди видели порядок, эстетику и не воспринимали магазин как точку социальной помощи с бесплатной раздачей вещей.

«Кстати, были случаи, когда посетители действительно думали, что раз магазин благотворительный, то и одежду там раздают бесплатно», — рассказывает Алиса.

До сих пор часть гостей магазина так рассуждает, приходится объяснять, что продажа — это не нажива. На деньги от проданных платьев, книжек и кружек они снимают склад, платят зарплату сотрудникам, запускают грузовые фургоны с одеждой по городу, помогают различным фондам — расходы немаленькие.

Когда в ТЦ стало тесно, основательницы «Густо» задумались о собственном помещении. По сложившейся традиции — вложили деньги в ремонт и не открылись: на стенах нового места обнаружилась плесень. Анастасия нашла другое помещение — то самое, хорошо знакомое — на Депутатской 48.

«Когда мы заехали туда, поняли, что придется пахать. Квадраты первое время мы делили с соседями, но постепенно все разъехались и мы остались одни», — объясняет Анастасия.

Чарити-шоп начал принимать посетителей в 2018 году. Сначала в его стенах продавалась одежда, обувь, аксессуары, потом добавилась посуда, появились книги, предметы домашнего интерьера, пластинки и многое другое. Люди приносят в «Густо» свои вещи и они обретают там новую жизнь.

Сегодня «Густо» — это три магазина, сеть боксов по городу, центр сортировки и центр выдачи вещей бесплатно. Ежемесячно через сортировку проходит около 30-40 тонн вещей (почти полторы тонны в день). Сотрудницы вручную просматривают каждый пакет. Распределяют по сезонам, по полу, отсортировывают брак.

«Раньше 60% уходило на благотворительность, 20% — на переработку, — говорит Анастасия. — Сейчас переработка — 50%. Это страшная цифра».

Переработка — это вещи с пятнами, дырами, которые невозможно носить. Смесовые ткани идут на ветошь для заводов (протирать станки, снимать масло). Искусственные материалы, которые ничего не впитывают, — в утиль. Доля настоящего мусора выросла с 1% до 10%.

«С уходом брендов качество резко упало, — объясняет Алиса. — Раньше люди сдавали Zara, H&M, Massimo Dutti, иногда люкс. Сейчас много синтетики с Ozon и Wildberries — носить неприятно, и на переработку её нельзя».

Ещё одна тенденция: люди стали бережливее. Даже те, у кого есть деньги, дольше держат вещи при себе, поэтому качество приёма падает.

Цены в «Густо» ниже рыночных примерно на 50% от новой вещи. Ориентируются на состояние, бренд, сезонность, ткань, посадку. Самое дорогое — шубы (до 6-8 тысяч), винтаж, коллекционная посуда. Самое дешёвое — пуговицы по 10 рублей. Раньше старались ставить ещё ниже, но появилась проблема перекупщиков. Приходят, скупают много — очевидно, не для себя.

«Нам не так приятно, когда вещь уходит на перепродажу, — признаётся Анастасия. — Нам хочется, чтобы человек был счастлив. Нашёл тарелочку и каждый день кладёт на неё круассан на завтрак. Радуется, выкладывает в соцсети».

В магазин гости приходят за атмосферой, за общением. Продавцы знают постоянных покупателей по именам, интересуются как у них дела. Еще во время пандемии появилось правило — никаких тревожных новостей, только позитив, добро и улыбки. Приятная фоновая музыка и теплый цвет стен.

«Мы хотим, чтобы человек зашёл и забыл, что происходит снаружи. Чтобы это была медитация — переходить от вешалки к вешалке, перебирать книжки, рассматривать фарфор», — объясняют Алиса и Настя.

Сотрудники привносят что-то своё. Одна девушка обожает винтажные украшения из серебра — теперь в одном из магазинов есть отдельный стенд, она чистит, оценивает, выкладывает. Другая любит посуду — делает красивые композиции, смотрит клейма. Кто-то — за порядок, кто-то — за креативные витрины.

«Порядок — это наше всё, — смеётся Анастасия. — Но и душу каждый вкладывает. Поэтому у нас так получается».

Средняя выручка по трём магазинам — около 3 миллионов рублей в месяц. Это не прибыль, а оборот, из которого вычитается аренда (на Депутатской — 160 тысяч плюс коммуналка, которая растёт с «ужасающей прогрессией»), налоги (они вышли на НДС), зарплаты 25-30 сотрудникам, логистика, расходы на склад и центр выдачи.

«Первые два года мы вообще не брали ничего для себя, — вспоминает Анастасия. — Потом Алиса брала 10 тысяч — чисто на проезд и еду».

С 2019 года девушки стали потихоньку брать зарплату. Примерно с 2023 года Анастасия выдохнула и перестала смотреть выручку каждый день, в 2024-м — окончательно. Поняла, что может уехать в отпуск и не бояться, что всё рухнет. Но 2026 год оказался тяжёлым. Худший январь и февраль за несколько лет.

«Мы работаем в ноль, — говорит Анастасия. — Делаем кассовые разрывы. Продаём рабочий грузовой фургон, который был на балансе фирмы, чтобы покрыть долги по налогам».

Накопленная подушка безопасности исчерпана. Инфляция съела конкурентность зарплат продавцов — их пришлось поднимать, а вместе с ними выросли налоги.

«Раньше мы каждый месяц переводили деньги в фонд „Защити жизнь“, — говорит Алиса. — Сейчас не можем. Сейчас нам самим нужна помощь».

При всех текущих сложностях, предпринимательницы верны своей идее, и как бы трудно не было — закрываться не намерены. Обе понимают, насколько значим их проект для горожан — и попадание в топовый список тому подтверждение.

Пачка мыла — уже помощь: две подруги, мама в декрете и жена дьякона дают вторую жизнь ненужным вещам — и выручают десятки людей.

«Я выбрала правильную дорогу»: сибирячка закрыла модный салон и отказалась от денежной работы, чтобы учить детей.

«Сложно проживать это всё»: сибиряк продал бизнес и вложился в социальный блог — видеоистория, полная помощи людям.

Все материалы, связанные с премией, НГС публикует в отдельном сюжете. Проект «Народная премия» проходит при поддержке компании «Контур».