10 декабря вторник
СЕЙЧАС -6°С

Дом тысячи страниц: 4 новосибирца показали семейные библиотеки

Они спасали их от войны, переезжали с ними из страны в страну и готовы покупать для них квартиры

Поделиться

Хотя бумажные книги всё чаще заменяются электронными, отказываться от своих библиотек их владельцы не готовы

Хотя бумажные книги всё чаще заменяются электронными, отказываться от своих библиотек их владельцы не готовы

По мировому интернету прокатилась волна возмущения: мастер организации пространства и писательница Мари Кондо порекомендовала тщательно проредить свою библиотеку, оставив в ней только самые важные книги — штук 30, а лучше меньше. Надо сказать, что в современных интерьерах всё реже попадаются выделенные места для книг, а сами они всё чаще сжимаются до формата pdf или fb2 и поселяются в гаджетах. Корреспондент НГС нашла новосибирцев, которые осознанно не отказываются от бумажных книг, — они показали свои сокровища и рассказали, как книги заняли так много места в их квартирах и жизнях.

«Четырёхкомнатную квартиру мы купили, чтобы разместить библиотеку»

Для рабочей литературы Андрей Поздняков в буквальном смысле выделил комнату

Для рабочей литературы Андрей Поздняков в буквальном смысле выделил комнату

В домашней библиотеке новосибирца Андрея Позднякова порядка 7 тысяч книг, но это навскидку, уточняет он. Основу ей, признался книговладелец, заложил его отец, Борис Поздняков, у которого коллекция в какой-то момент переваливала за 10 тысяч томов.

— Сколько себя помню, мы всю жизнь жили в окружении книг и всю жизнь читали. Это не было обязанностью, мы просто читали, — вспоминает он. — Мы жили в трёхкомнатной квартире, во всех комнатах были стеллажи.

Сейчас его библиотека насчитывает порядка 7 тысяч книг

Сейчас его библиотека насчитывает порядка 7 тысяч книг

Семья Андрея Позднякова сейчас живёт в четырёхкомнатной «сталинке», и он шутит, что купил её именно для того, чтобы разместить все книги. Впрочем, шуткой это можно назвать лишь отчасти: как минимум в одной комнате — кабинете — кажется, что человек тут вторичен. Стеллажи здесь занимают всё пространство стен, книги не только стоят на полках, но и тут и там лежат стопками.

— Жена очень долго сопротивлялась, говорила, что в гостиной книг не будет. В конце концов самый большой книжный шкаф именно здесь, — смеётся Андрей. — Мы живём здесь 4 года, и за 4 года дошли уже до предела, увы. Но площадь есть ещё.

В гостиной книг не предполагалось вообще, но сейчас они уже не вмещаются в стеллаж и здесь

В гостиной книг не предполагалось вообще, но сейчас они уже не вмещаются в стеллаж и здесь

Часть книг когда-то принадлежала Борису Григорьевичу: когда семья переезжала в Новосибирск из Павлодара, тысячи томов разделили на три части — одна осталась у первоначального владельца, две поделили между собой его дети, Андрей и Ирина.

Библиотека формировалась во время дефицита, и книги приходилось буквально добывать.

— Мы с отцом ездили по воскресеньям на так называемые книгообмены. По сути, это был теневой рынок, но официально считалось, что там люди меняются. Были какие-то знакомства с товароведами в книжных магазинах, вытаскивания, обмены, обмены по посылкам. Всё это наложилось на дефицит бумаги: тогда появились «макулатурные» издания — когда ты сдаёшь сколько-то килограммов макулатуры, тебе дают талончик, и ты за государственную цену 1 рубль 27 копеек покупаешь что-то, что просто так ты никогда в жизни не купишь.

Для своей дочери Андрей находит редкие книги, которые сам читал в детстве

Для своей дочери Андрей находит редкие книги, которые сам читал в детстве

При этом самиздата в доме не было, говорит Поздняков. Хотя вовсе не потому, что семья чего-то боялась. Даже наоборот: Андрей одним из сформировавших его людей называет диссидента Наума Шафера, который отсидел в Павлодаре как раз за самиздат.

— Отец очень активно общался с Шафером, потому что это был столичный человек, настоящий профессор. Это было сумасшедшей дерзостью, отца гоняли на всякие парткомы, спрашивали, какого хрена он общается с этой сволочью недобитой, а отец к нему ходил с огромным магнитофоном, переписывал романсы в исполнении хора казаков, эмигрировавших во Францию, — это до сих пор самые умопомрачительные записи в его фонотеке.

Поздняков говорит, что его дочь сама выбирает книги для чтения и радуется им больше, чем игрушкам

Поздняков говорит, что его дочь сама выбирает книги для чтения и радуется им больше, чем игрушкам

У пятилетней дочери Андрея уже есть собственная полка — и на неё входит далеко не всё, признаётся он. В основном здесь то, что супруги Поздняковы читали в детстве сами: например, повести и рассказы забытого сегодня Виктора Голявкина. Эту книгу издания 1979 года — точно такую же, какая была в детстве у самого Андрея и его сестры Ирины, — искали через букинистов, «Авито» и «Алиб» и в итоге нашли даже в хорошем состоянии.

— Все букинисты — мои друзья. Я букинистические книжки страшно люблю, потому что они совсем по-другому сделаны. Качество бумаги сейчас лучше, но из книжек куда-то душа исчезла.

«Я два месяца ходила по колено в книгах»

Библиотека Ирины Поздняковой сформировалась из её увлечений фантастикой, детскими книгами и восточной литературой 

Библиотека Ирины Поздняковой сформировалась из её увлечений фантастикой, детскими книгами и восточной литературой 

Сестра Андрея Позднякова Ирина приняла фантастическую и детскую части отцовской библиотеки.

— Фантастика — это моё увлечение, я её много читаю, у меня она и в электронке есть. А детская — из-за иллюстраций, — поясняет она. — В наше время фантастику переводить особо не умеют, и я очень ценю эти древние, доперестроечные издания. Они, может, выглядят страшненько, на нехорошей бумаге, зато переводчики — это очень важно. Бывает, что и в интернете такого не найти.

В стеллаже книги установлены даже не в два, а в три ряда

В стеллаже книги установлены даже не в два, а в три ряда

Сколько томов хранится в занимающем полностью одну стену гостиной стеллаже, Ирина сказать затрудняется: тут на некоторых полках книги стоят даже не в два, а в три ряда, да и в три они уже не помещаются.

Со своей коллекцией она переезжала несколько раз: сначала было университетское общежитие, потом съёмные квартиры и, наконец, в своё жильё.

Одно из самых ценных для хозяйки изданий — избранные сказки «1001 ночи» с иллюстрациями Эдмунда Дюлака

Одно из самых ценных для хозяйки изданий — избранные сказки «1001 ночи» с иллюстрациями Эдмунда Дюлака

— Когда мы привезли книги из Павлодара, они были связками по колено увязаны, их ко мне просто перекидали. У меня полквартиры было заставлено: когда они в шкафу, кажется, что их не так много, а попробуйте их перевезти. Получилось так, что я без выходных работала, времени не было книжки хотя бы разобрать, и я ходила месяца два по колено в книгах.

Формировать собственную библиотеку Ирина начала ещё до переезда книг отца. Одно из первых приобретений — академическое издание «1001 ночи», купленное по подписке: с комментариями составителей и иллюстрациями, копирующими арабские оригиналы. Ещё одна книга, уже избранных сказок «1001 ночи», появилась позже — из-за иллюстраций Эдмунда Дюлака, который мало издавался в России.

За четырёхтомник сказок из серии «Ветер в ивах» когда-то просили половину зарплаты, вспоминает Ирина

За четырёхтомник сказок из серии «Ветер в ивах» когда-то просили половину зарплаты, вспоминает Ирина

— Бывает, что я долго за чем-то охочусь, жду, когда появится. Через интернет я покупала истории про Тома Сойера и Гекльберри Финна с раскрашенными гравюрами — издание самого художника Германа Мазурина.

Самой ценной книгой в своей библиотеке Ирина называет издание Библии с гравюрами Гюстава Доре. То, что оно, возможно, не такое красочное, женщину не смущает: глупо раскрашивать гравюры, которые и без красок наполнены светом.

«Книги нужны для того, чтобы не забывать, что мы не всё можем контролировать»

По словам Ольги Ечевской, книги в библиотеке сложно контролировать 

По словам Ольги Ечевской, книги в библиотеке сложно контролировать 

Часть библиотеки социолога Ольги Ечевской тоже унаследованная: серийные издания достались ей от деда, который жил в Грозном.

— Он был машинистом тепловоза — не из науки, не из литературы, но он любил книги. Он мог в долги влезть, помнил контекст покупки каждой книжки, во что он был одет, когда покупал, — рассказала она. — Первую войну (военную кампанию в Чечне в 1994–1996 годах. — Прим. ред.) книги пересидели, в середине второй (боевые действия начались в 1999 году. — Прим. ред.) их стали перевозить, и библиотека разделилась. Процентов 80 уехало в Новосибирск, мы с папой примерно пополам поделили книжки по интересам, ещё 20 — к родне в Подмосковье.

Серийные издания покупал дед Ольги — эту часть библиотеки спасали от войны в Чечне

Серийные издания покупал дед Ольги — эту часть библиотеки спасали от войны в Чечне

Сейчас на стеллажах Ольги — порядка полутора тысяч книг. Первые, купленные ей самой, были «условно случайными»: она, например, вспоминает, как они с братом в подарок родителям покупали иллюстрированную книгу про Самарканд, потому что, во-первых, «книга — лучший подарок», во-вторых, она красивая.

— Потом я начала собирать какие-то книжки для школы, а потом уже всё началось всерьёз, когда я чуть ли не Кьеркегора купила, это было лет в 15. Меня тянуло в какую-то книжную муть, — смеётся она. — Помню, встретила какую-то немку в Академгородке. Сижу, читаю на скамеечке, листья падают, осень, романтика. Она подошла то ли зажигалку попросить, то ли что-то такое. «А что читаешь?». А у меня Борхерт открыт, какая-то хтонь про послевоенные годы в Германии.

Книги издательства «Элементарные формы» — с идеальными отступами, шрифтом, бумагой и обложками — Ольга называет в числе самых ценных

Книги издательства «Элементарные формы» — с идеальными отступами, шрифтом, бумагой и обложками — Ольга называет в числе самых ценных

Постепенно библиотека наполнилась современной классикой и профессиональной литературой, которая частично мигрировала в рабочий кабинет. Стеллажи «разбрелись» по комнатам. Один из них вообще планировался одёжным, замечает Ечевская, но не вышло.

Среди самых ценных — книги издательства «Элементарные формы», которые Ольга считает идеальными и признаётся, что будет собирать, сколько бы их ни вышло. Появились и каталоги художников: книгу с работами французского графика Бернара Бюффе она называет в числе тех, которые вряд ли когда-то позволит вынести из своего дома.

Ольга мечтает сделать для библиотеки что-то вроде каталога, потому что книги часто где-то «ходят»: их берут почитать и не возвращают, а какие-то, наоборот, появляются на полках, но никто не помнит, чьи они. Часть книг, предполагает она, переедет, когда родители закончат строить дом. Сейчас же библиотека, по словам хозяйки, находится на грани порядка и хаоса.

Какое-то время Ольга помечала книги собственным экслибрисом с тигром, но знакомые неохотно брали почитать «украденное»

Какое-то время Ольга помечала книги собственным экслибрисом с тигром, но знакомые неохотно брали почитать «украденное»

— Пока книги как волосы на голове: они нужны нам для того, чтобы мы не забывали, что не всё можем контролировать. Когда я чувствую, что они начинают выпирать из отведённого для них пространства, я понимаю, что надо проредить. Есть полка, которая не читается, — это первые кандидаты на буккроссинг.

При этом отказываться от бумажных книг Ольга Ечевская не намерена.

— Я из тех, кто читать любит в бумаге. Люблю шуршать. Мне кажется, это скорее про стиль жизни, чем про потребление информации. Здесь можно взаимодействовать вживую, и воображение работает совсем по-другому. Даже просто жить среди книг и время от времени что-то выдёргивать и почитывать — это прокачивает какие-то навыки, которые больше никак не прокачаешь.

«Надо завязывать с покупкой и читать»

За 3 года Мария Кравцова собрала целый стеллаж собственной библиотеки с нуля

За 3 года Мария Кравцова собрала целый стеллаж собственной библиотеки с нуля

Домашняя библиотека Марии Кравцовой относительно молодая: собирать её девушка начала около трёх лет назад, но уже сегодня объём переваливает за сотню томов — и ещё от такого же количества книг она успела избавиться. При этом из родного Улан-Удэ, где Мария выросла, с ней в Новосибирск почти ничего не переехало: формировать библиотеку её хозяйка начала гораздо позже, когда после института стала работать в книжном магазине.

Некоторые книги просто невозможно пропустить, говорит она, — в том числе из-за иллюстраций

Некоторые книги просто невозможно пропустить, говорит она, — в том числе из-за иллюстраций

Страсть Марии и её супруга — фантастика и фэнтези. Например, «Властелин колец» в доме существует в двух разных изданиях, потому что в семье каждый привык к определённому переводу. То же затем произошло и с книгами Стивена Кинга. Один из романов последнего в библиотеке есть в уникальном бракованном издании — без пропечатанного на обложке имени автора. Книгу хотели вернуть издателю, но Мария её «поймала».

Прекрасно иллюстрированное издание досталось девушке примерно в 5 раз дешевле рыночной цены

Прекрасно иллюстрированное издание досталось девушке примерно в 5 раз дешевле рыночной цены

Среди находок и гордостей — так же с трудом, но добытый через несколько лет после издания «Мир Ведьмака» и доставшийся буквально за 200 рублей прекрасно иллюстрированный пересказ «Дракулы» в подарочном издании.

Но Мария признаётся, что сейчас старается выйти за рамки жанров: на полках начинают появляться детские книги, современная проза, популярная психология, «научпоп». Для непрочитанных книг существуют отдельные места: у самой Марии — на столе, у мужа — стопка на тумбочке.

Для ещё не прочитанных книг есть отдельные стопки — потом они перекочуют к остальным на стеллаж

Для ещё не прочитанных книг есть отдельные стопки — потом они перекочуют к остальным на стеллаж

— Мне комфортно, когда у меня дома есть 10–15 книг, которые я не читала, разной направленности, чтобы когда я задумалась, а что бы почитать, у меня был не один вариант, который я не хочу, — объяснила девушка.

Сейчас книги в небольшой «однёшке» ютятся на двух стеллажах, но жильё им семья планирует расширить — это, подчёркивает Мария, даже не обсуждается. При этом прятать книги во второй ряд она точно не будет: нужно видеть, что ты можешь взять и прочитать сейчас.

Мария легко расстаётся с непонравившимися книгами, но их место почти сразу занимают новые

Мария легко расстаётся с непонравившимися книгами, но их место почти сразу занимают новые

Принцип минимализма Мария в чём-то поддерживает: по её мнению, не стоит хранить книги ради книг.

— Некоторые накапливают их в количественном обороте, а подходишь: эту книгу не читал, эту прочёл наполовину и забыл, эту прочитал — ну, на троечку, больше читать не буду. Если книга не понравилась, она встаёт в библиотеке мёртвым грузом. Её можно унести на буккроссинг, можно продать за символическую цену, спросить по друзьям — читатель найдётся. Не надо превращать библиотеку в мёртвую.

Подписывайтесь на наш Twitter и читайте главные новости Новосибирска всего в 280 символах (на самом деле мы укладываемся в 140). 

Лиза Пичугина
Фото Александра Ощепкова 

оцените материал

  • ЛАЙК 0
  • СМЕХ 0
  • УДИВЛЕНИЕ 0
  • ГНЕВ 0
  • ПЕЧАЛЬ 0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Фото пользователя
6 фев 2019 в 21:35

Библиотека в доме-это путь к спасению от хамства,жлобства,бескультурия к многогранному развитию личности в проекции доброты,любви ,культуры,порядочности,к душе как у ангела.Что касается электронных книг-не понимаю да и глаза не осилят это.

6 фев 2019 в 21:18

Всю жизнь покупаю книги,кроме последних лет,одна комната в квартире отдана под книги,сейчас читаю электронные,т.к. и дорого и места нет для них.В месяц прочитываю примерно 10-15 книг,конечно,разных по обьёму страниц.Не мыслю жизни без чтения.

Фото пользователя
6 фев 2019 в 21:50

Я, наверно, очень старый.....
Но я бы постеснялся поставить на видноп место на книжной полке "книги" с названиями "Вагина" и "Секс".
Я бы не стал хвастаться такими "шедеврами" в своей библиотеке.