14 ноября четверг
СЕЙЧАС -15°С

Расточка: ограблянто ун моменто (фоторепортаж)

Прогулка по самому загадочному району Новосибирска с темным прошлым — его архитектура напоминает Флоренцию, но по вечерам здесь лучше не ходить

Поделиться

За удивительно уютным когда-то районом под названием Расточка с 90-х годов плотно закрепилась слава криминального района. В последние годы здесь произошло несколько громких преступлений. Две недели назад пьяный мужчина задушил 6-летнего Захара Черникова, в ноябре 2013 года «банда» расточинских мамочек обокрала гипермаркет «Ашан». В 2011 году в этом районе от рук отца-наркомана погибла 2-летняя Ева Глотова. В то же время эксперты говорят о самобытности архитектуры Расточки.

За удивительно уютным когда-то районом под названием Расточка с 90-х годов плотно закрепилась слава криминального района. В последние годы здесь произошло несколько громких преступлений. Две недели назад пьяный мужчина задушил 6-летнего Захара Черникова, в ноябре 2013 года «банда» расточинских мамочек обокрала гипермаркет «Ашан». В 2011 году в этом районе от рук отца-наркомана погибла 2-летняя Ева Глотова. В то же время эксперты говорят о самобытности архитектуры Расточки.

Своим появлением, названием и развитием этот район, раскинувшийся от площади Сибиряков-Гвардейцев до пересечения ул. Мира и Ватутина и замкнутый в пространстве ул. Бетонная и Бурденко, обязан заводу, который сейчас называется «Тяжстанкогидропресс». В 1939 году, когда он только появился, он назывался «Завод расточных станков». Вид района сформировался в конце 40-х – начале 50-х годов прошлого века. Проект застройки разработал архитектор В.Майков.

Своим появлением, названием и развитием этот район, раскинувшийся от площади Сибиряков-Гвардейцев до пересечения ул. Мира и Ватутина и замкнутый в пространстве ул. Бетонная и Бурденко, обязан заводу, который сейчас называется «Тяжстанкогидропресс». В 1939 году, когда он только появился, он назывался «Завод расточных станков». Вид района сформировался в конце 40-х – начале 50-х годов прошлого века. Проект застройки разработал архитектор В.Майков.

В книге «Новосибирск: история градостроительства 1945–1985 гг.» архитектор Сергей Баландин писал о Расточке: «По характеру стиля архитектура приближалась (но сдержанно) к флорентийскому ренессансу». Схожесть с итальянским стилем району придавали, как писал Баландин, «устройство по торцам домов перекрытых террас, открытых карнизов со значительным выносом, силуэтная пластика зданий и ее формообразующее богатство».

В книге «Новосибирск: история градостроительства 1945–1985 гг.» архитектор Сергей Баландин писал о Расточке: «По характеру стиля архитектура приближалась (но сдержанно) к флорентийскому ренессансу». Схожесть с итальянским стилем району придавали, как писал Баландин, «устройство по торцам домов перекрытых террас, открытых карнизов со значительным выносом, силуэтная пластика зданий и ее формообразующее богатство».

«Скромные арочные обрамления ряда оконных проемов, лучковые перемычки и капители столбов у террас придавали зданиям достаточную тектоническую выразительность. Почти все здания соединялись между собой стенами — ограждениями квартала с устроенными в них арочными или портальными проездами и пешеходными проходами. Это обеспечивало застройке некоторую замкнутость, «глухость» уличной композиции, визуальную скрытность внутриквартальных пространств», — объяснял архитектор С.Баландин.

«Скромные арочные обрамления ряда оконных проемов, лучковые перемычки и капители столбов у террас придавали зданиям достаточную тектоническую выразительность. Почти все здания соединялись между собой стенами — ограждениями квартала с устроенными в них арочными или портальными проездами и пешеходными проходами. Это обеспечивало застройке некоторую замкнутость, «глухость» уличной композиции, визуальную скрытность внутриквартальных пространств», — объяснял архитектор С.Баландин.

В этой «маленькой Италии» живут четверо настоящих итальянцев. Они — монахи Крестовоздвиженской обители францисканцев. Небольшой католический храм называется Приход Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии. Его построили в начале 80-х годов прошлого века немцы, компактно проживавшие на Расточке. Первый настоятель прихода Иосиф Свидницкий был арестован в декабре 1984 года за распространение религиозной литературы и получил 3 года тюрьмы. Освобожден он был в 1986 году, в пору перестройки, и сейчас живет на Украине.

В этой «маленькой Италии» живут четверо настоящих итальянцев. Они — монахи Крестовоздвиженской обители францисканцев. Небольшой католический храм называется Приход Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии. Его построили в начале 80-х годов прошлого века немцы, компактно проживавшие на Расточке. Первый настоятель прихода Иосиф Свидницкий был арестован в декабре 1984 года за распространение религиозной литературы и получил 3 года тюрьмы. Освобожден он был в 1986 году, в пору перестройки, и сейчас живет на Украине.

Сейчас работой прихода руководит отец Коррадо. Он родом с севера Италии, но сходства родной страны и Расточки не замечал. Кроме обители монахов и прихода францисканцы руководят воскресной школой. Туда, как признался отец Коррадо, ходят разные ребятишки, в том числе и дети мигрантов, которых сотрудники школы учат русскому языку.

Сейчас работой прихода руководит отец Коррадо. Он родом с севера Италии, но сходства родной страны и Расточки не замечал. Кроме обители монахов и прихода францисканцы руководят воскресной школой. Туда, как признался отец Коррадо, ходят разные ребятишки, в том числе и дети мигрантов, которых сотрудники школы учат русскому языку.

Мигранты на Расточке давно стали частью пейзажа. Они ремонтируют дворы, продают овощи-фрукты в небольших уличных палатках, торгуют на рынке, убирают мусор. Здесь же живут, добавляя «флорентийскому» стилю свой восточный колорит.

Мигранты на Расточке давно стали частью пейзажа. Они ремонтируют дворы, продают овощи-фрукты в небольших уличных палатках, торгуют на рынке, убирают мусор. Здесь же живут, добавляя «флорентийскому» стилю свой восточный колорит.

Расточка — это как будто уголок СССР, случайно оставшийся не тронутым временем. Если с улиц убрать иностранные машины, то район превратится в живые декорации для фильмов о 40-х или 60-х, или 80-х годах прошлого века. Не нарушает духа старых времен реклама, которой почти нет на улицах. Названия учреждений лаконичны: магазин «Продукты», просто «Парикмахерская», а не какой-нибудь «Салон…», просто «Аптека», кафе «Погребок». Иностранных названий мы не встретили совсем.

Расточка — это как будто уголок СССР, случайно оставшийся не тронутым временем. Если с улиц убрать иностранные машины, то район превратится в живые декорации для фильмов о 40-х или 60-х, или 80-х годах прошлого века. Не нарушает духа старых времен реклама, которой почти нет на улицах. Названия учреждений лаконичны: магазин «Продукты», просто «Парикмахерская», а не какой-нибудь «Салон…», просто «Аптека», кафе «Погребок». Иностранных названий мы не встретили совсем.

«Большую часть домов здесь построили пленные немцы после войны, — рассказывает Виктор Дмитриевич, который прожил здесь более 60 лет, строил здесь завод «хозспособом» (без привлечения застройщиков, своими силами и часто из подручных материалов) начиная с войны и до 80-х годов. — Район этот рабочий. Раньше на заводе работало больше 13 тыс. человек. А сейчас смотрю утром — на смену почти никто не идет».

«Большую часть домов здесь построили пленные немцы после войны, — рассказывает Виктор Дмитриевич, который прожил здесь более 60 лет, строил здесь завод «хозспособом» (без привлечения застройщиков, своими силами и часто из подручных материалов) начиная с войны и до 80-х годов. — Район этот рабочий. Раньше на заводе работало больше 13 тыс. человек. А сейчас смотрю утром — на смену почти никто не идет».

Скромное обаяние Расточки время не разрушило. В любом дворе без проблем можно припарковать машину. На небольшой район — 5 детсадов. Остатки советского уличного декоративного искусства выглядят как памятники ушедшей эпохи. Их, кажется, и трогать опасно, потому что от прикосновения они могут исчезнуть навсегда.

Скромное обаяние Расточки время не разрушило. В любом дворе без проблем можно припарковать машину. На небольшой район — 5 детсадов. Остатки советского уличного декоративного искусства выглядят как памятники ушедшей эпохи. Их, кажется, и трогать опасно, потому что от прикосновения они могут исчезнуть навсегда.

Отдельного упоминания заслуживают местные трамваи. Рельсовые пути на Расточке, конечно, в ужасном состоянии, и стоит на них выехать машине, как тут же поднимается столб пыли, но частота, с которой по ним ездят трамваи, удивила. В 5 часов вечера едва ли не каждые 5 минут по ул. Мира мчится либо 10-й, либо 15-й.

Отдельного упоминания заслуживают местные трамваи. Рельсовые пути на Расточке, конечно, в ужасном состоянии, и стоит на них выехать машине, как тут же поднимается столб пыли, но частота, с которой по ним ездят трамваи, удивила. В 5 часов вечера едва ли не каждые 5 минут по ул. Мира мчится либо 10-й, либо 15-й.

«Криминала здесь было много в 90-х. Сейчас гораздо меньше, — рассказывает Ольга, которая вернулась на Расточку после нескольких лет жизни в другом районе. — Были и «ленинские» бандиты, которым платили все на рынке, здесь круглосуточно торговали водкой. Район мне не особенно нравится. Дома эти старые, и даже в документах написано, что неизвестно из чего они построены».

«Криминала здесь было много в 90-х. Сейчас гораздо меньше, — рассказывает Ольга, которая вернулась на Расточку после нескольких лет жизни в другом районе. — Были и «ленинские» бандиты, которым платили все на рынке, здесь круглосуточно торговали водкой. Район мне не особенно нравится. Дома эти старые, и даже в документах написано, что неизвестно из чего они построены».

Гордость Расточки и ее «сердце» — Дом детского творчества им. Ефремова (бывший ДК). Шесть лет назад его реконструировали и пристроили современный спортзал. Сотрудники Дома говорят, что до реконструкции местные пьяницы и наркоманы не давали им покоя. Сегодня ситуация изменилась, и пьяной молодежи возле Дома творчества гораздо меньше. И обстановка на Расточке ничуть не хуже, чем на Затулинке, в Затоне или других районах левобережья, говорят работники ДК. Но пьянство все равно остается главным бичом Расточки.

Гордость Расточки и ее «сердце» — Дом детского творчества им. Ефремова (бывший ДК). Шесть лет назад его реконструировали и пристроили современный спортзал. Сотрудники Дома говорят, что до реконструкции местные пьяницы и наркоманы не давали им покоя. Сегодня ситуация изменилась, и пьяной молодежи возле Дома творчества гораздо меньше. И обстановка на Расточке ничуть не хуже, чем на Затулинке, в Затоне или других районах левобережья, говорят работники ДК. Но пьянство все равно остается главным бичом Расточки.

Местные «аборигены» рассказали, что ближе к вечеру на всех лавочках во дворах и даже на аллее ул. Горбаня собираются компании, которые открыто пьют пиво. Много пьяных на Расточке еще и от того, что здесь процветала и есть до сих пор торговля спиртом, который воровали на окрестных заводах.

Местные «аборигены» рассказали, что ближе к вечеру на всех лавочках во дворах и даже на аллее ул. Горбаня собираются компании, которые открыто пьют пиво. Много пьяных на Расточке еще и от того, что здесь процветала и есть до сих пор торговля спиртом, который воровали на окрестных заводах.

Здесь красивые отремонтированные дома соседствуют с полуразвалившимися хибарами. Местные жители были одними из первых в городе, кто протестовал против внедрения общедомовых приборов учета, потому что коммуникации  в домах часто изношены до предела. Где-то жителям их удалось заменить, в других домах ситуация сложная.

Здесь красивые отремонтированные дома соседствуют с полуразвалившимися хибарами. Местные жители были одними из первых в городе, кто протестовал против внедрения общедомовых приборов учета, потому что коммуникации в домах часто изношены до предела. Где-то жителям их удалось заменить, в других домах ситуация сложная.

В 90-е на Расточке, как рассказал один из местных жителей, было много точек по продаже анаши. Сейчас стены Расточки, ее столбы и остановки пестрят объявлениями о продаже курительных смесей. Их кто-то замазывает и срывает. Но есть здесь и трогательные признания в любви, и даже мольбы.

В 90-е на Расточке, как рассказал один из местных жителей, было много точек по продаже анаши. Сейчас стены Расточки, ее столбы и остановки пестрят объявлениями о продаже курительных смесей. Их кто-то замазывает и срывает. Но есть здесь и трогательные признания в любви, и даже мольбы.

Снести Расточку планировали несколько раз. Сначала это было в середине 90-х, затем проект расселения района и строительства здесь многоэтажек рассматривался в мэрии в середине 2000-х. Тогда район не показался строителям перспективным, и вопрос о сносе квартала, где дома с «изюминкой», был с повестки снят.

Снести Расточку планировали несколько раз. Сначала это было в середине 90-х, затем проект расселения района и строительства здесь многоэтажек рассматривался в мэрии в середине 2000-х. Тогда район не показался строителям перспективным, и вопрос о сносе квартала, где дома с «изюминкой», был с повестки снят.

Будущее Расточки маячит где-то там, за ул. Ватутина. После открытия третьего автомобильного моста и разгрузки площади Сибиряков-Гвардейцев земля в этом уютном, но неухоженном уголке может стать дорогим удовольствием.

Будущее Расточки маячит где-то там, за ул. Ватутина. После открытия третьего автомобильного моста и разгрузки площади Сибиряков-Гвардейцев земля в этом уютном, но неухоженном уголке может стать дорогим удовольствием.

Сергей Щербаков
Фото Татьяны Кривенко

ТЕКСТ

оцените материал

  • ЛАЙК 0
  • СМЕХ 0
  • УДИВЛЕНИЕ 0
  • ГНЕВ 0
  • ПЕЧАЛЬ 0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку?
Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Гость
28 апр 2014 в 00:27

Сносить все надо к чертям и строить новое современное жилье. Не нужно беречь память о разрухе и послевоенной нищете, называя...

11
28 апр 2014 в 00:28

Очень интересно читать такие статьи про Новосибирск, "биографические". Немногие ведь хорошо знают все уголки родного города...

Лёха
28 апр 2014 в 00:40

Эх, отреставрировать бы улицу Мира! Нравится мне она, уютно как-то там