6 августа четверг
СЕЙЧАС +24°С

Гагарин, ты космос!

В халтурной биографии главного космонавта планеты показаны целомудренные забавы молодых мужчин в закрытом военном коллективе и хохмы Хрущева

Поделиться

Справка: «Гагарин. Первый в космосе» (Россия, 2013) — биографическая драма о Юрии Гагарине. Реж. — Павел Пархоменко («Танцуют все!»). В ролях — Ярослав Жалнин, Михаил Филиппов, Владимир Стеклов. Бюджет — 9,5 млн долларов. 108 мин. 6+

Юрий Гагарин отобран из трех тысяч претендентов в двадцатку лучших, а потом назначен первым человеком, который полетит в космос. На соседней койке и рядышком под душем мужественно печалится Герман Титов, который не дотянул чуть-чуть — и теперь войдет только в локальную, но не в большую историю. Конструктор Королев, скрипя кожаным пальто, пересекает ночной космодром, проверяя последние гайки и отмахиваясь, как от мошкары, от разлетавшихся над Байконуром американских шпионов.

Это прелюдия, большая часть фильма — сам полет. Его Гагарин проведет, по замыслу создателей фильма, в обстоятельных, словно в руках буржуйского психоаналитика, воспоминаниях. О детстве (голод в деревне, оккупированной толстозадыми немцами), первых полетах, знакомстве с женой и т.д. Все это чередуется взвинченной суетой в центре управления на Земле и крупными планами первого космонавта, терпящего перегрузки, а потом изумленного невесомостью.

Космос, в котором крутится-вертится «Восток», и земля в иллюминаторе отрисованы, кстати, вполне прилично. Хотя и не захватывающе.

Вместе с «Легендой № 17» «Гагарин» представляет моду на духоподъемные жития героев советских лет, долженствующие вернуть гордость за страну. «Легенду № 17» посмотрели и те, кто болел за советских хоккеистов тридцать лет назад, и их дети. Отзывы были преимущественно восторженные — и это смущает. Когда качественный, шаблонный продукт, который в США, скажем, проходил бы по ведомству неплохого биографического телефильма, объявляют шедевром, — смотреть на это так же неловко, как на знаменитую очередь в «МакДональдс» во времена перестройки.

«Гагарин» сделан по той же схеме, что и «Легенда № 17», но халтурнее. А схема такова: в центре безусловно всенародно любимая персона, изображенная без единой щербинки и упрека, слегка обрамленная виньетками мужской дружбы и крепкой семейственности. Если в сюжете и есть конфликт, то он — от «перегибов на местах», как это тогда называлось (Гагарину припоминают, что его детство прошло на оккупированных территориях). Если в «Легенде» конфликт был убедительным, то в «Гагарине» он тут же рассасывается как нерешительный прыщик, не выдержав атмосферы всеобщей доброжелательности и оптимизма, густого, как в рекламе зубной пасты.

Закрытый военный коллектив из молодых мужчин тут общается внутри себя исключительно высокопарными фразами типа «неописуемый восторг». Старший лейтенант Гагарин и вовсе изъясняется одними афоризмами, как древний китаец.

Исполнитель роли Гагарина — неизвестный театральный актер, впрочем, хорош — он не только более чем достаточно похож на лик героя, но и вполне убедительно делает все, что предложено ему узенькой нишей сценария.

Чтобы зритель не устал, есть юмористические вставки из жизни великой страны. Например, Хрущев появляется, чтобы разыграть анекдот: генсек идет вдоль череды макетов: «Это что?» — «Артек, Никита Сергеевич», «А это?» — «Академгородок», «А это?» — «А это просто тарелки, Никита Сергеевич».

И, наконец, новый жанр патриотической биографии обязательно включает двух персонажей. Во-первых, великого наставника, почти отца для героя. Он может выглядеть вначале чересчур эксцентричным, равнодушным и даже жестоким, но все равно ведет героя к светлому будущему. Во-вторых, обязательно есть маленькая испуганная собачка (будто производители не доверяют своей способности растрогать публику).

Наверняка следующий массажер патриотических чувств — кино про вратаря Льва Яшина — будет сделан по абсолютной той же схеме, считая и собаку.

Собственно сама идея того, что нужно какое-то специальное «патриотическое кино» со сглаженными конфликтами, слащавыми улыбками и сказочными героями, довольно нелепа. Чтобы было приятно за родную культуру, кино и прочим искусствам достаточно быть просто хорошими.

Например, недавно бешеное количество просмотров на YouTube собрал клип, записанный на орбите канадским астронавтом. Усатый мужичок там проникновенно поет старую песню Дэвида Боуи о звездах, которые «сегодня выглядят совсем по-другому» — на фоне этих самых звезд. Не знаю, сколько очков видео прибавило к канадскому патриотизму, но подозреваю, что довольно: глядя на это, приятно принадлежать даже не к канадцам, а вообще к человечеству. А еще к этой радости принадлежности примешивалось подозрение, что у нас такой вроде бы простой, но крутой штуки, почему-то быть не может. А если бы она и была, закончилась бы она тем, что депутаты Госдумы обнаружили бы в выборе песни, например, пропаганду гомосексуализма (учитывая биографию Боуи) и суицида (учитывая текст песни). И по итогам скандала на свет бы появился закон, запрещающий космонавтам, и всем остальным, исполнять песни зарубежных артистов.

Рассчитывать, что проделанную этими мыслями дырищу в образе родины в голове можно заделать наскоро собранным из советских и голливудских штампов фильмом, по меньшей мере, глупо.

Создатели «Гагарина», кстати, ухитряются протащить в свое благостное детище фигу в кармане: обсуждая с Гагариным, о чем он думал, сидя десять суток в капсуле-тренажере, инструктор понимает, чем этот парень отличается от других: «У всех в голове — картинки прошлого, а у вас — будущего». Сплошные картинки прошлого — это определенно и есть то, что у нас сейчас.

Елена Полякова

Кадры из фильма kinopoisk.ru

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!